Вечный - Кровь Леса (СИ)
Шрифт:
– Ты что, знаешь, где Земля находится?
– удивился я.
– Знаю, - я кивнул, мир покачнулся и едва не обрушился мне на голову.
– Она там... Возле Солнца, чуть ниже Марса...
И задумался - кажется, это была цитата?
Главарь что-то спрашивал, снова на разных языках.
– Дружище!..
– ответил я проникновенно.
– Ты не поверишь, но я вам ничего не скажу!.. Я просто не знаю, где находится Земля, ага!.. Галактика Млечный путь!.. она спиральная вроде бы!.. Ты знаешь, сколько таких галактик? Хо дуя!.. Ну, ты понял! А дальше - жёлтая звезда где-то на окраине!.. Таких звёзд - навалом, ищите, ха-ха-ха!..
Туман сгустился до консистенции ваты, вокруг меня происходило какое-то шевеление. Я поднял глаза и посмотрел в своё отражение в глазницах-фасетках шлема.
Драконид поднял маску, наклонился ко мне и посмотрел в глаза.
Звёзды и ночь между ними.
Пылающие костры иных миров - и бесконечная пустота, ничто. Звёзды мирно висели в пространстве, их было очень много. Щупальца мрака вились и танцевали вокруг, чертили знаки, рисовали орбиты, показывали смысловые единицы, что-то ощупывали, искали.
Меня искали.
Чёрные вихри наконец нащупали меня, и сознание охватил невыносимый холод. Подхваченное ветром звёзды завертелись вокруг, вспарывая моё тело острыми лучами. Вниз опадало алмазное крошево - звёздный песок сточившихся об меня светил.
Яростно грянули барабаны и литавры. Кто-то завыл немузыкальный марш. Я понял, что хобот смерча, в котором я мотался, берёт начало в центре гигантской граммофонной пластинки, и эта пластинка замедляет ход, тянет звук.
Алмазные крошки упали на пластинку, и круглая черная площадь размером с планету заскрежетала, завизжала и стала останавливаться. Смерч замедлил вращение, и я полетел вниз.
Грохнулся о чёрный камень и покатился, обдирая руки и ноги. Встал.
Под ногами блестел чёрный антрацит и переливались алмазы, огромные, как льдины, выброшенные на берег во время ледохода. По бокам вздымались острые кручи. Я был в огромном, плавно изгибающемся ущелье. Над головой равнодушно блестели звёзды, их было всё ещё много.
Я понял, что нахожусь в звуковой дорожке граммофонного диска. И побрёл вперед - то ли к центру пластинки, то ли к краю.
Идти по антрациту было очень неудобно. Я перемазался углём, алмазная пыль припорошила царапины, словно стрептоцидом.
Пластинка вдруг вздрогнула и снова стала вращаться. Звёзды завертелись под головой. Пространство наполнилось звуками какого-то марша, он кашлял, выл, гремел, призывал к борьбе, геройству и подвигам - громко, даже громово, пафосно и невероятно фальшиво. Звуки повисли над ущельем, они выглядели как клочки мрака.
В одном из огромных кристаллов отразилось моё лицо. Нет, не моё - бледнее, старше.
Хочешь жить вечно? - вкрадчиво спросил зеркальный призрак.
Зачем тебе мой ответ? Ведь я и так буду жить вечно, вне зависимости, хочу я этого или нет.
Смерти нет, – сказал призрак. – Смерти нет совсем. Смерть - всего лишь невспоминание о прошлых жизнях. Смерть - как сон. Бодрствуя, мы не всегда его помним.
Смерть?
Я не умер.
Тебя не убивали, - кивнул призрак.
– Вспомни.
Допрос с применением наркотиков запрещён... - я задумался. Не знаю, но точно ведь чем-нибудь запрещён!..
Призрак улыбался.
А ещё?..
Мне посмотрели в глаза. И залезли в мозги. Пытаются залезть... считать... – я оглянулся.
Ну и что ты сейчас будешь делать? - полюбопытствовал призрак.
Жизнь - это борьба.
Я буду сопротивляться.
Как? Чем?
Собой - это единственное, что у меня есть. Мысль - высшая сила. Воображение - мой меч.
Человек с моим лицом кивнул и протянул руку из зазеркалья. В ладони лежал небольшой металлический цилиндр.
Я взял - рука призрака была холодна, холоднее, чем металл цилиндра. Предмет ловко лёг в ладонь, кнопка под большим пальцем так и просила, чтобы нажали.
Я вжал кнопку.
С шипением из торца цилиндра вырос короткий яркий луч. Он гудел и потрескивал, и от него хорошо пахло грозой.
Вспышка спугнула чёрные звуки, висевшие надо мной. Они заметались, описывая круги. Обернулись чёрными птицами, летучими мышами, невероятными чудовищами ночных кошмаров. С воплями и визгами ринулись на меня.
Я взмахнул лучом, отсечённые крылья и щупальца распались мелкой едкой пылью. Твари пытались собраться, обхватить лезвие меча, вырвать из руки... не могут. Светящееся лезвие с лёгкостью кромсало мрак.
В свечении клинка тени стали глубже, сильнее. Зеркала алмазов отражали свет, и тени извивались вокруг меня, цепляли руки, ноги, норовили задушить. Я рубил их мечом, и они превращались в прах, я дрался уже по колено в мелкой пыли.
Вдруг всё кончилось. Ночные кошмары метнулись прочь. Я услышал за спиной нарастающий скрежет, обернулся...
Над ущельем прямо на меня двигалась исполинская гора звукоснимателя, похожая на поставленную на ребро летающую тарелку. Из-под тарелки торчала игла, она перегораживала ущелье от края до края. Попадая на алмазные осколки звёзд, игла скрежетала, и звукосниматель подпрыгивал.
Меня пытаются считать.
Фантом изготовился к бою с иглой, которая была совсем рядом.
Беги, дурак, - сказал.
Я повернулся и побежал, не разбирая дороги, падая и обдираясь об алмазы, оставляя кровь на антраците, а чёрные птицы провожали меня издевательским хохотом. Обернулся...
Чтобы увидеть, как игла сокрушила алмаз с моим отражением. Брызнули осколки, звукосниматель высоко подпрыгнул.
Я побежал назад. Можно ещё попробовать спасти и самому спастись...
Не успел. Звукосниматель тяжело упал, тупое остриё иглы пришлось прямо на крупный осколок. Брызги алмаза полетели во все стороны, что-то укололо меня в глаз.
Боль.
Я закричал от боли и ярости и швырнул меч в звукосниматель.
Меч ударился о металл и бесполезно отскочил, воткнулся в уголь.