ЖАНРЫ

Сломанная марионетка
Шрифт:

— Подожди! — Татум снова тянется к пластиковому пакету и улыбается. — Хорошо, теперь я готова!

Мы спускаемся по лестнице, я с бутылкой виски, зажатой между пальцами, и Татум, размахивающая пластиковым пакетом. Спустившись, слышу, как Картер свистит нам вслед, на его лице озорная ухмылка.

— Черт…

— Привет! — Я улыбаюсь. Он притягивает меня к себе, чтобы обнять, и я прижимаюсь к нему, мои мышцы слегка расслабляются впервые сегодня. Наклонившись назад, парень откидывает пару прядей с моего лица и улыбается своей мальчишеской улыбкой.

Мягко прижимаясь, смотрю через его плечо на Риджа, который, похоже, почти закончил установку маленькой импровизированной диджейской кабинки в гостиной. Я указываю на двери от пола до потолка и киваю головой Татум.

— Открой двери и включи свет в джакузи и бассейне. Сегодня будет долгая ночь.

— Долгая ночь, да? — Татум виляет попкой, раздвигая двери. — Ну, пока меня трахают, мне все равно.

— Весь класс, Синклер, — бормочет Картер.

Татум отмахивается от него.

— Никогда не претендовала на шикарность, Мазерс.

Я закатываю глаза, оставляя этих двоих переругиваться между собой и направляясь к Риджу.

— Эй!

Он оглядывается через плечо, укладывая все провода и шнуры обратно в маленькие черные коробочки.

— Привет, Мэди. Надеюсь, все в порядке. Твоя подруга, — он оглядывается на Татум, — немного настойчива. В общем, она каким-то образом узнала, что я работаю диджеем в одном из клубов для несовершеннолетних в городе, так что я здесь.

Смеюсь, не удивляясь тому, что Татум знает эту информацию о Ридже. Она наверняка знает его адрес, место и дату рождения, и группу крови.

— Нет, пожалуйста, ты делаешь нам одолжение. Это была своего рода импульсивная идея.

Ридж усмехается, проходит за диджейскую установку и надевает наушники.

— Лучшие ночи начинаются с этой фразы.

— Я надеюсь на это. — Улыбаюсь ему и наклоняю голову. Он симпатичный, в духе мальчика, выросшего не на той стороне дороги. В нем есть некая развязность, которая делает его еще более привлекательным.

— Извини за нее. — Я смеюсь, глядя на Татум, которая открыла двери. — Она немного...

— Навязчивая? — Ридж прерывает меня, ухмыляясь.

Я смеюсь, мои глаза встречается с его взглядом.

— Да, наверное, можно так сказать. Но она хочет как лучше.

— Да. — Ридж подмигивает, его рука обвивается вокруг моей талии, и он притягивает меня к себе. — Так скажи мне...

— Нет, — прерываю его, подняв на него глаза. — Я не хочу отвечать на вопросы сегодня вечером. — Я подношу руки к его груди и слегка надавливаю. — Просто хочу все забыть. — Парень отступает на шаг и смотрит мне в глаза.

— Все в порядке?

Улыбаясь, киваю.

— Да, все хорошо. — Он поворачивается к диджейскому пульту и включает какую-то ремиксовую, жесткую, хаусовую песню, и я оборачиваюсь, чтобы сразу найти Татум. Она вызывающе шевелит бровями, и я закатываю глаза. Клянусь, только Татум может воспринять мой разговор с парнем совершенно неправильно. Подойдя к ней, прищуриваю свои глаза. — Что?

— О, ничего. — Подруга ухмыляется, танцуя по кругу, как раз когда раздается звонок в дверь. — О, смотри, вечеринка уже здесь!

Я улыбаюсь, качаю головой и снова делаю длинный глоток виски, наслаждаясь тем, как он притупляет все внутри меня, физически и ментально. Чем больше пью, тем больше забываю. С этой мыслью я делаю еще один глоток, как раз когда песня сменяется на «Where the Girls At» Дэвида Гетты. Татум поднимает свой бокал в воздух, и, когда за ней заходит целая толпа людей, она кричит:

— Давайте оторвемся! — во всю мощь своих легких.

