Чтение онлайн

— Это звучит как упрёк Церкви.

— Это описание системной ошибки. — Аврел пожал плечами, но Патриарх не позволил спору уйти в сторону.

— Обращение пока не отправлять. Подготовить три варианта. Первый — для предстоятелей Храмовых Домов в лояльных и нейтральных странах, второй — для Предстоятелей в государствах, где начнутся проверки. Никаких слов о войне с коронами, никаких призывов к толпам. Основная формула: Церковь защищает таинство Первого Ответа от преждевременного светского вмешательства сохраняет порядок и храмовую дисциплину.

— А если Совет объявит изоляцию? — спросил начальник канцелярии.

Патриарх взглянул на нового Аврела. Тот стоял у карты поставок, где красными метками уже отмечали дороги, которые могли попасть под задержание.

— Объявит, — сказал Предвестник. — Они не будут штурмовать сразу. Логрис слишком осторожен, Астархат слишком умён, Баллария слишком боится своих храмов, а Эльгаронна не захочет сжечь агентурную сеть ради красивого удара. Они начнут с дорог, грузов, фондов и людей, которые выходят из наших ворот наружу.

Начальник канцелярии помрачнел.

— Мы можем потерять редкие материалы и агентуру.

— Уже теряете. Поэтому перестройка должна идти на том, что уже есть внутри.

Патриарх посмотрел на него.

— Вы говорили о живых ресурсах.

— Да.

— Моё разрешение не дано.

— Я помню.

— Вы часто говорите так, будто согласие — временная помеха, а не граница.

— Потому что многие границы становятся временными, если за ними стоит необходимость.

— Для Церкви необходимость определяю я.

Новый Аврел повернулся от карты. В комнате стало тише, но Патриарх не отвёл взгляда. Это был уже не разговор отца с тем, что заняло тело сына. Это был разговор двух властей, временно стоящих на одной стороне стола.

— Пока да, — сказал Предвестник, но что вы заговорите, когда вражеская армия встанет у стен Ларнаса?

Хранитель печати резко вдохнул. Начальник канцелярии опустил глаза к бумагам, будто именно там лежало спасение. Богословы замерли. Патриарх выдержал паузу.

Патриарх забрал у богослова черновик и перечитал последние строки.

— Вечером вы покажетесь внутреннему кругу ещё раз. Без призванных в зале. Орн даст технический доклад. Врачебная группа подтвердит, что ваше тело стабильно а разум в покое. После этого мы утвердим закрытое именование и порядок обращения. И пока никаких публичных чудес.

Аврел едва заметно улыбнулся и кивнул.

Вечернее заседание внутреннего круга прошло иначе, чем первое.

Страха стало меньше. Или он успел стать привычным. Люди уже знали, где сидеть, куда смотреть, каких слов избегать и что Патриарх не потерял управление. Это была не вера и не спокойствие, но для большой организации часто хватало и порядка рассадки.

Орн выступил первым. Доклад был коротким, плотным и честным. Он подтвердил, что тело Аврела Лаорна стабильно, каналы не разрушаются, проводимость изменилась, но остаётся управляемой. Он подтвердил, что Предвестник способен влиять на установку и на ранее призванных. Он отдельно записал, что природа этого влияния неизвестна, а всякое богословское толкование не отменяет опасности.

Внутренний круг слушал с тем выражением, с каким люди слушают врача, объясняющего, что больной действительно встал и говорит, но причина этого слишком плохо изучена, чтобы радоваться без подготовки похоронной команды.

Потом говорил врачебный глава. Он осторожно подтвердил, что Аврел не умирает, не горит изнутри, не теряет памяти и не проявляет обычных признаков распада личности после насильственного вселения. Последняя фраза вызвала у Патриарха желание закрыть глаза, но он только поправил лист перед собой.

Затем вошёл Аврел.

На этот раз внутренний круг не встал сразу. Патриарх заранее приказал соблюдать обычный порядок для Предстоятеля Первых Врат, а не устраивать стихийное поклонение. Но люди всё равно поднялись почти одновременно, когда он дошёл до середины зала. Не по приказу. По телесной реакции на силу.

И тогда произошёл случай с Лемаром.

Старый хранитель печати, тот самый, что утром спорил о слове «Предвестник», попытался встать вместе со всеми, но не удержался. Он был слишком стар, слишком устал и слишком много часов провёл над документами. Сердце, которое давно требовало покоя, выбрало для напоминания самый неудобный момент. Лемар побледнел, схватился за край стола и начал оседать, не успев даже позвать врача.

Врачебный глава поднялся, но новый Аврел оказался рядом раньше.

Он не сделал ничего похожего на храмовый жест. Не произнёс молитву, не поднял руки к своду, не коснулся знака богов. Просто положил ладонь Лемару на грудь и чуть наклонил голову, словно слушал что-то внутри старого тела. Воздух вокруг них стал плотнее. Лемар судорожно вдохнул. Пальцы, уже соскользнувшие с края стола, снова сжались. Цвет вернулся к лицу слишком быстро, чтобы это можно было назвать обычной врачебной помощью.

Врач подбежал и замер в шаге.

— Не мешайте, — сказал новый Аврел.

Голос был тихим, но врач остановился.

Лемар открыл глаза. Несколько секунд он не понимал, где находится, потом увидел перед собой Аврела и попытался что-то сказать. Не смог. Предвестник убрал ладонь.

— Теперь можно, — сказал он врачу.

Врач опустился рядом со стариком, проверил дыхание, сердце, каналы, потом поднял глаза на Патриарха. На лице у него было выражение человека, которому только что подарили чудо и одновременно испортили все учебники.

— Он жив, — сказал врач. — Состояние стабилизировалось. Нужен покой.

— Уведите его, — приказал Патриарх.

Двое служителей помогли Лемару подняться. Старик шёл медленно, но сам. Перед выходом он оглянулся на нового Аврела. В этом взгляде уже было не только потрясение. Было другое, намного опаснее для всех осторожных людей в комнате — поклонение.

Патриарх понял, что запрет на публичные чудеса продержался меньше суток. Формально Аврел никого не исцелял для демонстрации. Он помог старику не умереть перед внутренним кругом. Но именно поэтому это сработало сильнее любой постановки. Люди видели не подготовленную сцену, а случай, на который Предвестник ответил силой.