Чтение онлайн

– Не могу ли я в залог внести сам крейсер?

Адмирал пошевелил губами.

– Если вы так хотите, я ничего против не имею.

Мы стали прощаться.

– Да, - напомнил адмирал, - я слышал вы прорвали оборону наших болванов в правительстве. Если вы поднимете "Бремзе", мы гарантируем вам поддержку во многих финансовых операциях. Держите со мной связь.

Мы расстались друзьями.

Молли дико обрадовалась моему приезду. Она затащила меня в отель, где мы долго предавались любви.

– Эрнст, новость потрясающая! Моего мужа выгнали с работы. Представляешь, после решения суда в твою пользу, часть членов кабинета еще имела иллюзию по приобретению линкоров для ВМФ. Но наши друзья из Америки вернули их на реальную основу и что бы не уплыл их заказ на сторону, они согласились снять с тебя все негласные запреты.

– Где же сейчас Юджин?

– В Глазго, выставляет свою кандидатуру от консерваторов в парламент.

– А ты-то осталась на месте?

– Пока да. Там председатель комитета милый старичок. Мы с ним ладим. Эрнст, я решила подать на развод с Юджином.

– Молли, это твое личное дело.

– Не совсем. Я слишком растворилась в тебе, я слишком твоя.

– Не предлагаешь ли ты мне тоже развестись.

– Нет. Это дело твое. Ты скоро уезжаешь?

Молли поспешила перевести разговор на другую тему.

– Сегодня.

Северное побережье Англии. Май. 1927г.

Три буксира немецкой фирмы буксировали "Мольтке" в порт Росайд. В заливе Пентленд-Ферт поднялся сильный ветер. Перевернутый корпус корабля начал тяжело переваливаться с боку на бок. Потери воздуха увеличились и "Мольтке" начал с каждой милей потихоньку опускаться в воду. Когда мы прибыли к городку Вик, корпус корабля торчал на 2 метра над водой, а начинали мы путешествие с 6 метров. Ветер спал, качка прекратилась и я перешел на буксир. При подходе к Росайду, по недоразумению, на буксире оказалось два лоцмана. Одного вызвал я из Адмиралтейства, другого капитан буксира из залива Ферт-оф-Форт. Эти два балбеса сразу сцепились друг с другом. В результате, караван двигался сам по себе и гигантская туша корабля вдруг неожиданно оказалась перед центральными устоями моста через реку Форт. Я понял, что сейчас, если мы не оторвем буксиры, пришвартованные по бокам крейсера, моста и нас не будет.

– Рубите швартовые!
– заорал я.

– Зачем?
– ко мне подскочил лоцман.

Я двинул ему в ухо и он пропал за трюмным подъемом.

– Руби!!!
– мой голос переполошил реку.

На противоположном буксире забегали матросы. Они топорами перерубали тросы. Устои моста надвигались на нас огромной глыбой камня. Наконец, мы оторвались от крейсера и он начал вдвигаться в проем моста. Буксиры вылетели за центральные устои моста и мы увидели, как неуправляемая масса корабля, движется по водной глади, разгоняя мелкие суда и лодки. Наши трудяги догнали корабль и опять сомкнулись по бокам. Впереди маячил большой док.

Через 5 дней в Скапа-Флоу пришел официальный пакет из Адмиралтейства, в нем находился счет и письмо с предложением о незамедлительной оплате счета за убытки, причиненные сухому доку, иначе "Мольтке" будет конфискован как залог.

После такого предупреждения, я долго не открывал счет, мысленно разыскивая деньги. Когда же развернул документ, то чуть не подпрыгнул от радости. Счет был на 8 фунт. ст.

Залив Скапа-Флоу. Июнь. 1927г.

Наконец я добрался до линейного крейсера "Зейдлиц". Опыт "Мольтке" подсказал, что самый лучший вариант, это одновременная закачка воздуха во все отсеки. Но "Зейдлиц" лежал на дне под наклоном и мне пришла идея, а не поднять ли нам корабль бортом вверх.

– Кокс, ты сошел с ума, - брюзжал Маккоун.

– Не делай этого, ничего не выйдет, - вторил ему Маккензи.

– Мистер Кокс, корабль поднять можно, но его нужно четко отцентрировать, - подвел свои подсчеты Ник.

– Ник, Ты прав. Мы засыпем в помещения левого борта гравий. Подсчитай сколько нам его надо и давайте приступать к работе.

– Опомнись, Кокс, это безумный план, - заныл опять МАккоун.

– Все, ребята, дебаты кончились, по местам!

– Кокс...,- начал было Маккензи.

Я взорвался.

– Черт возьми, я знаю, что этого ни кто не делал, но ни кто еще не поднимал линкоры со дна моря, да еще в разных положениях. Поэтому идите вы в ...

Они обиженные ушли.

Операция началась удачно. Включили компрессора и "Зейдлиц" медленно начал всплывать. Он вышел точно бортом вверх и закачался на воде. Маки недоверчиво смотрели на это чудо. Все бросились поздравлять меня.

Вдруг в носовой части корабля раздался грохот. "Зейдлиц" задрожал.

– Отключите компрессора!
– завопил я, - Кто там у вентилей? Открывай! Выпустить воздух из всех отсеков!

Но было уже поздно. Переборки начали лопаться одна за другой. В корпусе зашумел, перемещающийся гравий. Крейсер сначала как бы погрузился, потом выскочил из воды и перевернувшись вверх дном, исчез с поверхности воды.

Я чуть не заплакал. Мало того, что утонул корабль, с ним на дно ушли все компрессора и больше половины воздушных шлюзов.

Залив Скапа-Флоу. Октябрь. 1927г.

Я начал новую борьбу за "Зейдлиц". Водолазы срезали надстройки и мачты. Они выпотрошили гравий, скопившийся в корме и заткнули все дырки в корпусе. По новой заварили и усилили переборки.

Крейсер поднялся из воды с креном около 50 градусов и что я только не подвешивал на противоположный борт , что бы выровнять крен, ничего не помогало. Я приказал его опять утопить.

Опять я подвел две секции дока, затопил их у борта крейсера и прикрепил к ним, с помощью 22 тросов крейсер.

Подъем вышел удачный, правда, 10 тросов лопнули, но остальные выровняли корабль и мы приступили к его облегчению и транспортировке. Все повторилось, как с "Мольтке", мы отвезли его в Росайд.

Лондон. Декабрь. 1927г.

Нас с Дженни пригласили на рождественский бал к сэру Уильяму.

– Князь, вы здесь?
– удивился я.

– Только что приехал из Парижа. Гляжу, все старые лица. В старушке Англии ничего не меняется.

Он поцеловал Дженни руку и та, милостиво кивнула головой.

– Так уж ничего?

Князь засмеялся.

– Женщины похорошели. Вот Дженни стала прекраснее, чем была.

– Вы меня вводите в краску, князь.

Дженни расплылась от удовольствия.

– А разве эти женщины не прекрасны? Посмотрите туда, - он ткнул рукой в зал, - Когда я был в прошлый раз, та красавица, была длинной худой девчонкой, а сейчас... Слов нет, до чего прекрасна!

– Это дочь судьи Эдванса. По-моему, Маргарет. А рядом, его жена Ирен, очень странная женщина, - прозвенел голосок Дженни.