Раф (другой перевод)
Шрифт:
Это она могла понять.
– Из-за работы я завязывала волосы в пучок. Возможно вместо того, чтобы обрезать свои, тебе следовало поступить так же.
Раздался звон бьющегося стекла. Лорен вздрогнула и повернула голову в направлении громкого звука. Раф уставился на Лорен с открытым ртом, у его ног валялась разбитая тарелка с ее сэндвичем.
Шедоу фыркнул.
– Они прекрасны, верно? Намного длиннее, чем я предполагал.
Раф напрягся, его взгляд опустился на пол. Когда он присел и начал убирать беспорядок, из его горла вырвалось рычание. Лорен смутилась и посмотрела на Шедоу.
– Он только что рычал? Кажется, я уже представляла себе это.
– Все мы рычим. Это наша особенность. А еще мы лаем. Воем, - он усмехнулся.
– Скалим зубы. Успела их разглядеть?
Она покачала головой.
– Они выглядят как обычные зубы.
– Это потому, что мы учились тому, как контролировать мимику в присутствии людей. Практиковались перед зеркалом так говорить и улыбаться, чтобы не пугать окружающих, когда общаемся с ними. Хочешь увидеть мои клыки?
Лорен колебалась.
– Конечно хочу, но только если ты останешься на своем месте.
Мужчина засмеялся, не пытаясь сдерживать себя. Лорен не могла не вытаращиться. Она с трудом сглотнула. Зубы Шедоу были ослепительно белыми и казались человеческими, пока она не обратила внимание на клыки. Они были длиннее, чем у обычного человека, а на концах становились особо заостренными. Мужчина медленно спрятал их.
– В нашей команде у всех собачьи гены. Вот с кем нас скрестили. У видов с кошачьими генами такая же аномалия, только они еще могут мурлыкать, когда становятся особо эмоциональными. Мы же воем и лаем, - он пожал плечами.
– Все мы рычим. Не пугайся, если услышишь подобное. Это не означает, что мы злы.
– Кошачьи гены?
– Некоторых из наших людей скрестили с крупными породами кошачьих, как нам кажется, со львами, тиграми и большими черными кошками - твои люди называют их пантерами. Это всего лишь догадка, но у таких ребят кошачьи глаза, и они рычат. Виды с собачьими генами лучшие охотники, а еще они неплохо ладят друг с другом. Мы сильнее ощущаем запахи и обожаем компании. Кошки быстрее нас и могут подпрыгнуть на высоту одного или даже двух этажей. Большинство из них необщительны. Они предпочитают справляться со всем в одиночку.
– Джастис Норт из кошачьих, верно?
– Он исключение. Хоть он и из кошачьих, но очень общительный.
– Я часто видела его по новостям. Он кажется действительно хорошим парнем.
– Он такой.
– Держи, - Раф поставил перед Лорен тарелку с едой и банку содовой.
Она внимательно изучила сэндвич.
Шедоу засмеялся.
– Это не тот, что он уронил на пол. Он сделал тебе еще один.
Лорен покраснела, смущенная тем, что он догадался о ее мыслях. Она повернула голову и посмотрела на Рафа.
– Спасибо.
Он сел рядом с девушкой, но все его внимание оставалось прикованным к ее волосам. По какой-то причине он казался очарованным ее светлыми прядями, спадавшими по спине практически до талии. Лорен мысленно пожала плечами. Шедоу сказал, что им нравятся длинные волосы.
Сэндвич с ростбифом оказался вкусным. Раф добавил к нему майонез, сыр и свежий салат. Лорен улыбнулась мужчине.
– Спасибо. Очень вкусно. Я ценю это.
– Она открыла содовую.
Раф повернул голову и посмотрел на Шедоу.
– Ты должен защищать ее и держать поближе к себе.
Шедоу прищурился.
– Нет.
– Пожалуйста, - зарычал Раф.
Долгое время Шедоу просто смотрел на них. Лорен ела и наблюдала за мужчинами, считая, что они безмолвно общаются между собой. Когда их глаза сузились, а вокруг рта началась меняться мимика, казалось, будто они ведут какой-то бессловесный разговор.
– Вы читаете мысли друг друга?
Оба уставились на нее во все глаза.
– Нет.
– Губы Шедоу расплылись в улыбке.
– Но было бы круто, если могли. Просто изучаем друг друга. Между нами есть кое-что невысказанное. Мы из одного испытательного центра и с момента освобождения постоянно находимся вместе. Мы настолько хорошо друг друга знаем, что понимаем, что думает каждый из нас.
– Он посмотрел на Рафа.
– Нет.
Раф выглядел взбешенным.
– С тобой она будет в большей безопасности.
Черты лица Шедоу смягчились.
– Раф, ты не виноват, что в неволе, в наркотическом опьянении пытался напасть на женщину. Оставь это в прошлом. Ты сильнее, чем думаешь, и сейчас появилась прекрасная возможность в этом убедиться.
Раф резко встал.
– Как?
– Ты ей не навредишь. Ты гораздо сильнее, чем считаешь. Мы оба знаем, что она не из тех людей, кто причинял нам боль. Она не причастна к тому, что с нами делали, и к наркотикам, которые мы долго выводили из наших тел. С тобой все будет хорошо.
– Ты естественнее меня.
Шедоу нахмурился.
– Я помню то же, что и ты. Мы вместе были в том аду, и ты был сильнее. Из-за передозировки я не мог управлять гневом. Она тебе доверяет, и ты не предашь ее доверие.
Лорен подумала, что они говорили о ней.
– О чем это вы?
Шедоу медленно поднялся.
– О нашей жизни во время плена. Она - личное дело каждого.
И тогда она осознала, что перешла грань. Пока они вновь играли в гляделки, она закончила есть. Раф, наконец, заговорил.
– Ты тоже боишься.
– Постоянно, - подтвердил Шедоу.
– Ты всегда был сильнее меня.
Раф разорвал зрительный контакт с другом и бросил мрачный взгляд на Лорен.
– Лорен, пойдем? Ты останешься в моей комнате. Будешь спать на кровати, а я на полу. Я не наврежу тебе.
Она была шокирована.
– Я буду спать с тобой в комнате?
Раф мешкал.
– Хочешь спать в комнате Вэндженса?
Лорен встала на негнущихся ногах.
– Я готова идти к тебе в комнату
Шедоу хмыкнул.
– Все прошло гладко
Рыкнув на Шедоу, Раф аккуратно взял Лорен за руку.
– Уберешь тарелки. Увидимся рано утром.
– Верь в себя, - крикнул Шедоу им вслед.
Лорен испытывала дискомфорт, оказавшись в комнате Рафа. Он закрыл за ними дверь с хмурым выражением лица. Отпустив руку Лорен, он отошел и, казалось, чувствовал такую же неловкость, что и она, запертая с ним в одной комнате. И зная, что он тоже не в восторге провести вместе ночь, ей стало легче.