Чтение онлайн

— Что говорят бурлаки про меня? — спросил я Фанго ещё в поместье, когда мы остались вчетвером. Тот долго молчал. Кстати, только со мной он такой молчаливый и сдержанный. Сейчас, под стеной, он довольно эмоционально размахивал руками, переговариваясь то с одним, то с другим человеком, которые пробирались к нему сквозь толпу, а потом ввинчивались в неё обратно. Я пытался запоминать их лица, но мне надоело после второго десятка. В поместье же он, так и оставшись стоять, говорил тихо, склонившись и сложив руки на груди:

— Они считают, что вы их обманули. Вы, мой сеньор, якобы обещали им жильё внутри стен Караэна. Говорят среди своих также, что якобы…

— А то, что у них есть сейчас, они считают своей заслугой, — сказал я, устав ждать, пока он подберёт дипломатичные формулировки.

— Люди быстро привыкают к тому, что у них есть, и немедленно начинают хотеть большего, — прокомментировал Вокула.

— Они уже прибрали к рукам всю торговлю по реке? — спросил я.

— Пока нет, — ответил Вокула. Коротко, не похоже на него… Хотя очень ёмко. Пока ещё нет. Но, очевидно, на пути к этому.

— На самом ли деле гильдия бурлаков всей Долины встанет за своих в Караэне и сможет перерезать нам всякую торговлю? — спросил я.

— Караэн — самый важный город в Долине. Только через него можно попасть в Отвин или Башню, — тут же ответил Вокула, будто готовился к этому вопросу. Впрочем, наверняка он уже продумал то, что мне только пришло в голову. За это я его и ценю — за умение рассмотреть все варианты. — Есть ещё трудный путь через гати, проложенные по топям к Вириину. Теперь этот путь стал ещё сложнее. И он почти не зависит от бурлаков. Если встанет торговля Караэна, то это будет хуже для гильдии, а не для города. Но они могут сделать так, что пострадают только некоторые. Например, те, кто стоит под знамёнами Итвис.

Я кивнул. Что-то такое я подозревал. Забастовка бурлаков в этом мире — скорее мафиозная война. Будут нападать на аффилированных со мной, а при случае пытаться нанести урон и моей семье. Может, пару внучатых кузенов прирежут. Это я легко переживу. А вот если угонят баржу с чисто моим товаром, который я планировал скоро гнать караванами, мне будет очень грустно. К тому же, зачем мне государство в государстве? Тем более, когда я так удачно разобрался с двумя самыми сильными гильдиями?

— А что, если возмущённые горожане устроят нелепую резню? Возьмут район пристаней штурмом, поубивают бурлаков, разрушат стену, захватят пристани и склады… — спросил я.

— Хорошо бы, чтобы они ещё и убили Задатка, — вставил Фанго.

В этот момент Сперат начал недовольно сопеть. Не любил он такое.

— Это не так важно, как то, что случится со складами. И баржами. Гильдия бурлаков сейчас владеет многими баржами… — забеспокоился Вокула об потенциальных активах.

— Отойдёт городу, — легко сказал я. Если всё будет хорошо, то город — это я. — Или, может, нуждающимся. Вдовам, героям или вдовам героев.

В любом случае, со временем моё влияние и богатство позволят прибрать всё к рукам. И чем мельче будет собственник, тем легче это будет сделать. Вокула понимающе переглянулся с Фанго. И тогда тот поднял на меня свою оживившуяся крысиную мордочку и сказал:

— Мой сеньор, в такое время и в самом деле может случиться, что некие люди заподозрят гильдию бурлаков в…

— В чём? Подумай, — кивнул я.

— Люди боятся того, чего не понимают, — выдал мудрость Вокула. Я покрутил её и так, и так, пытаясь приладить к этой конкретной ситуации.

— Демоны? — предположил я. В конце концов, не так давно парни Фредерика прикончили одного прямо у Фонтана. — Колдуны?

Фанго склонился ниже. Непонятно, то ли кивнул, то ли поклонился. Но вслух ничего не сказал. Мне не понравилось, что он молчит.

— Скажи, если я ошибаюсь. Вы мне нужны именно для этого, — сказал я, стараясь, чтобы в мой голос не просочилась злость.

— Слишком легко победили в последний раз, слишком давно было наоборот, — пробасил Сперат.

