Чтение онлайн

– Мы уже знаем, о какой монете речь, теперь мы должны все о ней разузнать.

– Идем на монетный двор? – с непроницаемым лицом поинтересовалась Хоро.

Лоуренс, не выдержав, расхохотался.

– Если я пойду прямо на монетный двор, меня, скорее всего, просто проткнут копьем. Мы пойдем к меняле.

– Хммм. Вот об этом я действительно не очень много знаю.

Характер Хоро раскрывался перед Лоуренсом все больше и больше.

– Мы должны пойти к меняле и там разузнать о положении дел.

– Что именно ты хочешь узнать?

– Если доля серебра в монете меняется, должны быть какие-то знаки.

– Что-то вроде затишья перед бурей?

Лоуренс улыбнулся.

– Ээ, почти. Когда доля серебра падает, это происходит постепенно; когда возрастает – тоже.

– Эээ...
– похоже, Хоро поняла не до конца. Лоуренс пустился в объяснение.

– То, что мы называем деньгами, работает только если люди этому доверяют. Изменение стоимости денег – вещь очень деликатная. Все сводится к доверию. Кроме того, определить, меняется ли доля серебра в монете, очень трудно, даже менялам не всегда это удается. Поскольку цена денег определяется доверием к ним, цена старых, долгое время используемых денег, если они популярны, выше истиной стоимости входящего в них металла. Меняться стоимость денег может по многим причинам. Самая частая – изменение цен на золото и серебро.

Хоро погрузилась в размышления. Лоуренс был убежден, что понять все это быстро совершенно невозможно, поэтому он ждал вопросов Хоро, готовый отвечать.

– Мир людей такой сложный, - с улыбкой произнесла наконец Хоро. Лоуренс был поражен тем, насколько быстро она все схватила.

Вскоре Лоуренс и Хоро пришли к сооружающемуся в городе каналу.

– Хо-хо, как здесь людно, - сказала Хоро, взойдя на крупнейший мост Паттио. Вдоль моста расселось огромное количество менял.

– Как здесь много менял... и как среди них выбрать?

– Вот почему бродячему торговцу нужны знакомства. Иди за мной, - и Лоуренс углубился в толпу. Хоро не отставала.

– А, понимаю.

– Вайсс, давно не виделись, - поприветствовал Лоуренс менялу с белокурыми волосами.

– Лоуренс, сколько лет, сколько зим. Когда ты приехал?

– Вчера.

– И как твои дела?

– Я в порядке. А ты?

– Я скоро заполучу геморрой. Паршивая работа. Ты здесь по делам? Раз ты пришел сюда, должно быть, ты хочешь поменять деньги?

– По правде сказать, мне нужна кое-какая твоя помощь.

– А кто эта девушка?

– Я ее подобрал по дороге из Пасро сюда.

– Правда?

– Абсолютная.

– Как твое имя?

– Я Хоро.

– Если тебе некуда деться, можешь работать здесь. Ты даже сможешь разбогатеть. Хочешь стать моей женой? – с улыбкой сказал Вайсс.

– Вайсс, я пришел к тебе за помощью, - перебил Лоуренс. Вайсс состроил печальное лицо и спросил:

– А что? Она твоя?

Лоуренс вновь вернулся к прежней теме:

– Ох, да погоди ты. Сперва давай разберемся с моим делом.

– Ладно. Так что за дело?

– У тебя есть недавно отчеканенные монеты Тренни? Лучше всего было бы, если бы у тебя нашлось три монеты.

– А что, какие-то сведения о том, что они меняются?

Такие вещи были Вайссу хорошо знакомы; он мгновенно понял, что Лоуренс имеет в виду.

– Возможно. Скажу так: будь осторожен. Очень трудно бежать впереди всех.

– Так они поменялись или не поменялись?.. Да, они у нас есть. Месяц назад мы как раз получили свежеотчеканенные монеты. Вот одна из них... и еще одна... вот. Я их целый день проверял, пытаясь понять, отличаются они от старых или нет.

Лоуренс взял новые монеты в одну руку, а старые в другую, и попытался почувствовать какое-то различие.

– Бесполезно. Если бы так можно было это выяснить, я бы давно уже выяснил.

– А как мне тогда узнать?

– Я мог бы расплавить для тебя одну штучку.

– Ха-ха, отличная идея.

В любой стране мира плавить деньги этой страны было противозаконно.

– А что такое? – неожиданно вмешалась Хоро. – Можно мне посмотреть?

– Конечно, конечно, - ответил Вайсс.

– Ты что-то заметила? – спросил Лоуренс.

– Просто дай мне на них взглянуть, - с этими словами Хоро поднесла монеты к лицу.

– Ты играешь, - произнес Вайсс. – А говорят, что торговцы стародавних времен действительно могли по звуку угадать разницу между монетами.

О чем не знал Вайсс, так это о паре волчьих ушей на макушке Хоро.

– Э...

Хоро потрясла двумя монетами, которые держала между ладонями. Затем она отложила эти две монеты, взяла две другие и потрясла их. Потом она стала трясти монетами в различных сочетаниях, и все это она проделала трижды.

– Не могу сказать.

– Забудь, забудь.

– Думаю, мы тогда пойдем. Давай как-нибудь вместе выпьем, - попрощался Лоуренс.

– О, конечно же.

Когда они отошли, Хоро с улыбкой заметила:

– Он забавный.

– Да уж... ну что с серебром, доля выросла или упала?

– Если ты меня об этом спрашиваешь, значит, ты уже стал умнее.

– Лишь один человек знает про твои уши. И этот человек – я. У тебя ведь дернулось ухо, верно?

Хоро мягко улыбнулась и ответила:

– Да, тебя нельзя недооценивать.

– Но меня слегка удивило, когда ты не выложила это сразу. Когда ты врешь, это выглядит потрясающе.

– Я не знала, поверит ли тот человек моим словам, но другие там, на мосту, вполне могли. Если никто больше не знает, это же к лучшему, верно? И потом, это был мой долг.

– Долг?

– Ты ведь только что меня ревновал? Мой долг – расплатиться с тобой за эту ревность.

Лоуренс знал, что Хоро вновь его дразнит, но его лицо против воли приняло недовольный вид.

– Не беспокойся. Все мужчины – ревнивые глупцы, - заявила Хоро.

– Однако если женщина радуется ревности мужчины-глупца, она не менее глупа, чем он. Так что мужчины и женщины равно глупы.

Не только в делах, но и в чувствах Лоуренс держался очень дипломатично.

– Ха. Для меня человек – все равно что цыпленок.

После этих слов Лоуренс посерьезнел.

– Монеты звучали чуть-чуть по-разному, - задумчиво сказала Хоро. – У новых монет звон ниже.

– Ниже??

Хоро кивнула.