Чтение онлайн

–  Тебе нужно просто заняться спортом и бросить курить.

–  Полегче, девушка, держите свои калифорнийские советы при себе. Мое тело точь-в-точь как моя старая машина: она всегда едет и никого ни о чем не спрашивает.

–  Как хочешь, Лола.

–  Еще чего не хватало! Ты можешь себе представить, как я буду бегать по этим дурацким механическим дорожкам? Заблудившаяся валькирия на съемках «Новых времен». Абсурд!

–  Я не перестаю задаваться вопросом, почему вы, французы, так боитесь любых новшеств.

–  А я не перестаю задаваться вопросом, почему вы, американцы, так боитесь думать! Ну что, пошли?

Прошел еще час, а они не продвинулись ни на шаг в своих поисках. Фарида Юниса никто не знал. По крайней мере никто из тех, кто пожелал приоткрыть дверь.

Взобравшись на двенадцатый этаж, Ингрид и Лола нос к носу столкнулись с мастером, ремонтировавшим лифт и семидесятилетним стариком, составлявшим тому компанию.

–  Здравствуйте, мадам, - сказал старик.
– Двенадцать этажей пешком! Вы, должно быть, очень устали.

–  Здравствуйте, мсье! Мы не просто устали, - ответила Лола.
– Мы вымотаны.

–  Я чувствую себя в прекрасной форме, - сказала Ингрид.
– Вы случайно не знаете юношу по имени Фарид Юнис?

–  Здравствуйте, мадемуазель, меня зовут Опель. Себастьян Опель.

–  Здравствуйте, а я Дизель.

–  Простите?

–  Ингрид Дизель.

–  Оригинально и очень красиво.

–  А я откликаюсь на имя Лола Жост. Юнис среднего роста, красавчик, предпочитает черный цвет. Если вы можете нам помочь…

–  Под это описание подходил мой сосед. Он всегда был хорошо одет. Я не знаю, чем он занимался, но он возвращался домой в такое странное время…

–  Подходил? А что же с ним случилось?

–  Он отравился. Принял чего-то и забаррикадировал дверь изнутри. Его друг долго барабанил в дверь. В конце концов он вызвал пожарных. Точнее, одного пожарного, который и вскрыл дверь. Отмычкой.

–  Отмычкой?! А не топором?

–  Да, отмычкой, и это сработало. Дверь стояла насмерть. Видите ли, владелец никак не мог вызвать мастера, чтобы ее починить. Тогда я вызвал управляющего. Хорошо известно, что управляющие одни хуже других…

–  А друг и пожарный, что они сделали потом?
– прервала его Ингрид.

–  Друг и пожарный вынесли моего соседа из квартиры завернутым в покрывало.

–  А вы знаете этого друга?
– спросила Лола.

–  Нет. Он изо всех сил орал: «Открой! Открой! Это Ной!» Поэтому очень возможно, что его зовут Ной.

–  Вы видели его раньше?

–  Мне кажется, я сталкивался с ним на улице.

–  Вы можете описать его?

–  Юноша. Я не очень хорошо его помню.

–  У вас прекрасная память, - сострила Лола.

–  Я не очень внимательно разглядывал молодого Ноя. Я больше смотрел на пожарного.

–  Это почему же?

–  У меня создалось впечатление, что этот верзила просто переоделся в пожарного. На нем была красная куртка, но каска показалась мне странной.

–  В каком смысле странной?
– нетерпеливо спросила Ингрид.

–  Ну, может быть, это не имеет значения…

–  Да нет же, имеет, - вмешалась Лола, бросив властный взгляд на Ингрид.
– Все детали имеют значение.

–  Ну так вот, его каска…

–  Да, его каска, мсье Опель. Его каска. Постарайтесь вспомнить, это важно, - ласково сказала Лола.

–  Я хорошо ее помню. Его каска пахла краской. И больше напоминала каску мотоциклиста, чем пожарного. Каски пожарных выглядят иначе. И в тот момент я сказал себе: этот пожарный не очень-то похож на борца с огнем. Но извините меня, мадам…

–  Да?
– отозвалась Лола.

–  Думаю, что вы такие же полицейские, как тот молодой человек - пожарный.

–  Но мы и не притворялись полицейскими. Я комиссар в отставке. Вот мое старое удостоверение.

–  Да, легко можно было догадаться. Вы очень представительная дама. Первый раз встречаю женщину-комиссара. Это для меня большая честь.

–  Я веду расследование дела об убийстве девушки в Десятом округе. Удушение, нанесение увечий. Об этом писали все газеты.

–  Ах да, это показывали по телевизору. Ну и наворотили! Красивая девушка. Вас наняла семья?

–  Можно и так сказать.

–  Я знаю, где он живет, этот Ной.

Ингрид, Лола и Себастьян Опель повернулись к мастеру, ремонтировавшему лифт. У этого сорокалетнего мужчины были волосы, подстриженные бобриком, и насмешливая улыбка.

–  Я бы не решился попросить денег у полицейских, но если вы действуете частным образом, это, наверное, можно сделать?

–  Теоретически - да, - сказала Лола.
– Но взамен мне нужно что-нибудь материальное. Адрес.

–  Но кроме материальной вещи мне вам продать нечего. Я прихожу сюда каждый раз, когда эта колымага, гордо именуемая лифтом, ломается. Тремя этажами выше живут два юноши, наверняка братья. Их зовут Ной и Менахем. Запоминающиеся имена. Есть теннисист по имени Менахем. И лауреат Нобелевской премии мира - Менахем Бегин. Это застревает в памяти.

–  Вы можете их описать?

–  У Ноя голубые глаза и черные волосы. Он невысокого роста и, пожалуй, никакой. Вот младший брат - другое дело. Красивый юноша. Высокий, стройный, с каштановыми волосами до плеч. Носит маленькие круглые очки. Этой зимой он ходил в длинном сером пальто.

–  Моя информация будет бесплатной, - уязвленно сказал Себастьян Опель.
– Я люблю делать людям приятное.

–  Я тоже люблю делать людям приятное, - отозвался мастер.
– Но у меня трое детей.

–  Но вы не состоите в браке, - настаивал Опель.

–  Это еще никому не мешало делать детей.

–  Господа, мы вас оставляем на самом интересном месте дискуссии о гражданском долге и сердечно благодарим. Вы нас, разумеется, никогда не видели, - объявила Лола, отдавая деньги мастеру жестом, в котором Ингрид усмотрела даже некоторую элегантность.

Они с легким сердцем спустились вниз и уселись в машину. Там они чокнулись стаканчиками с кофе из термоса Лолы.

–  Деточка, ты мне чуть все не испортила своей импульсивностью, - с улыбкой сказала Лола.