Чтение онлайн

–  Давай. Я люблю тебя, папа.

–  Звони матери почаще, а то волнуется. Ого, и машина загорелась. Пока, сынок.

Через полчасика, когда они пьют кофе, сдобренное кровью Уильяма, в дверь опять звонят.

–  Это начинает действовать на нервы, - замечает Джоди.

–  Позвони своей маме, - предлагает Томми.

–  Я открою.

–  Снотворное, что ли, ему давать, чтобы не так сильно надирался перед кровопусканием?

Звонок опять дребезжит.

–  Просто надо дать ему ключ.
– Томми подходит к пульту у двери и нажимает кнопку.

Слышен зуммер и щелчок замка внизу. Входная дверь открывается, с улицы вваливается Уильям и укладывается прямо на лестнице.

–  Как он только может спать на ступеньках?

–  Он не спит. Он отключается, - поясняет рыжеволосая красавица.

–  Как ты думаешь, если напоить его мятным шнапсом, у кофе тоже будет особенный привкус?

Томми пожимает плечами, распахивает дверь и кричит вниз:

–  Уильям, ты любишь мятный шнапс? Бродяга подозрительно шевелит бровями.

–  А шотландское виски чем вас не устраивает?

–  Нет, нет. Мы не собираемся нарушать твои привычки. Только, может быть, тебе перейти на более сбалансированную диету? Как ее там… раздельную, что ли?

–  Сегодня у меня были суп и пиво отдельно, - сообщает Уильям.

–  Тогда хорошо.

–  А после шнапса я как перну, так идет сплошная мята. Чет сильно пугается.

Томми поворачивается к Джоди и качает головой:

–  Не пойдет. Мятой пукает.
– И снова к Уильяму:

–  Мне пора к моей крошке. Тебе еще что-нибудь нужно? Жратва, одеяло, зубная щетка, влажное полотенце, чтобы освежиться?

–  Не, у меня все есть, - отвечает Уильям.

В руке у него бутылка виски «Джонни Уокер».

–  Как там Чет?

–  Напуган до смерти. Нашего друга Сэмми пригрохали в номерах на Одиннадцатой.

Чет печально смотрит на Томми. Впрочем, с тех пор как его побрили, в глазах у кота вечная скорбь.

–  Печальная новость, - произносит Томми.

–  И ведь все на Рождество, - продолжает Уильям.

–  Тут еще шлюху замочили на улице прошлой ночью. Шею свернули. Сэмми нехорошо вдруг стало, он даже на гостиницу решил потратиться. Праздник все-таки. Прямо в кроватке его и кокнули. И весь сказ.

–  Прискорбно, - говорит Томми.

–  А почему Чет напуган, а ты нет?

–  Чет ведь не пьет.

–  Ну да. Ладно. Счастливого Рождества вам.

–  Вам тоже.
– Уильям прикладывается к бутылке.

–  А как насчет рождественской премии, я ведь теперь на полной ставке?

–  Что ты имеешь в виду?

–  Глянуть бы на голые сиськи рыжей.

Томми смотрит на Джоди, та качает головой, выражая решительное несогласие.

–  Извини, - говорит Томми.

–  Как насчет нового свитера для Чета?

–  Ну разве можно торговаться с настоящим мужиком?
– сердится Уильям, отпивает из бутылки и поворачивается к Томми спиной, словно собираясь обсудить с бритым котом нечто важное, не для господских ушей.

–  Ладно, давай.
– Томми закрывает дверь и возвращается к стойке бара.

–  Я - настоящий мужик.
– На лице у Томми широкая ухмылка.

–  Мамочка бы обрадовалась, - ехидничает Джоди.

–  Давай-ка сначала займемся Илией.

–  Нет, сначала ты позвони своей маме. Илия никуда не денется.

Джоди поднимается, обходит стойку и берет Томми за руку.

–  Котик, повтори еще раз, что тебе сказал Уильям. Только медленно и четко.

–  Он сказал, что я настоящий мужик.

–  Не то. Его приятелю свернули шею, когда он плохо себя почувствовал, а прошлой ночью еще и шлюху замочили, тоже башка на сторону. Один почерк, правда? И тебе он знаком.

–  О господи… - выдавливает Томми.

–  Угу.
– Джоди целует ему костяшки пальцев.

–  Пойду надену куртку. А ты протри хорошенько мозги перед выходом в город.

–  Ты на все готова, лишь бы не звонить маме.

У него был лучший бросок с одной руки в Сан-Франциско и окрестностях, и в эту рождественскую ночь он честно заработал шестьдесят четыре очка подряд, закидывая мяч в корзину, установленную во дворе. Кожаный «Спаулдинг» ему подарил на Рождество отец. Еще бросок - шестьдесят семь очков. И ведь даже не присел, пивка не отхлебнул за все это время. Личный рекорд баскетболиста был семьдесят два, и он побил бы его, если бы его не уволокли в кусты и не убили.

Среди Зверья Джефф Марфи был не самый умный и не самый выдающийся, но в том, что касается растраченного попусту потенциала и упущенных возможностей, равных ему не было. Все годы учебы в средней школе он слыл баскетбольной звездой, в нападении на голову опережал остальных, и бесплатное обучение в Беркли было уже в кармане, даже приглашали в профессиональную команду (когда закончит колледж). Но Джефф решил показать своей девушке, какой он прыгучий - запросто перескочит через движущийся автомобиль.

Тут он несколько просчитался. То есть через машину он бы и вправду перепрыгнул, если бы предварительно не выдул пяток-другой бутылочек пива. И если бы на крыше у той самой машины не была вмонтирована стойка с дополнительными фарами, добавившая к высоте автомобиля лишних двадцать сантиметров. Джефф зацепился за стойку левой ногой, четыре раза крутанулся в воздухе и пропахал ногами асфальт. Он глазам своим не верил - опыт убедил его, что в этом направлении колено гнуться не может. Консилиум докторов разделял его мнение. Железки колено зафиксировали - но с серьезным баскетболом было покончено. Только среди покеристов Джефф все равно был бы чемпионом, если бы с ним не расправились в кустах.

В восторге от нового кожаного мяча, он только повторял про себя, что на асфальте играть им не годится, особенно поздно ночью. А то стук может разбудить соседей.

По улицам района Ков-Холлоу, где жил Джефф, стелился туман, удары мяча во мгле казались одинокими и зловещими. Наверное, поэтому никто не жаловался. Рождество на дворе - и если какому-то бедолаге нечем себя занять, кроме как мяч гонять, пусть себе развлекается, полицию вызывать не будем.

Из- за угла вывернула машина, голубые галогеновые лучи шпагами пронзили туман и погасли. Джефф скосил глаза, но марки автомобиля во мгле не разобрал.