Детские

– Правда?! – воскликнула радостная Чайка, – Я тоже полечу с тобой! Я так хочу снова увидеть солнце! – Девчонок не беру! Это долгое и опасное путешествие! – буркнул Крач. – Крачик, ну, пожалуйста! Возьми меня с собой! Когда ты улетишь, я снова останусь без друзей. А это так грустно, когда не с кем…

Глава 3 По улице, по улице, свистя, заглядывая в маленькие окна, и уличные голуби летят и клювами колотятся о стёкла. Как шёпоты, как шелесты грехов, как занавес, как штора, одинаков, как посвист ножниц, музыка шагов, и улица, как белая бумага. То Гаммельн или снова Петербург, чтоб адресом…

— Пусти! — верещала Дрёма. — Что я тебе сделала? — Ты мой запас сожрала, а я тебя сожру! Где мои орехи? — Не было там орехов! Ну, подумаешь, парочку желудей съела… а ты ухо драть… Орехов и впрямь в этом году было не наготовлено, но желудям и сушёным грибам урон был нанесён изрядный. И главное —…

И мама Белка снова принималась делать запасы: собирала последние грибы и сушила их под лучами уже не жаркого солнца. – Зачем нам столько грибов? – снова приставала маленькая Белочка. – Зимой всё пригодится, – отвечала мама. – Зима – она такая! – Какая? Какая зима? – не отставала малышка, но у мамы…

– Во-первых, мы вам не есть ребзя, – отрезал Пин. – Во-вторых… Клон не стал выслушивать скучные чиповские замечания. Как молния метнулся он к домику Кроша. Кролик только сегодня смастерил очередную розовую скамейку. Клон с разбега поддел её копытом. Скамейка подлетела, сделала воздушную петлю и шмякнулась…

И через секунду до Нюши долетел возглас Копатыча: – Зашиби меня пчела! Свинка не могла поверить своим ушам. Да как это вообще возможно?! Неужели… неужели Бараш и правда всё это создал? И даже вот эту лягушку, что прыгает около кустов? А поэт уже спускался с обрыва в Долину. Нюша помчалась за ним.…

– Ну-ну, – обиделся кролик. Но Нюша слышала только себя: – Как он сможет прочувствовать тонкий вкус этого… трюфеля, да ещё и передать его нам словами? Здесь нужна тонко чувствующая натура!.. На этих словах Бараш тоже выбежал в центр, радостно закивал и раскланялся. Поэт был уверен, что нет натуры…

– Скройся от глаз людских! – приказал Дед Мороз, и священный огонь начал медленно опускаться под землю. – И да хранят эту чашу могучий Сфинкс и Великая пирамида. Когда чаша скрылась под каменным постаментом, добрый волшебник махнул египтянам рукой: – Ну, прощайте! Толпа взорвалась криками и аплодисментами.…

Лето у «Луковок» сладкое-пресладкое, потому что оно особенное: через несколько дней Томмазо с друзьями отправляются в Бразилию, где их ждет сказочный отдых. Отдых, который они заслужили. Помнишь, как это было? Шпилька – вратарь, который умеет нырять, как рестлеры. Проказливые близняшки Лара и Сара…

Она поднялась, пошла в дом. Вернулась, протянула пакет с сухариками: – Вот, со вкусом лосося. Отнеси девушке! Еноту вашему такого не достать. – Сфафибо! – благодарно закивал Оскар, не переставая жевать. * * * «Кошак сказал – кошак сделал!» – повторял Оскар, поднимаясь по тропинке к Куничьей слободке.…

– Это потому что у тебя лапы короткие, – сказал Слонь. – Вот если бы ты летал вокруг меня, то мы бы шли с одинаковой скоростью. Почему ты ходишь по земле, а не летаешь? – Я не знаю, – сказал Гуся, встал и отряхнулся. – Никогда не думал об этом. Вообще-то мы летаем на юг, когда зима приближается. Еще…

С трудом сдерживая слёзы, горе-художник махнул лапой и ушёл. Ноги сами принесли Ёжика на пасеку Копатыча. Вот, кстати, взять хотя бы Копатыча! Огородник, садовод, пчеловод, актёр, танцор… Иными словами, Смешарик многих талантов! А он, Ёжик?.. Копатыч делал из свежевыструганных досок новый улей, пока…

Как обедня к концу – красавица наша села в карету и домой укатила, подъехала к крылечку, махнула цветным пёрышком в левую сторону: вмиг и карета с прислугой, и наряды богатые – всё из глаз пропало. Пришли домой сёстры, видят, она сидит под окошком, как прежде. – Ну, сестрица, – говорят они, – что-за…

– А я буду часто приезжать к вам в гости, – добавила я. Мне никогда не хотелось уезжать из нашей деревушки насовсем. Дворец, балы и роскошные платья меня, конечно же, манили (еще бы, всех девочек это влекло), но я не была готова расставаться со своими любимыми местами. После того, как Розали уедет…

– Но где ты научилась? – продолжала удивляться кочешка. – Когда я только родилась, в этом доме жила другая кошка. Её звали Сима. Она, кстати, была той же породы, что и ты – тайская. Так вот Сима со мною была целыми днями. Она убаюкивала меня по ночам; лечила, когда я заболевала; играла, если мне становилось…

Феерик осмотрел тропинку с интересом и после долгих раздумий предположил: «Может быть, это место скрыто древней магией? Лес иногда сам открывает свои секреты лишь избранным. Кто знает, что мы найдём за этой тропинкой? Возможно, там что-то, о чём даже легенды молчат.» Тропинка была окружена густыми…

– Уник, перечисли, пожалуйста. Я перевёл взгляд с окна на учителя. Если честно, я прослушал лекцию и его вопрос. Я мысленно находился не на уроке, а где-то далеко. Я воспроизводил по памяти мелодию, которую слышал утром из открытого окна машины. Красивая машина. Синяя с красными полосами вдоль дверей,…

– Это действительно похоже на пространственную аномалию. Или… – она замялась. – Или мы имеем дело с неким искусственным объектом. Рей продолжал контролировать поток данных с приборов. Внезапно на экране появилась яркая точка – звезда. Сначала неясная, она быстро заполнила экран, и команда поддалась магии…

И он снова рассмеялся. На это Лизе совершенно нечего было сказать, и она притихла. Лиза молча наблюдала за дымом от горячих камней, раскачивающимся на снегу креслом и человеком в теплом плаще. Почему-то ей вдруг вспомнились все торопливо исхоженные тропинки и прочие «вляпушки», вспомнилось, как менялись…

–Солнце, я не знаю, кто я такая. Помоги мне! –Хорошо, но для начала мне нужна твоя помощь. Обычно это поле цветов поливают ангелы, но сегодня я их не вижу. Эту долину нельзя оставлять без внимания. –Что мне нужно делать? –Видишь, ты сидишь на облаке, спускайся на нём. Девушка неуверенно сказала:…