Детективы

Из передач радио и речей заезжих политпросветителей они знали, что весь советский народ в едином могучем порыве строит светлое коммунистическое будущее, но сами жили исключительно сегодняшним днем. Завтра Хозяин мог устроить Перелом покруче едва пережитой ими Коллективизации, и заглядывать туда было…

Вот сказал и, где-то внутри цивилизованно продемократически прищемило... Странное дело, доложу я вам, вместо того, чтобы начать, как я того пожелал, рассказывать или хотя бы, объясниться, - отчего, я, являясь, натурой, весьма эгоистической, то есть таким себялюбивым, самодовольным, самоумиленным своим…

— Если бы туда отправлялись все те, кто этого заслуживает! — Он посмотрел на Мегрэ, помолчал, сделал еще круг но камере, потом буркнул: — Ясно, не сегодня стану я продавать кого-нибудь… А все-таки!.. Комиссар избегал смотреть в его сторону. Он чувствовал, что тот вот-вот заговорит. Понимал он и то,…

А если шляпник удерет со всех ног? При мысли об этом у Кашудаса мурашки побежали по спине. Страх перед темными углами, перед кривыми улочками, удобными для засады, заставил его шагать по самой середине улицы. Впрочем, идти надо было всего несколько минут. Конец улицы де Премонтре - и вот уже площадь…

Для новичка это должно выглядеть впечатляюще. Сразу представляется пустынный ночной перекресток, секущие струи дождя, мокрая мостовая, отсвет фонарей в лужах, освещенные окна кафе поодаль и человек, мужчина или женщина, который спешит, быть может спотыкаясь, потому что ему страшно, потому что за ним…

— Осторожней на лестнице! Некоторых ступенек нет, а те, что остались, ненадежны… Здесь царил запах пыли и гнили, к которому примешивались «ароматы» рынка. Они поднялись на третий этаж. Возле облупившейся стены сидел мальчик лет двенадцати, который, увидев троих вошедших мужчин, разом вскочил, и глаза…

Суркова, проводница одиннадцатого купейного, не пошла в штабной вагон к бригадиру, прикорнула у себя в служебке, накоротке, головой к двери. Поезд был дополнительный, на время пика пассажирских перевозок собранный по вагонным депо, - за лето в нем привыкли к неожиданностям. Проснулась она внезапно,…

— Я постою. — Как вам будет угодно. — Первый уселся в ногах кровати Клер. Вынул пачку сигарет. — Хотите? — Нет. Пожав плечами, он прикурил, потом вынул сигарету изо рта и посмотрел на нее. — Хваленые американские сигареты, — сказал он. — Впрочем, люди привыкли хвалить все американское. — Что вам…

Арт кивнул: - После того как она покинула помещение, вы открыли ящик стола, чтобы взять кольцо и отнести его домой жене в качестве рождественского подарка, но его там не оказалось. Вам точно известно, что еще утром кольцо было на месте, так как мисс Лауро попросила у вас разрешения еще раз взглянуть…

- Вы везете меня домой? - ничего не понимая, спросила Альма. - Да, но ненадолго, - ответил Фаулер. - Мистер Муни хочет мне что-то показать. Знаете, мисс Уэстон, не так-то просто убедить меня, что все чисто, когда одна старушка умирает от передозировки снотворного, а другая, её компаньонка, наследует…

Здесь было намного жарче, чем у него в кабинете, поскольку окна у них были закрыты и шторы задернуты. Колльберг и подозреваемый молча сидели за столом друг против друга. Долговязый Меландер стоял у окна с трубкой в зубах, скрестив руки на груди. Он внимательно смотрел на подозреваемого. На стуле у двери…

– Я не поняла, ты что, тренер? – Да нет, извините. Богатый папочка в детстве учил теннису. У вас такой талантливый удар; если поуправляете корпусом, будет грамотная игра. Тут, он посмотрел так неподдельно искренне, с легким вопросом, распахнув глаза, что Ольге стало не по себе. В любой другой ситуации…

— Нет, по работе не скучаю, слишком много дел по дому... А вы заглядывали бы. Кстати, через две недели моей Джуди исполняется пять, я всех приглашаю. Таня, тебя, разумеется, с малышами. Устроим детский праздник... Ой, прости, я и забыла, что вы все должны быть в Ленинграде... в Петербурге. — Может быть,…

Задорное настроение собачонки словно рукой сняло. Поджав хвост, она выскочила из-за гаражей и, скуля, затрусила к скамеечке, где сидела хозяйка. То есть то самое существо, которое кормит и от всего на свете может защитить. В том числе и от страшного-престрашного запаха. — Чапик! Чапик! — забеспокоилась…

Они успели выкурить по две сигареты, прежде чем из-за угла неторопливо, как океанский лайнер, вывернул двухэтажный туристский автобус. Сияя разноцветными лампочками, поблескивая серебристо-голубыми бортами и тонированными стеклами окон, автобус медленно прокатился мимо джипа и остановился рядом, шумно…

В общем, в эту субботу я везла сына назад в Питер на старенькой «копейке», доставшейся мне от деда. Он сам ездил на ней тринадцать лет, а пять последних ее использовала я, влившись в ряды автолюбителей, когда дед решил, что уже стар сидеть за рулем. Да и куда ему было ездить? Они с бабулей безвылазно…

На ней никого не было. Зато прямиком по полю на полном газу шуровал гусеничный трактор. Сзади желтой кабины задранным гребнем торчали пластины лемеха поднятого плуга. Труба очередями источала струи дыма отработанной солярки. Из-под траков во все стороны вылетали комья грязи. Бесшабашный тракторист явно…

– Да, Эрнст Теодорович, – сказал я, стараясь приглушить голос. – Что? – закричал он. Тоже, что ли, стал глохнуть, подумал я с досадой и, отчаявшись, сказал громче: – Да! Я вам позвоню попозже, ладно? И, не дожидаясь ответа, положил трубку. Нина лежала рядом с открытыми глазами. Лицо у нее было мученическое.…

Я бы хотел показаться ей смешным. Пусть она подойдет ко мне и скажет, чтобы я перестал пялиться на нее. Тогда я вцеплюсь ей в горло. Там, где упадут капли ее крови, вырастут цветы. Олег смеется надо мной и говорит, что это любовь. Но она оставит меня, только если я буду непрерывно думать о ней. Смутно…

Метеоцентр мог бы предсказать на сегодня снежные бури, заносы, тяжелую грусть, забытье, если бы Женя не выключил приемник. Где-то на невидимом теперь солнце происходили волнения магнитного свойства, а здесь на земле Женя почувствовал, что его сердце обложили влажной холодной ватой. Это было очень похоже…