Чтение онлайн

— Что?! — агрессивно прошипел Денница. — Что за камень?! Где?! Что это за законы такие?!!

— Гадкие законы, — поморщился Чернобог, — мерзкие… Для ничтожеств и рабов, но зато утверждающие власть Сварога, его детей и свиты. А выбиты должны быть в виде чародейских рун, аккурат на твёрдом и гигантском валуне, что Сварог называет Алатырь-Камнем. Слышал о таком?

— Только краем уха, — нахмурился Денница. — Была когда-то у Сварога такая мысль — свод законов на божественном камне издать…

— Камень тот Сварог с сыновьями хотят на далёком одиноком острове поставить, вроде, как я слышал, остров тот Буяном зовут. И вот тут, Денница, друг мой, для нас с тобой открываются прекраснейшие возможности.

— В чём же? — сложив руки на груди, спросил Утренняя звезда. — Только не говори, что ты задумал напасть на сварожичей, когда они камень этот водружать станут.

— Да дело то может быть недурное — напасть внезапно, да перебить часть сыновей Сварога, — почесав чёрно-багровую бороду, ответил хозяин мёртвых. — Да только бестолковое это занятие, в сравнении с другим вариантом.

— Ну и какой у тебя «вариант»? — с долей насмешки спросил Лжец.

— Законы эти, что на камне высечены будут, никаким заклинанием, проклятием, аль силой после нанесения не порушить, не стереть, не изменить, — объяснил Чернобог. — А теперь представь, хотя бы на мгновение, чего будет со Сварогом, детьми его, всей Явью людской и Правью божественной, коли мы там свои законы пропишем.

И вот тут-то мир Нави накрыла почти совершенная тишина. Замолчали мёртвые души людей, что доселе выли от печали и страданий, перестали вдалеке кричать мёртвые птицы. Только из трещин в мёртвой высохшей земле продолжал с шелестящим угрожающим шипением вырываться жаркий обжигающий пар.

— Замечательный план, — сухо ответил Денница, теряя интерес. — Надёжный, как слёзы Жели* от подыхающих людишек.

(Желя — восточнославянская богиня смертного плача, печали и горя. Покровительница Тризны, обряда захоронения, и вестница мертвецов, прим. автора)

— Ты Желю не трошь, — предупредил Чернобог. — Она девка нормальная… Просто впечатлительная чересчур и жалостливая больно — вот и рыдает по мелочам. Но при этом — одна из немногих, кто от меня нос не воротит.

— Плевать, — отмахнулся Денница. — Лучше скажи, как Буян-остров искать будем и как ты собрался вместо Сварога законы на Алатырь-камне выбить?

Властитель мира мёртвых и пристанища душ, не попавших в Ирий, самодовольно усмехнулся.

— Сварог, не будь дурнем, не желает, чтобы мы тот остров и камень нашли, прежде времени, — начал объяснять Чернобог. — Сам Творец на остров не отправится и детей своих не пустит — иначе мы с тобой уследим и прознаем о месте нахождения Буяна, а Отцу сварожичей этого не надобно.

— А как тогда он собирается на камне законы набивать?! — раздражённо и нетерпеливо спросил Утренняя звезда.

— Тут-то как раз самое интересное и непонятное кроется, — пожал плечами Чернобог. — Сварог задумал к камню кого-то из волхвов аль ворожей послать. Кого-то, кто с рунами чародейственными близко знается, грамоте обучен и, что тоже важно, законам Сварога живые символы найдёт.

— Любопытно, — прокомментировал сообщение Чернобога Денница. — А есть сведенья, кто этот волхв или ворожея?

— Пока, только подозрения.

— Хм, а кто тебе вообще такие сведенья интересные поставляет? Э? — с долей ехидства спросил Утренняя звезда.

— То тебя не касается, Денница, — чуть посуровев, покачал головой Чернобог. — Важно, что это мой верный слуга и друг, который очень сильно жизнью рискует, донося мне планы Сварога.

— Тебе служит кто-то из небесных сварожичей?! — удивился Денница.

— Повторяю, — сухо и жестко ответил собеседник Лжеца, — тебя то интересовать не должно.

«Как же! — с пренебрежением подумал Искуситель. — Не должно! Ещё как интересует, друг мой, Чернобог! И я обязательно выясню, кто тебе на Сварога доносит… Пусть и мне служит, как тебе!»

— Стало быть, нужно искать избранницу или избранника Сварога среди самых талантливых ворожей и волхвов, — решил Денница.

Хозяин мира мёртвых в наставительном жесте поднял указательный палец правой руки.

— Токмо, не среди самых талантливых, а среди самых рьяных, долгу верных и знания свои кропотливым трудом обрётших.

— А это не одно и тоже? — насмешливо спросил бывший Наместник Сварога.

— Нет, — решительно ответил Чернобог. — Талант для человеков — то есть большой дар от Сварога и детей его, да только дар тот, без труда и стараний, бесполезен, аки лошадь в море аль корабль в поле.

— И кто будет искать такого трудолюбивого чародея или трудолюбивую чародейку? — с сомнением спросил гость Чернобога.

— Виевичи, дети друга нашего, Вия Ужасного, способны легко людьми притворяться. Да так, что и сам Сварог не отличит человек перед ним, аль бог или полубог какой. Вот они-то пусть и стараются. Тем более, что там для надёжности потребуется…

Тут Чернобог умолк, потому что к его левому уху вдруг прильнула одна из теней из его свиты. Денница увидел, как тень что-то шепчет властелину мёртвых, а тот с задумчивым хмурым видом кивает.

Взмахом руки, хозяин Мира мёртвых отпустил тень и проговорил увереннее:

— Сварог только что сделал выбор. Избранницей его станет кто-то из людских ворожей, кто с рунами хорошо знается. И вот одной из них сыну Вия придётся глубоко в душу залезть и в сердце запасть, чтоб чародейка от него голову потеряла, да к Алатырь-камню виевича нашего и привела. А там уж он её принудит сделать так, как нам надобно.

— Боюсь, друг мой, тут без приворотного зелья то не обойтись, — заметил Денница.

— А ты не бойся, — с предвкушением во взгляде засмеялся Чернобог. — Я об том уже подумал.

Хозяин мира мёртвых показал гостю прозрачный флакон с красивой бронзовой каймой, в виде цветов, и толстой пробкой в горлышке. Внутри флакона плескалась полупрозрачная розоватая вязкая жидкость.

— Жаль будет девку, — насмешливо заметил Денница.

— Ничуть, — прорычал Чернобог. — Сама будет виновата, коли согласится!

Уже вечерело. По мере того, как золотой лик солнца вдали пропадал за верхушками деревьев, с западной стороны небосвода наползали сумерки и тьма ночи.