Чтение онлайн

Десяток глашатаев уже спешили к Великому Фонтану. Сейчас они будут кричать, что бурлаки предали Караэн, продались чудовищам. Задаток прячет нежить в своих складах. Толпа сама рванёт к порту. Кто заплатил глашатаям за это? Они не знают — листок пергамента с новостью лежал на том же столе, где им обычно выдавали мои заказы. Но в тот момент никого из моих людей рядом не было.

Услышав это, горожане — хорошо одоспешенные и собранные в сыгранные команды — обнаружат, что из Плотничьего закутка как раз вынесли большие и широкие лестницы с поручнями. Не очень длинные, но вполне штурмовые. Я их заказал на случай, если придётся взять случайный городок по пути к Воющему Камню. Вот такое удачное совпадение. Но я не очень верил в сообразительность горожан, поэтому там был Сакс Поло. Как ни крути, а он хотел вернуть склады. Этого я для него сделать не мог. Но мог дать возможность приобрести новые — и даже поближе к реке. В его сообразительности я был куда увереннее. В конце концов, однажды он почти смог отбить Военные Ворота от вампиров. Тем более правильным будет, если он немедленно возглавит справедливое и стихийное народное движение к району бурлаков.

В поместье, когда мы уже заканчивали, Вокула вдруг предположил неожиданное, но вполне возможное — он думал тонко, как всегда.

— Мой сеньор, а если Задаток сдастся?

— Тогда я его повешу за предательство, — сказал я в тени подвала поместья, задумчиво посмотрев на стену, за которой был речной порт. — Или помилую, если он выкупит свою шкуру.

Если Задаток не будет сопротивляться, я постараюсь остановить резню. Может, даже смогу не дать начать грабеж. Хотя это, конечно, вряд ли. Такой вариант меня тоже вполне устраивал. Так было бы даже лучше. Хоть и не менял итог. Главное — Караэну не нужны лишние хозяева.

Я проверил, как Волок держит копьё и закинул на плечо Крушитель. Мой последний, самый надёжный запасной план. И стал ждать.

Вокула.

Вокула стоял на крыше поместья. Он слегка злился на себя — он тут не был нужен. Тут уже был стражник, следивший за происходящим. Леон обходил посты, и даже Адель, эта самоуверенная женщина, нашла себе какое-то полезное занятие. «Возможно, это старость, — подумал Вокула. — Я становлюсь слишком беспокойным».

Светило в небе наливалось силой, и Караэн словно заливали золотыми лучами. Отсюда, сверху, красная черепица и белые стены придавали городу праздничный, игрушечный вид. Стражник стоял у края крыши, сжимая копьё с баннером — красное и белое, цвета Итвис. Иногда он подпирал его плечом и разминал руки — видимо, пальцы ныли от усталости. Вдалеке толпа ревела, как зверь, которого Магн выпустил из клетки. Дым поднимался над портовым районом — возможно, склады бурлаков уже тлели. «Чушпаны» скользили по каналу, Сакс Поло тащил свои лестницы, а где-то в городе Сперат искал Гвену. План сеньора — или один из них — раскручивался легко и просто, как прялка в руках старухи.

Магн стоял вдалеке, с нечеловечески огромным Крушителем на плече. Это позволяло узнать его фигуру среди блестящих лат свиты. Он, наверняка, смотрел на происходящее с холодной улыбкой. Вокула знал этот взгляд — он видел не просто толпу, а доску для той игры, что так любят в Королевстве, где каждая фигура двигалась по его воле. Караэн трещал по швам, но не ломался. Гильдии слабели, бурлаки горели, а Золотой Змей возвышался над всеми. Он стал больше, чем был, — не тенью своего отца, а чем-то новым. Опасным. «Я служу ему не из преданности, а из расчёта, — думал Вокула. — Пока он побеждает, я выигрываю. Но я вижу дальше него». Магн может объединить Регентство под своей властью — не сегодня, не завтра, но со временем. Хаос, что он сеет, подобен бурям, ломающим старые деревья, чтобы дать рост новым. И всё, что вырастет, будет расти под тенью Магна Итвис. Он будет стоять вот так, как сейчас. Выше, и в стороне. Это правильно.

