Детские

И обратите внимание на любопытнейшую деталь: я совершенно забыл, ну из головы выскочило, что можно попытаться добраться до телефона и вызвать «Скорую»! Вместо этого я продолжал лежать, продолжал трусить — да, да, именно трусить! — и гадать, что же такое со мной творится. Вдруг — совершенно внезапно,…

Язеп помолчал, потом сказал: — Пойдем в магазин, а то мама и бабушка заждались нас… Они вновь прошли мимо курортной поликлиники, и Антон руками потрогал автомобиль-амфибию, и Язеп почему-то потрогал и еще раз все объяснил ему, как и для чего этот автомобиль, некогда военный, а сейчас мирный, с красным…

– В школе? Ха! – фыркнула Аманда. – У тебя прыщ вскочил? – Иди отсюда! Итак, не школа и не прыщ. Но что-то все же случилось. Даже Аманда просто так, ради удовольствия мебель пинать не станет. – Расскажи мне. Вдруг я смогу помочь, – настаивала я. – Как же, – сказала Аманда. – Что ты можешь с ней…

Домой я нес воробья в ладонях. По дороге дышал на него, согревая. Воробей потеплел, но остался белым. Дома я посадил его на подоконник и поставил перед ним два блюдца – с пшеном и молоком. Воробей устал от погони и покачивался как бы в отчаянии. – Ты, наверное, полярный воробей, – сказал я. – Ведь…

Он приблизил указательный палец к большому, сложив кольцо, и в тот же миг «Мицубиси Паджеро» с грохотом обрушился на крышу проезжавшего как раз трамвая. – Ой, я это... трамвая не заметил! Смываемся! – ойкнул Димка, и вместе с Фомой они поспешно нырнули в первый же двор. Из трамвая уже начали высыпать…

Ильину нравился этот любознательный и упорный мальчишка: темноволосый, невысокий, он напоминал профессору его внука, который, к его великому сожалению, археологией совсем не интересовался. Олег, который с трудом разогнул спину, когда услышал голос профессора, ни за что бы не признался в усталости.…

Мы переглянулись и снова бросились к окну. А по улице продолжали идти фрицы в зеленых, надвинутых на глаза касках и с автоматами. Потом в нашу дверь громко забарабанили. – Кто там? – спросила мама. – Открывайте, мы из домоуправления… Мама открыла, и в дверь ворвались трое: маленький, весь в пыли…

Надо было придумать клесту имя. Мне хотелось, чтоб в имени был отмечен и его командирский нрав, и крепкий клюв, и красный цвет оперения. Нашлось только одно слово, в котором есть и клюв и красный цвет, – клюква. Подходящее слово. Жаль только, нет в клюкве ничего командирского. Я долго прикидывал так…

– Видишь ли, Билли, – мама взъерошила мне волосы, – порой можно прокатиться только на той лошади, которая у тебя в голове. Понятия не имею, что она хотела этим сказать. – Не заставляйте нас записываться в эту библиотеку, – взмолился Марти. – Там слишком опасно. – Опасно? Что может быть опасного в…

Потом все спорили, где складывать вещи, чтобы удобнее было их выносить утром. Потом пили чай по-походному, за столом без скатерти. Потом решили, что утро вечера мудренее, и легли спать. Одним словом, уму непостижимо, как это он мог забыть, что они сегодня утром переезжают на новую квартиру. Не успели…

Обо всём этом и узнал наш дорогой Магистр. Узнал и загорелся. — Никто, кроме меня, не разгадает тайны исчезновения! — воскликнул он. — Никто, кроме меня, не найдёт похитителя! Ночью неутомимый искатель приключений тайком покинул санаторий и, примчавшись в Москву последним поездом, тотчас отправился…

Глава 2 Андрей Андрей, конечно, понял, что в класс вошла Лариса. Более того, он почувствовал на себе ее взгляд, но головы не поднял. Зачем? Она же вчера сказала, что все, случившееся с ними, значения не имеет. Андрей ощущал, что краснеет, но ничего не мог с собой поделать. Это отвратительно. Она что-нибудь…

К берегу была причалена лодка-душегубка. Музгарко первый вскочил в нее, оперся передними лапами на край и зорко посмотрел вверх реки, туда, где выдавался мыс, и слабо взвизгнул. – Чему обрадовался спозаранку? – окликнул его старик. – Погоди, может, и нет ничего… Собака знала, что есть, и опять взвизгнула:…

В классе снова поднялся ужасный шум, но отдельные выкрики, конечно, можно было разобрать. – В таких условиях я отказываюсь быть главным редактором стенгазеты! (Это сказала Эрка Кузякина.) – А еще слово давали, что исправятся! (Мишка Яковлев.) – Трутни несчастные! В прошлом году с ними нянчились,…

Тоня никогда не боялась леса. Ведь сколько себя помнит, она каждое лето проводила в Ласточках. А деревня была просто окружена лесами. Огромный Алпашевский лес, которым они сейчас шли, тянулся далеко-далеко на запад. Там, за много километров, раскинулось у другого края этого леса большое село Алпашево,…

Ваня Малявин, Рувим и все мы были огорчены. Мы уже свыклись с мыслью, что в зимние снежные дни береза будет зеленеть в комнатах, освещенных белым солнцем и багровым пламенем веселых печей. Последняя память о лете исчезла. Знакомый лесничий усмехнулся, когда мы рассказали ему о своей попытке спасти…

— Уж не думаете ли вы, что я притащилась сюда, чтобы дать вам напиться? — сказала девушка дерзко. — Ну конечно, только для этого! Я и серебряный кувшинчик нарочно захватила, чтобы поднести воду вашей милости!.. А впрочем, мне всё равно. Пейте, если хотите… — Однако вы не очень-то любезны, — сказала…

- Что случилось, тетя Варя? - спрашивает Федя. - Спасите Тимку, пропадет ведь у телевизора. Ни одной программы не упускает, - пожаловалась повариха. - Может, он сказки любит? - спросила Аленка. - Какие там сказки. Цельными днями то футбол, то хоккей. Только и знает - шайбу, шайбу, - передразнила…

Но Бастинда с помощью Золотой Шапки вызвала свирепых Летучих Обезьян, и те быстро разогнали толпу Мигунов. С той поры никто из жителей Фиолетовой страны даже не помышлял о восстании. Завоевав власть и запугав Мигунов, Бастинда не обрела покоя. Она очень опасалась своих соседок – добрых волшебниц Стеллу…

Тане всегда было легче общаться с простыми растениями. Она не очень любила слишком наглые хризантемы, всегда щедрые на цветы декабристы. Ей приятней было находиться рядом с геранью, с приветливо протягивающей свои дырявые листики-ладошки монстерой восхитительной. Монстера росла в большой кадке в углу…