Я поднимаю свою бутылку в воздух в знак приветствия, ухмыляясь ей. Кружась, начинаю танцевать в центре зала, скрежеща и прижимаясь к морю тел. Песня сменяется на «No Promises» группы Cheat Codes, и я кружусь, теряясь в оцепенении, которое дает мне виски.

Пока мой взгляд не упирается в Бишопа, который стоит на входе в гостиную с Нейтом и остальными Королями в строю позади него.

Хмурый взгляд Бишопа становится еще глубже, когда он видит, что кто-то трется у меня за спиной. Закатив глаза, я иду к ним, на моем лице невинная улыбка.

— Привет, мальчики!

— Мэдисон! — огрызается Нейт. — Какого хрена?

— Что? — лепечу я, моя голова плавает в глубоком бассейне виски. — Как будто я не могу устроить вечеринку, да? — Я саркастически смеюсь. — Я не Нейт Риверсайд. — Нейт хватает меня за руку, но я отдергиваю ее от него. — Да пошли вы все. Оставьте меня, бл*дь, в покое. — Затем проталкиваюсь сквозь них и иду в сторону кухни. Наклонившись к шкафу, я достаю стакан и наполняю его водой. Повернувшись, я вижу Бишопа, прислонившегося к дверной раме, со скрещенными перед собой руками.

— Зачем устраивать вечеринку, Мэдисон?

— Почему бы и нет, Бишоп? — отвечаю я, подражая его тону. Опрокидываю в себя воду и собираюсь выйти за дверь, только его рука ловит меня.

— Почему ты так себя ведешь?

Я выдергиваю руку из его хватки.

— Почему бы тебе не заняться своими гребаными делами? — Затем я возвращаюсь на танцпол, выхватывая из чьих-то рук бутылку с какой-то хренью. Из колонок начинает литься «Cisco Kid» Редмана, и я отпускаю. Танцуя и двигаясь в ритм, прижимаюсь к ближайшему человеку. Повернувшись и обхватив его шею руками, я поднимаю глаза на...

— Брэнтли? — Пытаюсь отстраниться, но он обхватывает меня руками, прижимая к себе.

— Не-а, ты никуда не пойдешь. Нельзя вот так нанизываться на член мужчины и надеяться, что сможешь свалить.

Сужаю глаза, комната кружится.

— Я могу делать то, что, бл*дь, хочу.

Он смеется, угрожающая усмешка, которая вибрирует у меня в груди — тон, от которого знаю, что должна бежать, потому что это чертов Брэнтли. Хотя Бишоп так же страшен, как и Брэнтли — если не хуже — знаю Бишопа на том уровне, на котором не знаю Брэнтли. Понимаю, как далеко могу завести Бишопа, чтобы он не причинил мне вреда. Думаю ли я, что он все еще может причинить мне боль и, вероятно, причинит, если подтолкну его достаточно далеко? Абсо-бл*дь-лютно.

Я ищу взгляд Брэнтли, потерявшись в музыке и опьянев от виски. Наклоняю свое тело к его и провожу руками по его острой линии челюсти, проводя указательным пальцем по нижней пухлой губе. Он ловит мой указательный палец между зубами, и я угрожающе ухмыляюсь. Обхватив губами мой палец, он разжимает зубы и сосет мой палец; он вылетает у него изо рта с хлопком. Закрыв глаза, я не обращаю внимания на то, как мои соски давят на чашечки лифчика, и на то, как ожила моя плоть.

Не успев осознать, что делаю, поднимаюсь на носочки и целую его. Брэнтли открывает рот, впуская мой язык, его рука обвивается вокруг моей голой талии, а палец погружается в полоску моих колготок в сеточку, перебирая ее. Я облизываю его язык, слегка оттягивая его, прежде чем парень прикусывает мою нижнюю губу. Отстранившись, приближаю свой нос к его носу и ищу его взгляд. Его глаза горят похотью — темной, властной и сильной похотью. Танцую ли я на этой линии? На этой опасной линии того, от чего, как я знаю, никогда не смогу спастись?

Поделиться с друзьями: