Сказание о Юэ Фэе. Том 2
Шрифт:
— А теперь уходи! — строго приказал Юэ Фэй.
— Мне надо еще кое-что вам сказать, господин юаньшуай. — Чжан Бао снова опустился на колени. — Вы оказывали мне много милостей, назначили на высокую должность, а у меня нет возможности служить вам до конца. Пусть я человек невежественный, но все-таки ничем не хуже Ван Хэна! Я не могу смотреть, как вас обижают! Лучше я первый отправлюсь в загробный мир и буду вас там ждать, чтобы служить, как прежде!
Чжан Бао порывисто встал и из всех сил ударился головой о каменную стену. Череп раскололся от удара, и верный слуга рухнул на пол бездыханным.
О преданности Чжан Бао потомки сложили такие стихи:
Бровью не дрогнув, скончался он, Один из самых верных друзей. Долгом освящена эта смерть, Как облако солнцем в сиянии дня. В царстве подземном встретится вновь С верными воинами Юэ Фэй — С Чжан Бао, что был «позади коня», С Ван Хэном, что был «впереди коня».Тюремный смотритель растерялся. Юэ Юнь и Чжан Сян горько рыдали. И только один Юэ Фэй рассмеялся:
— Хорош, хорош Чжан Бао!
— Бедняга спешил к вам издалека, не мог смотреть, как обижают его господина, и покончил с собой! — сказал смотритель Ни Вань. — Если вам его не жаль, это ваше дело. Но как можно смеяться над благородным поступком человека? Он ведь исполнил долг!
— Вот именно! Примеры преданности, сыновней почтительности и честности вы видели, не хватало только долга! Теперь Чжан Бао показал, что значит быть верным долгу! — вздохнул Юэ Фэй и тоже зарыдал. Потом вытер слезы и сказал тюремному смотрителю:
— Надеюсь, вы прикажете убрать умершего и похоронить его как следует!
— Об этом вы могли бы и не напоминать, господин юаньшуай, — ответил Ни Вань и послал человека за Ван Нэном и Ли Чжи.
К вечеру те принесли гроб, положили в него Чжан Бао, крышку заколотили гвоздями, и на ней написали: «Гроб с телом господина Чжан Бао, начальника гарнизона в Хаоляне». Затем верные люди вынесли гроб из города и погребли в ракушечном холме на берегу озера Сиху.
Так окончил жизнь Чжан Бао, много лет служивший Юэ Фэю. Он совершил много подвигов, мог бы стать богатым и знатным, но не захотел этого и предпочел остаться до конца верным долгу!
В тысячах форм воплощаются Три жизненных эликсира [37] . Перерождение свойственно Тысячам жизней мира! [38]Если вы не знаете о дальнейших событиях, то прочтите следующую главу.
Глава шестидесятая
У восточного окна муж с женой составляют коварный план. В дворцовой беседке отец и сыновья кончают земную жизнь
37
Три жизненных эликсира— сила добра, сила зла и власть самозабвения.
38
Согласно буддизму, все существа после смерти в зависимости от совершенных благодеяний и грехов вновь возвращаются на землю в облике иных существ — людей или животных.
Расскажем теперь о том, как в один прекрасный день сунский император Гао-цзун, нарядившись купцом, вдвоем с Цинь Гуем отправился в город.
39
Калпа— мировой период в буддизме, который, согласно этой религии, продолжается 8640 тысяч лет.
Прогуливаясь по улицам, они случайно попали в монастырь Стоны дракона. У ворот толпились люди. Гао-цзун и Цинь Гуй заинтересовались, что там происходит, протолкались вперед и увидели гадателя, восседавшего на подмостках. Перед ним лежала доска с надписью: «Учитель Се Ши из Чэнду угадывает судьбу по иероглифам».
Гао-цзун посмотрел, как он гадает, и его предсказания показались императору не лишенными смысла.
— Учитель, погадайте мне, — попросил Гао-цзун, выступая вперед.
— Напишите какой-нибудь иероглиф, — предложил гадатель.
Гао-цзун, не задумываясь, написал иероглиф «чунь» — «весна» и подал гадателю.
— Замечательный иероглиф! — одобрительно сказал тот. — Даже поговорка есть: «Весна — голова всему году». К тому же у каждого живого существа есть своя весна, которая охватывает все четыре времени года. Так что позвольте спросить, о чем именно вы хотите гадать?
— Я хотел бы знать, что меня ждет в будущем, — сказал Гао-цзун.
— О, об этом и спрашивать нечего! — воскликнул Се Ши. — Будете так богаты и знатны, что и сказать страшно! Только одно не совсем хорошо: верхняя часть иероглифа «чунь» такая же, что и у иероглифа «цинь», и она затмевает иероглиф «жи» — «солнце», который пишется в нижней части знака «чунь». Так что, если есть возле вас человек по фамилии «Цинь», не доверяйте ему, не то он вас погубит! Запомните это хорошенько!
Гао-цзун дал гадателю слиток серебра, отошел в сторонку и тихо сказал Цинь Гую:
— Попробуйте погадать вы.
Цинь Гую волей-неволей пришлось написать иероглиф и подать гадателю. Тот посмотрел на иероглиф, потом на Цинь Гуя и спросил:
— Что вы хотите узнать, господин?
— Хочу узнать, что будет со мною в будущем.
— Та-ак! Вы написали иероглиф «ю» — «тихий». От него веет спокойствием, как от горы Тайшань. Но это спокойствие кажущееся. Видите: ваш иероглиф состоит из трех элементов — «шань» — «гора», и два «сы» — «нити». Нити означают, что пока «два дракона находятся в путах, ваше положение прочно, как гора». Но если они вырвутся из пут, вас ждет несчастье. Так что вам следовало бы заранее позаботиться о своей безопасности.
— Спасибо за наставление, — поблагодарил Цинь Гуй и тоже дал гадателю слиток серебра.
Когда Гао-цзун с Цинь Гуем удалились, один человек из толпы, опознавший императора и его первого министра, сказал гадателю:
— Эх ты, ясновидец! Гадаешь ты ловко: другим пред сказываешь беды, а что над твоей головой нависла беда — не видишь! Знаешь, кому ты сейчас гадал? Самому императору и его первому министру Цинь Гую! Наговорил им такого, что теперь берегись — не пощадят тебя!
Люди в толпе забеспокоились:
— Давайте расходиться! А то как бы и нам не угодить в сеть!
Перепуганный Се Ши тоже покинул подмостки и пустился наутек.
Между тем Цинь Гуй проводил Гао-цзуна во дворец, вернулся домой и велел слугам схватить гадателя. Слуги побежали к монастырю, но гадатель бесследно исчез. Четыре дня искали его, но так и вернулись ни с чем.
Прошло почти два месяца с тех пор, как по приказанию Цинь Гуя злодеи Вань Сы-во и Ло Жу-цзи подвергли пыткам Юэ Фэя и его сыновей, но до сих пор так и не удалось заставить их признаться в измене государю.