Чтение онлайн

– Мне уже страшно, – пробурчала я. – Впрочем, иметь рядом таких, как вы, – уже наказание для женской психики. Столько много и все мое.

– Не смей больше убегать! – злился Эмо, подступая ко мне с плащом. – Чем ты только думала?

– Мозгом, – поведала я ему, садясь, поддерживаемая синеглазым.

– А он у тебя есть? – фыркнул тот, приступая к заматыванию головы. – Что-то я уже в этом не уверен.

– Есть, – сморщила я нос. – Два. Один спинной.

– Видимо, им ты и думала! – пождал губы Эмилио, вставая передо мной и складывая на груди руки.

Кстати, оба были уже одеты по-походному.

– Возможно, – пожала я плечами. – Голове тоже нужно изредка отдыхать!

– Она у тебя на бессрочном отдыхе, – заявил Филлипэ, вставая рядом с другом.

Два таких соблазнительных обвинителя, что захлебнуться слюной и обзавидоваться. Это когда у кого-то. Или занять оборону в шкафу, если это твое.

– Это был твой последний побег, – сообщил мне просто дикий Филя с бешенством в темно-синих глазах. Мне показалось, или пятна ультрамарина на кобальтовом фоне стали ярче? – Ты будешь наказана!

Та-а-ак! Наступило время угроз.

– Дорогие мои мужья, – потупила я глаза и заковыряла одеяло. – Мне стыдно в этом признаваться, но я...

– Повтори, – напряженно попросил Эмилио.

– Что? – не поняла я, вскидывая взгляд и рассматривая двух напряженных мужчин.

– Повтори то, что ты сказала, – медленно произнес синеглазый, изучая меня ультрафиолетовой рентгеновской установкой.

– Мне стыдно в этом признаться... – послушно начала я сначала.

– Нет, – перебил меня Эмо. – То что ты сказала ДО этого!

– А что я сказала ДО этого? – хлопнула я ресницами, абсолютно не понимая о чем речь.

– Ты сказала, – рентген превратился в лазер. – 'Дорогие...'.

– А вы, что дешевые? – насупилась я. – А по виду не скажешь.

– Прекрати паясничать, Магдалена! – чуть не подпрыгнул до потолка Эмилио.

– Прекрати называть меня Магдаленой, – выдвинула я в ответ. – И я прекращу паясничать!

– Сейчас не время это обсуждать, – вдруг примирительно произнес Филлипэ и поставил меня в тупик. В такой позе я еще не стояла.

– Ее все равно нужно наказать! – раздраженно вмешался Эмилио. – Если бы она утонула, мы бы с тобой пожизненно в кулаки играли!

Филлипэ мгновенно скривился, видимо, представив себе этот брудершафт, и построжел:

– Мы обязательно выберем тебе наказание, драгоценная!

– Послушайте, – устало сказала я. – Мне действительно стыдно, что я заставила вас волноваться. Но мне бы хотелось объяснить...

– Дорогая, – раздул ноздри Эмилио. – Мы не нуждаемся в твоих объяснениях. Ты – женщина, и этим все сказано!

И тут у меня сорвало крышу! И резьбу, и гайки!

– Ах так! – подскочила я, забыв про усталость, разбитость и недомогание. – Значит, я для вас слабая никчемная женщина, способная только раздвигать ноги?

Все! Пошел выхлоп адреналина. Сейчас взлечу!

– Магдалена... – растерянно переглянулись мужчины.

– Мол-чать! – рявкнула я, упирая руки в бока. – В общем, так: или мы договариваемся, либо тренируйте свои кулаки! И я не шучу!

– Сладкая... – как маленькому ребенку засюсюкал Эмилио.

– Горькая! – рыкнула я, подскакивая к этому амбалу. – Когда на вас в следующий раз попрут браво, я отсижусь в кустах! За каким, блин, хреном... – тут я осеклась и обвела их глазами. Под нос: – Впрочем, я знаю за каким... – Громче: – Какого черта я вам помогала?

– Ты? – уставился на меня Филлипэ, как на последний рубль в кошельке. – Помогала?

– Нет, – фыркнула я. – Те мужики от счастья окочурились! Как увидели вас, таких красивых, с волшебными палочками в руках, так и скончались от разрыва сердца, что вы им не достанетесь!

– Ты что-нибудь понимаешь? – поинтересовался у друга синеглазый.

– Нет, – пожал тот широкими плечами. – Кроме двух вещей. Первая – нам пора. Вторая – вокруг нас творится что-то очень странное.

– Пошли, дорогая, – велел мне Эмилио, накидывая на плечи плащ. – Мы не можем тут больше оставаться. Слишком рискованно.

– А как насчет – 'прости, любимая'? – перевела я взгляд с одной каменной физиономии на другую. – Нет? – изогнула бровь. – Тогда запомните один раз и навсегда: русская женщина в критических ситуациях таких коней на подлете отстреливает, чтобы по избам не шастали!

И пошла на выход, не дожидаясь ответа. Пусть хоть что-то останется за мной.

– Магдалена! – крикнул мне Филлипэ. – Стой, где стоишь! Там лестница!

– Да ты что? – нахмурилась я. – А я за все это время ее даже ни разу не заметила! Как же я ее умудрилась проглядеть? – и выскочила за дверь.

Когда два гиперзаботливых шовиниста выскочили за мной, то наблюдали, как их слуги начинали понимать, что инфаркт – это не просто красивое слово, потому что я радостно и с гиканьем съезжала по перилам вниз.

– Маруся! – простонал Филлипэ, плюхаясь на верхнюю ступеньку. – Ты могла убиться!

– Не-а, – хмыкнула я, разворачивая плащ, который я наскоро завязала вокруг талии. – но могла убить тебя. Или его, – ткнула пальчиком в Эмилио. О! – сообразила я. – Так я все ж таки Маруся! Может, мне еще пару раз с крыши спрыгнуть или в заводь сигануть, чтобы окончательно запомнили? – и сделала шаг на выход.

Эмилио сиганул вниз через перила. Я застыла и хлопнула ресницами.

– Никогда этого больше не делай! – схватил он меня в охапку, стискивая до хруста в ребрах.

– Нинзя... – пискнула я, отпихиваясь. – Низзя так давить!

– Ты могла пострадать! – Филлипэ припер вниз сумки и обвиняюще уставился на меня. – Посадить занозу, поставить синяк, подвернуть ногу!

Я фыркнула, хмыкнула и заржала.

– Истерика? – переглянулись мужчины.

– Не-а, – отдышалась я. Потом посмотрела на их недоумевающие лица и пояснила: – Ребята, а вы никогда не задавались вопросом, почему я оказалась в ловушке для мужчин?

– Случайность? – нахмурился Эмилио.