Тернистый путь Элизабет
Шрифт:
— Я знаю, что ты меня слышишь. Так вот. Я придумал, наконец-то как избавлюсь от тебя. Я продам тебя в рабство, на Валлийский континент. Будешь своими аристократическими ручками, губками и телом, ублажать каждого, на кого тебе укажут. Ты ведь понимаешь, я не убийца, я не смогу убить свою жену. Это слишком жестоко… — Проговорил он с явной иронией и рассмеялся.
Какую жену? Что вообще происходит? Попыталась двинуться. Не получается…
Ощущаю руки, ноги. Все болит, но пошевелиться не могу.
Я парализована? После взрыва? Но, тогда я должна быть в больнице, а здесь, здесь темно.
Холодно, пахнет подвалом и сыростью.
Может и правда подвал? Но, я ведь помню боль и момент столкновения автомобилей…
Мне точно не показалось, после такого не живут…
Так может я умерла? А, сейчас я нахожусь в аду? Вот только на ад, это мало походит. Где котлы и черти? А, может я в коме и это просто больной плод моего воображения?
— Ну, что же ты молчишь? Ты не рада?
— Рада… — Проскрипел, чужой голос, раздирая моё горло…
Голос не мой, да и я не собиралась отвечать этому уроду.
— Рада? Ах, ты значит рада? Работать грязной шлюхой? Служить подстилкой, для других мужчин? Да-а? — Практически зашипело это существо.
Удар. Настолько сильный, что из глаз невольно брызнули слёзы, а голова резко откинулась назад.
— Неужели, тебе со мной было настолько плохо?
Звук шагов, по камню? Обходит меня?
Чьи-то пальцы больно схватили за волосы, оттягивая голову вниз под каким-то совсем немыслимым углом.
Мужское, кислое дыхание, вперемешку с алкоголем, ударили в нос.
— Отвечай, тварь! — Прямо в ухо раздался такой шёпот, от которого волоски на всем теле встали дыбом.
— Я. Лучше. Сдохну… — Ответила Элаиза? С трудом произнося каждое слово.
Резко отпустив мою голову, послышались отдаляющиеся шаги.
Ведь я молчала! Я не собиралась отвечать! Это какой-то бред…
Не успев закончить свою мысль, я почувствовала резкую боль.
Спину пронзила резкая, жгучая боль.
Я выгнулась.
Попыталась заорать, но вместо этого из горла вырвались лишь жалкие сипы…
Удар. Ещё один, ещё и ещё, снова и снова…
Внутри я кричала, умоляла и плакала от боли, но не звука не издало тело… Оно хрипело и стонало. Изо рта текла кровавая дорожка слюны…
Глаза уже не открывались или я не могла их открыть?
Паника, жгучая, ненасытная, сжирала моё сознание, мою душу?
Не знаю, сколько это продолжалось, но через какое-то время, я потеряла сознание…
Глава 2
Мне снился сон…
Или не сон?
Я стою в белёсом тумане.
Оглядываюсь.
Вокруг, ничего нет.
Никого нет.
Пытаюсь разглядеть себя.
Ничего не вижу…
Что я?
Что происходит?
Где я?
— Дитя. Прости меня, дитя. — Кажется, голос раздавался отовсюду и не откуда сразу. Он был вне меня и во мне…
— Кто ты? — с затаённым страхом спросила, силясь хоть что-то разглядеть.
— Это не важно, дитя моё…
— А, что важно? Где я?
— Важно, что я убила тебя… Из-за моей ошибки ты умирала…
— Я…
— Знай, я виню себя за это. Ты ни в чем не виновата, поэтому живи. Просто делай все, что есть в твоих силах и живи. У тебя обязательно, все получится…
— Но, я… — Не успела даже сформировать, то, что именно я хотела сказать или подумать, как передо мной из тумана соткался призрачный образ женщины.
Почему женщины?
Во-первых, голос, он был женский.
Во-вторых, силуэт походил на женский.
Как не вглядывалась, как не пыталась разглядеть её лица, не получалось…
Приложив, указательный и средний палец, к месту, где у меня должен был находиться лоб, она прошептала:
— Прощай…
В белёсом нечто, начали выскакивать различные картинки: лица, люди, пейзажи, запахи, цвета, животные, книги, детали интерьеров, дома, карты…
Это было похоже, на то, когда в браузере одна за другой выскакивают вкладки и наслаиваются друг на друга, а ты в это время, просто сидишь и смотришь на это безобразие, которое ты не в силах остановить. В какой-то момент они слились в одно мерцающее пятно, в котором утонуло моё сознание…
Теперь, похоже, мне наконец-то мне снился сон?
Он был похож на сказку, только очень мрачную сказку…
Я смотрела всё это, как бы со стороны, как на большом экране в кинотеатре.
Я наблюдала историю чей-то жизни…
Вот, маленькая сероглазая девчушка тянет руки к мужчине. Возможно отцу?
Мужчина очень расстроен и, кажется зол?
Почему? Почему он так ненавистно смотрит на ребёнка?
Окинув взглядом маленького человека, он разворачивается и уходит, но прежде замирает на пару секунд глядя куда-то, в противоположную сторону от люльки.
Куда он смотрит?
Проследив за его взглядом, вижу кровать, а на ней девушка, молодая и мёртвая…
Слуги укрывают её тело белой простыней…
Мама малышки умерла при родах? Это первое что приходит на ум…
Жаль девочку…
Картинка сменилась и вот уже та же девчушка, но постарше, лет пяти или шести на вид, сидит за небольшой партой.
Над ней склоняется чопорная женщина, сзади которой, виднеется доска с меловыми записями.
Тишину рассекает резкий звук взмахнувшейся палки, которая с шумом опускается на крошечные детские пальчики, оставляя красные борозды. Девочка терпит, не плачет, только сильнее закусывает губу. За первым ударом следует ещё несколько, но малышка терпит…
Ужас какой-то! Она ведь ребёнок, так нельзя!
Новый кадр.
Гостиная. Просторная, явно старинная, все как из музея…
На небольшой софе сидит явно отец девушки, тот самый мужчина из первого кадра. Он скупо, даже нехотя, хвалит дочь за успехи в учёбе.
Девушка же, сложив руки перед собой, скромно смотрит в пол.
Мужчина не видит её лица, но я вижу…
Девушка не радовалась похвале, не гордилась, она была настолько отстранена от происходящего, что казалось её сознание не здесь?