Серотониновая яма
Шрифт:
— Жалеть не будешь?
— Андрей, слушай…У меня есть парень, и я в общении не заинтересована.
— Ладно-ладно, — он снова смеется, — попробовать стоило. Я вообще-то звоню предупредить.
— О чем? О надвигающемся цунами? — спрашиваю со вздохом.
Отпускаю руку Веты и иду вдоль ряда футболок.
— Практически. На корпоратив с мамой идешь?
— Да, я ее плюс один.
— Угадай, кого приведет мой отец?
— Надеюсь, Сидни Суини.
— А ты смешная, Лада.
Я закатываю глаза. Меньше всего в этой жизни я нуждаюсь в оценке моего чувства юмора от этого надоедливого Андрея.
— Я поняла, к чему ты клонишь.
— Наверное, все же не совсем. Не думаешь, что если мы хотя бы притворимся, что друг другу симпатичны, то родители быстрее отвалят?
— Что? — приходит мой черед смеяться. — Нет. Я думаю, что они уже на следующий день потребуют свадьбу и внуков. Ты серьезно мне сейчас намекаешь на фиктивные отношения?
Измайлова обходит меня и заглядывает в глаза с выражением немого вопроса. Я корчу ей рожицу.
Андрей тем временем достаточно быстро сдается:
— Окей, понял тебя. Тогда хотя бы не груби и не сбегай, будет уже круто.
— Договорились. Если больше не будешь мне звонить.
— Ох, будешь еще плакать Лада, — замечает он с иронией.
— Уже рыдаю.
Сбросив звонок, рассерженно сую телефон в сумку.
— Что случилось?
— О, ничего особенного! — сообщаю на повышенных тонах. — Всего лишь незнакомый чувак предлагает изобразить отношения, чтобы родители от нас отстали.
На последнем слове пальцами обозначаю кавычки и хватаю вешалку с каким-то платьем. Или что это? Блузка?
— Сын маминой подруги из ресторана?
— Да, Андрей.
— А он симпатичный?
Медленно повернув голову, останавливаю на подруге красноречивый взгляд. Она хмыкает и поднимает ладони в знак капитуляции.
Говорит:
— У нас бычара, нам не надо! Поняла!
— Вет, что ты там хотела мерить? Иди давай.
Она складывает брови домиком и тянет:
— Пойдем со мной, ну пожа-а-алуйста!
— Ты без меня черные джинсы не выберешь?
— Вообще-то мне нужно платье. Я вообще хрен знает, что мне может подойти.
— Ну пойдем, я постою рядом.
— Нет, — упрямится Ветка, — возьми тоже что-нибудь, а то начнешь ныть через секунду, что тебе скучно и ты ненавидишь офлайн шопинг.
Я почти наугад беру несколько вещей, которые висят под рукой, и обнимаю Измайлову за плечи. Говорю:
— Мертвого достанешь. Погнали.
Занимаем соседние примерочные, и я от нечего делать тоже начинаю переодеваться. Матвей заедет за мной через час, все равно это время нужно на что-то потратить. Правда, быстро понимаю, что стоило взять что-то, что хотя бы в теории может мне подойти. Мои широкие бедра на пролазят в брюки, а у лонгслива наоборот слишком узкая горловина, как будто он каждую секунду стремится к тому, чтобы меня задушить. Господи, ну на кого это шьют?! Стянув с себя шмотки, слышу:
— Лад, тут крючки, можешь мне?..
Измайлова просовывает голову ко мне в примерочную и обрывает себя на полуслове.
Я спрашиваю:
— Помочь? Давай.
Но подруга не торопится. Держит тяжелую штору примерочной под подбородком и демонстративно окидывает меня взглядом.
А потом невероятно сладким голосом интересуется:
— Комплект?
Я заливаюсь краской и хватаю с пуфика брюки, в которые не влезла, чтобы прикрыться ими.
Огрызаюсь:
— Я всегда так ношу.
Ветка искренне смеется. Выдавливает:
— Егорова, ты угораешь? Я что, твоих трусов с хэллоу кити не видела?
Пристыженно закусываю губу и отвожу взгляд. Потом развожу руки в стороны, чтобы показать белье из тонкого черного кружева, которое на мне.
Нервно сглотнув, спрашиваю тихо:
— Как думаешь, нормально?
Измайлова смотрит на меня с теплой улыбкой, а потом отпускает штору и протягивает руку, чтобы погладить меня по волосам.
Сообщает:
— Потрясающе. Надеюсь, он того стоит.
Глава 28
Ровно через час мы с Ветой выходим из торгового центра. Она несет бумажный пакет с новым платьем, я несу свою нервозность.
Стрелкова я вижу сразу. У меня вообще ощущение, что я странным образом на него настроена, и смогла бы почуять его в любой толпе безо всяких усилий.
Сейчас я всего лишь безошибочно нахожу взглядом его высокую широкоплечую фигуру на парковке. Матвей вообще весь какой-то монументальный. Он стоит около машины, которую я уже успела полюбить, прислонившись к капоту бедром. И тоже сразу замечает меня.
— Реально бычара, — бормочет Измайлова и, наклонившись ко мне, шипит, — это что за шея?! Ее что, можно так накачать?
— Вет! — пытаюсь одернуть, но улыбаюсь как идиотка. — Перестань.
Она толкает меня плечом и тоненьким голосом тянет:
— Как же моя Лада влюбила-а-ась, ошале-е-еть.
Стрелков тем временем открывает заднюю дверь и достает из машины букет. Даже отсюда вижу, как смущается, но идет в нашу сторону широким шагом. Мне всегда казалось, что есть что-то особенное в мужчинах, которые несут цветы. Я всегда думала — вот он же их выбирал, скорее всего вместе с продавцом, потому что сам не разбирается, думал о своей женщине, прикидывал, понравится ли ей, потом оплатил и вот…несет. Трогательно.
Оставаться на месте невозможно, я как будто на вулкане сижу, который подрывает меня в воздух и заставляет сорваться с места навстречу Матвею. Влетаю ему в грудь и с наслаждением обхватываю руками за талию.
— Вау, — выдыхает со смехом, — вот это девушка упала в мои объятия!
Слышу его счастливый голос и отмечаю то, как живо он звучит. Это совсем другой Мот. С ним безусловно проще, но…другую его сторону я тоже люблю. Ведь это две грани одного и того же человека.
Отстранившись, смотрю на белые пионы. Букет большущий, а цветы в нем потрясающие, свежие, пахнут сногсшибательно.
— С ума сошел? Ты где их достал?
— В магазине, Лада.
Стрелков наклоняется и крепко целует меня в губы. Вот от такого приветственного поцелуя колени моментально слабеют, и мне даже за это не стыдно.
— Ну привет, Матвей, — раздается за моей спиной ироничный голос подруги.
— Привет, Вета, — отвечает он, прижимая меня к своему боку.
Потом чмокает меня в скулу, передает мне цветы и возвращается к машине. Сначала не отказываю себе в удовольствии уткнуться лицом в букет и вдохнуть полной грудью. Сладкий аромат пионов наполняет меня до самой макушки. А когда поднимаю голову, Стрелков уже протягивает моей подруге желтые розы.