«Властителю надлежит внушать страх так, чтобы не вызывать ненависти», — одобрительно размышлял Вокула. Магн пока идёт этим путём. Вокула верил, что его рука принесёт благо людям — не из милосердия, а из порядка. Ему нравилось, что Магн не гонится за выгодой ради самой выгоды. «Люди скорее простят смерть отца, чем потерю имущества», — однажды сказал Вокула Магну, и тот это запомнил. Запоминать нужное — очень важно. Вокула глянул на работавших в саду. Они беспокойно оглядывались на шум, но продолжали делать своё дело. «Как и все мы», — подумал он. Это и было высшей целью Вокулы: дать людям возможность спокойно заниматься своими делами, дать им уверенность, что, что бы ни происходило, их это не коснётся. «Объединив Регентство, Магн даст им спокойствие, а мне — место в тени трона. Если он не сломается сам, если не утонет в крови, что сам же прольёт». Вокула подставил лицо лучам светила и потянулся. Ну разумеется, именно в этот момент его застали.

Подошёл один из писарей — худой, с вечно бегающими глазами. В руках он держал свёрнутый пергамент, запечатанный золотым воском.

— Сеньор Вокула, что делать с письмом от Императора Золотой Империи? — спросил он, голос дрожал, будто он боялся Вокулы. Умен, исполнителен, но трусоват.

Вокула небрежно надел протянутые перчатки, взял пергамент, сломал печать и пробежал глазами строки. Император обращался к Магну как к «досточтимому сеньору Караэна» — не брат, не равный, но с уважением, какое дают полезному вассалу. Слова текли гладко: сожаление о «недопонимании», что возникло между нами, просьба о мире. А затем — суть. Император предлагал щедрую плату, если Магн приведёт большое войско под знамёна Золотой Империи. У него были враги на юго-востоке — далёкие, но опасные. Золото, титулы, земли — всё это лежало между строк, как приманка для крысы. Вокула сразу понял: это главное. Не мир, не дружба — войско. Императору нужен был Магн, его воины, его сталь.

Письмо пришло давно — тогда, когда люди Итвис были изгнаны из Караэна, когда гильдии гнали их, как собак, а Магн ещё казался слабым. Всем, не только врагам. Даже Вокула недооценивал, насколько опасно играть с Золотым Змеем. Он думал, что Магн будет мучительно долго собирать союзников, нападать на контадо Караэна, опираясь на Горящий Пик… Вокула ошибся. Возможно, Магн станет сеньором Регентства быстрее, чем планируется. Вокула просто немного ему поможет. Направит в нужную дверь. Мысли вернулись к письму. Оно затерялось в суматохе, но теперь было перед ним — ключ к одной из дверей будущего. Вокула не думал долго.

— Это то самое письмо, которое было утеряно? — спросил он, глядя на писаря.

Тот кивнул, сглотнув. Вокула свернул пергамент и сунул за пояс. Магну пока рано это знать — сейчас он слишком занят. Но Вокула держит это в уме. Император видит в нём силу, Магн может увидеть в Императоре возможность, а Вокула видит помеху. Если Магн объединит Регентство, Золотая Империя станет либо союзником, либо врагом. А это значит, что помогать Императору невыгодно в любом случае. Ослабленный враг хорош по очевидным причинам, но ослабленный союзник иногда даже лучше.

А вдали, за красными крышами и белыми домиками контадо Караэна, тьма над Воющим Камнем сгущалась, как чернила, пролитые на пергамент. Джевал не вернулся — вряд ли вернётся. Что-то шевелилось там, в глубине, и это было не просто нежитью, которую можно зарубить или сжечь. Это было старше, чем Караэн, старше, чем всё вокруг Вокулы. Но даже если бы он это знал, он бы разволновался, но не испугался. Страх бесполезен. Вокула не боится, он считает варианты. И сейчас его расчёт прост: Магн сокрушит неведомую опасность либо станет пеплом. И Вокула должен быть готов к любому исходу.

Он развернулся к лестнице. Надо сделать пару запросов и написать несколько писем до обеда. А ещё переговорить с теми, кого люди называют хорошими лекарями. Кажется, у Вокулы скоро будет для них помещение. Осталось определить плату. И, возможно, подключить к этому Бруно Джакобиана. Лектор Университета равнодушен к деньгам, но он увлекающийся человек. Надо подумать, как увлечь Бруно идеей обучать лекарей. И поговорить с Фанго — уже давно должно было прийти ответное письмо от Охотников. Тем пора возвращаться. Что-то ещё… Столько дел, столько дел…