Детские

Вася побежал к другой сосне, но и она будто сошла с места и встала на пути, набив ему новую шишку. У третьей сосны повторилась та же история. Тут Вася сказал самому себе: — Спокойно, Вася, надо изменить тактику. Вася спокойно огляделся, и всё вокруг успокоилось. И сосны стояли спокойно, как нормальные…

Дарья Кирилловна прошла в соседнюю комнату и через некоторое время вернулась со старым потертым конвертом. — Это письмо сразу после войны прислала моей маме наша воронежская родственница тетя Сима. А надо сказать, что время то было очень трудное, жить было не на что, мы с мамой очень нуждались. И вдруг,…

— Слушай! Лейтенант милиции по просьбе деда приступил к очередному рассказу о том, как его отдел целый месяц охотился за опасным убийцей и как им удалось-таки изловить бандита. Когда же Алексей замолчал, Петр Иванович крякнул и с сожалением произнес: — Да, если бы все преступления раскрывались так…

— Кто осел?! — как и было велено, громко крикнула Лешка. — Я! — дружно отозвались ребята. Лешка оглядела компанию. Кто бы это мог быть? Может, Наташка Тихонова? Чего это она так усмехается? Нет, Наташка ни за что не согласилась бы назваться ослихой. Стас Конюхов? Валерка? Или Ромка? Ну, конечно,…

Теперь, когда они говорили шёпотом, Джил стало как-то легче верить Юстэсу. Однако страшное подозрение охватило её, и она сказала грозно, как тигрица: – Если я узнаю, что ты врёшь, я никогда не буду с тобой разговаривать! – Я не вру, – сказал Юстэс. – Честное слово. Накажи меня… кто хочешь, если…

Воцарилось молчание. Капитаны смотрели на меня и ждали реакции. Я, в свою очередь, смотрел на них и ждал продолжения. Юся, не отвлекаясь на ерунду, прикончил печенье и занялся колбасой. — Ну, ты понял? — Татарин, по всей видимости, не терпел тишины. — А зачем мужику раз в сто лет приходить к этому…

— Нам надо спешить! — сказал мистер Уонка. — У нас так много времени, а сделать нужно так мало. То есть нет! Все наоборот! Поменяйте это местами. Отлично! Благодарю вас! А теперь — назад на фабрику! Он хлопнул в ладоши и подпрыгнул на два фута вверх. — Итак, мы возвращаемся на…

Павел был небольшой, коренастый, ходил с перевалкой и говорил всегда с улыбочкой. Похристосовавшись со всеми, он сел на лавку и, заложивши нога за ногу, стал спрашивать, как они живут. Мать рассказала, как тогда пришел домой отец, как думали, что он уйдет "с водою", а он протянул до осени. Как он последний…

На третьем этаже царил запах тонкой пыли, какая собирается на книгах, а на четвёртом уже пахло Маленькой — сиреневым мылом, сладким потом и овечьей шерстью, из которой люди ткут материю. И запах этот был как запах шерсти Ливии, матери Брута, которая когда-то в молодости стерегла овец в Калабрии. Люди…

Наконец толпа начала расходиться, а братья, сами не зная, как, обнаружили, что бредут к монастырю, разбившись на пары, как это было у них в обычае. Был вечер, и сама каменистая равнина казалась погрустневшей. Небо и деревья, провожая заходящее солнце, как будто пели вместе с птицами песню о смерти,…

Однажды Великан, проснувшись в своей постели, услышал нежную музыку. Эта музыка показалась ему такой сладостной, что он подумал, не идут ли мимо его замка королевские музыканты. На самом-то деле это была всего лишь маленькая коноплянка, которая запела у него под окном, но Великан так давно не слышал…

Лучше будет тебе помалкивать, — ядо­вито заметил Рафаэль. — Сейчас разговор идет не о твоей интуиции. Кроме того, я заметил, что всякий раз, когда ты предрека­ешь нам неприятности, они, действитель­но, с нами происходят. Перепалка между друзьями могла про­должаться еще долго, если бы Микеланд­жело…

Катерина Карловна рубила пеленки, когда Христиан Адамович возвратился рано вечером домой с какой-то пробы и привел с собою вторую флейту, старого товарища своего, с которым иногда забавлялся в пикете. Пикет пикетом, но был тут и другой еще умысел; вторая флейта – с которым сдружился Христиан Адамович…

И они пошли рядом, всё дальше углубляясь в лес. Зелёный сумрак сгущался и сгущался, дорога сначала поднималась в гору, потом пошла под гору, потом сделалась совсем узенькой, и наконец никакой дороги не стало совсем, а остались только мхи да папоротниковые заросли. — Что ж это такое? — возмутился Муми-тролль. —…

— Мое почтение! — сказал солдат и взял под козырек. Такой собаки он еще не видывал. Долго смотреть на нее он, впрочем, не стал, а взял да и посадил на передник и открыл сундук. Батюшки! Сколько тут было золота! Он мог бы купить на него весь Копенгаген, всех сахарных поросят у торговок сластями, всех…

И уговаривали: — Не ходи, Борис. Шайтан сильный. Не ходи. Никто из них не упоминал, что Ух — их святыня. Просто они говорили: «худое место». Я убеждал, просил, уговаривал, — всё было бесполезно. Наконец мне посчастливилось. В юртах Тимка-пауль жил манси Илья Номин. Невысокого роста,…

СУББОТА. А мне надоело. ГНОМЫ. Что надоело? СУББОТА. Всё надоело. Мы много знаем, мы собрали у себя в тайнике груды золота и драгоценных камней. Мы составили карту подземных богатств. А для чего? ВТОРНИК. Для того чтобы отдать всё это людям. СРЕДА.. Правильно! СУББОТА. Вторник, вот вы изобрели…

Почему? — Макс проследил за взглядом Никольского, указал своим толстым пальцем на диадему и спросил: — Неужели из-за этой дурацкой короны, которая торчит на башке у этой девчонки? Эта диадема, которую ты называешь «дурацкой короной», часть гарнитура, памятник ювелирного искусства, историческая реликвия.…

image l:href="#i_003.jpg" > Выдворив всех купальщиков на сушу, Атланты побили себя по ляжкам, как извозчики в стужу (а день, к слову, был очень жаркий), и вернулись на исходные рубежи. — Третий отряд, в воду! — скомандовала докторша и, свистнув, перевернула песочные часы. Ребята с…

Кузька в дорогу мигом собрался — оделся потеплее, подпоясался, вот и готов. И сундучок свой заветный, волшебный взял — авось пригодится, да пирога кусок, чтобы в дороге поесть. Вскарабкались домовята в сани, да в сене от холода спрятались. Ничего им теперь не страшно — только красные носишки…