Ясно, демонов никто не боится. Итак, Сперат у нас теперь работает говорителем правды. Хорошо, учтём.

— Выгода. Выгода всегда понятна, — вдруг сказал Вокула. — Покажи человеку невиданное им прежде дерево и скажи, что растёт оно оттого, что ему платят, и он поверит, пока не увидит обратное. Потому что выгода — это исток людских помыслов. Движет же ими выгода и страсти.

— Значит… — протянул я.

— Я смогу сделать так, чтобы люди Караэна поняли, что проникнуть за стены квартала бурлаков выгодно. Для этого хватит и пары часов, — сказал Фанго. — Ведь они и сами это знают.

Мы замолчали. Что делать со страстью?

— Подельники вампиров, — грустно подсказал Сперат.

Я чуть по лбу себя не хлопнул. И в самом деле, чёрная туча недвусмысленно намекала на некромантскую природу опасности. Не совсем понимаю, почему нежить так боятся — ну, кроме вампиров. Хотя та тварь в лабиринте под Горящим Пиком была неприятной…

— В сговоре. И прячут их, чтобы выпустить ночью в город, — подхватил Фанго.

Дальше оставалось только проработать детали.

Стена района бурлаков невысока, но крепка, а за ней — сотни жилистых мужиков с баграми и цепями. Мне нужен был план, хитрый, как змей на моём гербе. И запасной, когда он не сработает. И запасной запасного, если провалятся оба. И ещё один, на всякий случай.

Толпа под стенами стала сбиваться в кучи — вокруг кричащих отдельных истеричных оборванных личностей или групп опрятно одетых, на вид респектабельных сеньоров. И те, и другие что-то втолковывали толпе, из которой то и дело доносились одобрительные выкрики. Мимо них, как корабли в море, плыли огромные телеги-кароччо моих таэнцев — зачем они приехали сюда, если дорога к Воющему Камню была дальше на запад? Ну, вся толпа же здесь. Кароччо были богато украшены: алые полотнища с вышитыми белыми змеями Итвис (если наоборот, то знамена быстро становились грязными), выцветшие трофейные знамёна, прибитые к бортам, деревянные статуи богов с настоящими железными мечами и декоративными тканевыми венками, а на верхних площадках — дети в ярких туниках и повара в богатых одеждах, размахивающие откровенно ритуальными котелками. По опыту битвы под Вириином, теперь все кароччо были с высокой и надежной деревянной надстройкой спереди, учитывая высоту стены бурлаков, — готовые штурмовые башни с хорошим запасом по высоте.

Фанго поднял свою крысиную мордочку, поймал мой взгляд и едва заметно кивнул. Я велел Вокуле поднять моё копьё с баннером, окрашенное в красный и белый. Оно лежало на стене — потому что Вокуле было трудно его держать. Я сам ему и приказал его положить. А теперь передумал. Копьё, поднявшееся над стеной, было видно издалека.

Бурлаки держат канал. Но не все лодки у них. Пара десятков найдётся и в Караэне. И сейчас, увидев моё копьё над стеной, «чушпаны» в них должны двинуться вниз по каналу и пристать к пристаням. Я не против, если часть населения района бурлаков уйдёт на баржах по каналу. Но мне бы хотелось взять и удержать пару здоровенных складов. Заодно проверить боеспособность своих «чушпанов», прежде чем доверить им защиту поместья с Адель и Ивейном внутри. Это был мой первый запасной план.

— А если бурлаки будут драться, и драться хорошо? Ведь они бьются за своё добро, — спросил в поместье Вокула, теребя бороду.

— Пусть дерутся с толпой, — пожал я плечами тогда. — Пока они отвлекутся, «чушпаны» зайдут с воды, захватят их склады, и тогда причин драться не будет.

Человек, стоявший на улице Старого города, увидев моё копьё, отлепился от стены и исчез в низком дверном проходе. Бурлаки были уверены, что надёжно отгородились стеной от Караэна. Анья, наш друг из города, была уверена в обратном. Её пивовары должны были выйти внутри района бурлаков и открыть ворота для моей конницы. Второй запасной план. Самый ненадёжный — Анья была амбициозна, но умна. Она сама или кто-то рядом с ней, если вдруг сможет разжать мысленную хватку на деньгах Задатка и подумать, очень легко поймёт, что пивовары станут следующими. Но я верил в их алчность.