Чтение онлайн

Рейз пожал плечами, словно он просто-напросто сделал то, что было необходимо. Люциан был впечатлен его невозмутимостью. В отличие от других смертных, запертых с ним, черный человек не поддался панике или отчаянию. Даже здесь, в этих гнетущих подземельях, он, казалось, просто выжидал. Даже стая хищных оборотней не сломила его дух.

– Ты когда-нибудь сталкивался с ними раньше?
– Спросил Люциан.

– Только в преданиях.
– Голос мужчины был невероятно глубок, особенно для смертного. Он был даже сильнее ликанских голосов, звучавших в сравнении с ним как кастратские.
– В преданиях, которым я никогда не верил.

Люциан знал, что за пределами крепостных стен многие смертные считали вампиров и оборотней не более чем выдумкой, сродни василискам и драконам. Будучи бессмертным с рождения, он всегда с трудом этого понимал, но, видимо, так и было.

"На что похоже, - размышлял он, - не жить каждый день жизни под властью вампиров?"

– Ты их не испугался?

– Испугался, - признался Рейз.
– Но я хотел жить.

"Похоже на то", - подумал Люциан. Его интересовало, видел ли Рейз нечеловеческое превращение самого Люциана во время боя.

– А меня боишься?

Рейз ответил не сразу. Его взгляд снова скользнул по исчезающим шрамам на плечах Люциана.

– Да.

Люциан оценил честность смертного.

– Ну, так не надо.
– Он хитро улыбнулся.
– Я не кусаюсь... почти.

Рейз тревожно моргнул, но понял, что Люциан шутит. Тем не менее, он с определенной настороженностью смотрел на клетку с ликанами.

– А ты... как они?

– Нет!
– Заявил Люциан. Сама мысль об это оскорбила его.
– Ликан - да. Но не как они. Совсем не как они.

Он не стремился объяснять физические различия между собой и дикими оборотнями.

– Те, с кем ты дрался сегодня, были животные. Отродья Уильяма, первого настоящего оборотня. Чистокровные, если угодно. Ничего человеческого в них не осталось. Дикие, безмозглые животные.
– Он вдруг понял, что говорит как Виктор.

Даже слишком похоже.

– Или так говорят, - пробормотал он, больше себе, чем Рейзу. Впервые он засомневался в основах основ сумеречного мира, в котором вырос. Тягучая боль в спине и плечах, конечно, опровергала претензии вампиров на большую цивилизованнось и культурность, чем их одичавшие собратья. Возможно ли, чтобы оборотни не были совсем уж неразумными зверьми, каковыми он всегда их считал?

Любопытство Рейза прервало его размышления.

– Но я видел тебя.
– Он указал на других людей-заключенных, разделявших с ним клетку. Жалкие смертные с разной степенью ужаса и восхищения вслушивались в их разговор.
– Мы видели тебя и их.

Вспоминая, он покачал головой, не веря, словно ему еще трудно было принять случившееся на его глазах.

– Они повиновались тебе.

Люциан вспомнил, как стая пождала хвосты, когда он зарычал на них. Такой невероятный поворот событий до сих пор удивлял и озадачивал его, хотя пока что у него было очень мало шансов разгадать этот вопрос. От арбалетного выстрела до порки до полусмерти у него не было времени разобраться в этой тайне... до сего момента.

– Да, - сказал он.
– Повиновались.

***

Пара скучающих Вестников Смерти охраняли вход в подземелья. На их кислых лицах было видно возмущение тем, что они застряли с такой неблагодарной службой в ту самую ночь, когда замок принимает выжившую знать. Они сидели за шатким деревянным столом, бросали кости и обменивались грязными шутками. Кольцо с большими металлическими ключами висело на крючке за ними, под горящим фонарем. К ближайшей стене, на расстоянии руки, были прислонены копья с серебряными наконечниками. Кувшин теплой крови и две высоких кожаных кружки покоились на столе между ними. Рычание и возбужденные голоса доносились из клеток за сторожкой - где-то в подземелье разразился спор. Раздосадованные, караульные покрикивали и стучали по стенам, чтобы утихомирить заключенных.

– Дикари, - проворчал один из воинов.
– Можно подумать, будто они научатся манерам, после того что случилось с этим кузнецом.

– А ты чего ожидал?
– Сказал другой охранник.
– Они всего лишь животные.

Ночная скука была неожиданно развеяна двумя вампиршами, спутившимися по лестнице и присоединившимся к ним. Одна из женщин, красотка с пшеничными волосами по имени Люка, был фрейлиной Сони. Платье из красного бархата подчеркивало ее стройную фигуру. Ее спутница менее благородного происхождения была миниатюрной рыжей горничной по имени Мальвина. Обычный белый киртл говорил о ее низком статусе, но, тем не менее, не скрывал ее женских прелестей. Нежный аромат женских духов подсластил зловонную атмосферу.

Они смело подошли к охранникам, которые были слишком обрадованы хорошенькими посетительницами, чтобы задаться вопросом, почему им так повезло. Гремя доспехами, они нетерпеливо вскочили на ноги и поспешно предложили дамам кувшин крови. Отказавшись от предложения освежиться, Люка расположилась между двумя воинами и хрипло что -то зашептала им на уши, в то время как Мальвина бесстыдно с ними флиртовала, хлопая глазами и облизывая жемчужные клыки. Похотливые улыбки расплылись на лицах стражников. Жадные руки обхватили женские талии. Предложение Люки им явно понравилось.

– Пойдемте с нами, - манили они.
– Вы не пожалеете.

Все мысли о долге забылись, и мужчины позволили своим новым спутницам увести их в темную уединенность соседнего коридора. Затихающий смех эхом отражался от мрачных серых стен. Дерзкая рука шлепнула Мальвину по заду. Однако прежде, чем гуляки исчезли в тени, Люка бросила взгляд в ту сторону, откуда пришла. Ее знойные фиолетовые глаза нашли...

Соню, которая скрывалась на лестничной клетке, пока доверчивые часовые не удалились на безопасное расстояние. Она затаила дыхание и досчитала до полусотни, прежде чем выйти из укрытия. Тревожно оглядевшись, она успокоилась, обнаружив, что путь свободен. Ничьих сокрытых глаз не было, чтобы разоблачить ее.

"Спасибо, Люка", - поблагодарила она искренне. Верная служанка сегодня тысячекратно доказала свою преданность, а участие Мальвины обеспечили щедрые дары. Соня не доверила женщинам истинной природы ее связи с Люцианом; она лишь сказала, что заботится о благополучии невинного ликана, дважды спасшего ей жизнь. К счастью, Люка приняла это объяснение без вопросов, хоть Соня и боялась, что в глазах той мелькнула вспышка подозрения. Если все пройдет плану, две женщины задержат охранников достаточно надолго, чтобы Соня осуществила то, зачем пришла.

То, что им придется ради нее вытерпеть грязные солдатские приставания, переполняло ее благодарностью.

"Я перед ними в большом долгу".

Соня знала, что она идет на страшный риск, особенно с отцом, ожидающим ее на сегодняшнем приеме; но ей просто необходимо было удостовериться, как Люциан пережил садистские бесчинства Косты. Она не могла вынести мысли о том, что ее храбрый любовник страдает в одиночестве во тьме. Она должна была увидеть, утешить его, хотя бы на несколько драгоценных минут.