Чтение онлайн

А ведь на железной дороге из моего прошлого мира тоже нет дифференциала, колеса сидят на жесткой оси, и поезда ведь умудряются проходить повороты. Причем не вот такие плавные изгибы деревенского частокола, а нормальные еще более крутые повороты, и ничего, никто по сараям не летает и козам не докучает. Значит, решение существует и оно проще, чем я думаю.

Сел ровнее и начал вспоминать, что вообще знаю про железнодорожные колеса. У них цилиндрическая форма? Вряд ли, потому что тогда поезда бы точно так же разносило на поворотах, и никакие рельсы не спасли бы.

Может, два свободных колеса на оси? Так-то это бы решил проблему, колеса сами будут крутиться как им надо. Внутреннее медленнее, наружное быстрее, и все довольны.

Вообще, звучит неплохо, только крепление усложняется в разы, нужны подшипники на каждое колесо, а не на ось целиком, и для деревянных колес на деревянных рельсах это утопия, разболтается на второй день. И если на телеге такая болтанка особо ни на что не повлияет, то здесь каждый сантиметр играет роль. Миллиметры уж ладно, какие-то люфты еще допустимы, но лишь до определенных пределов.

Тогда, может, колею сделать поуже? Чем уже рабочая поверхность, тем меньше разница в проходимом пути между внутренним и наружным колесом на одном обороте. Логика в этом есть, но как-то совсем убогая. Равновесия не будет никакого и так куда уж уже.

Или вообще плюнуть на скорость и катить медленно? Баллиста не гоночная колесница, ей нужна не скорость, а надежность. Стражники толкнут аккуратно, фланцы поскрипят, но выдержат, и все будут целы. Вариант рабочий, но костыльный, потому что в бою никто не будет церемониться, толкнут как попало, и следующему пассажиру повезет меньше, чем мне. Да и попробуй объясни стражникам, что тележку надо везти плавно и без рывков, когда на стену лезут жилы и повсюду горит.

Хлопнул себя по лбу так, что даже ладонь обожгло. Да ведь все дело в форме колес, не цилиндрическая, а коническая, вот в чем вся разгадка! И ведь лежала, сволочь, на самой поверхности с самого начала, а я полчаса ковырялся в дебрях, перебирая чушь вместо того, чтобы вспомнить элементарную вещь.

В повороте тележку неизбежно смещает к наружной рельсе, и если рядом с фланцем колесо будет толще, а к наружному краю тоньше, то при смещении наружное колесо покатится по более широкой части конуса и за один оборот пройдет большее расстояние. Внутреннее колесо при этом окажется на узкой части своего конуса и пройдет меньше. Разница в скоростях компенсируется сама, без единой шестерни.

На ходу тележку слегка наклонит в сторону изгиба, но это ерунда, прицел баллисты привязан к уровню, и наклон площадки его не собьет. Да и вообще, какому болвану придет в голову стрелять на ходу? Баллисту довезли до нужного участка стены и стреляют уже на месте, вот и все дела.

Идея настолько простая и доступная, что я даже расстроился, потому что мог додуматься до этого еще на этапе проектирования, до знакомства с козой и дыры в чужой крыше. Не надо мудрить никаких хитрых механизмов и тратить дефицитный металл на шестерни. Просто снять колеса и переточить их на станке, придав поверхности легкий уклон к наружному краю.

— Придумал! — воскликнул я и вскочил на ноги.

Все звуки вокруг тут же стихли, мужики внизу перестали шарить по кустам и задрали головы.

— Сейчас надо снять колеса, я их быстренько обточу, и…

— Ты что, дуркобес, все это время тут сидел?! — перебил меня Хорг. Он копошился вместе с остальными внизу и только сейчас заметил меня на стене.

— Да неважно, — махнул я рукой. — Говорю, решение есть рабочее. Сейчас всё переделаю, колеса обточу, и можно будет пробовать снова!

— Я тебе сейчас рожу обточу, придурок! — Хорг уже лез по лестнице и мгновение спустя выбрался на стену, нависая надо мной со всем своим ростом и размахом. — Мы же даже не видели куда ты улетел!

О, я понял, зачем мне в книге оставили пустые страницы! Записывать новые словесные конструкции которые так непринужденно умеет отмачивать только Хорг. Да, буквально за пару минут он высказал пожалуй почти всё, что думает, причем в выражениях, половину которых я без записи вряд ли смогу запомнить с первого раза.

А вторую половину и вовсе лучше забыть из соображений душевного здоровья. Но на объяснение с коническими колесами отреагировал неожиданно спокойно, буркнул что-то вроде «ну иди точи» и отвернулся к мужикам, которые стояли кучкой и с большим интересом наблюдали за представлением.

На обточку ушло часа три, и каждая минута из них стоила десяти, потому что форму пришлось выводить не просто плавно, а идеально. И совершенно одинаково на всех четырех колесах, что оказалось еще сложнее. Так, сразу запишем, что нужна какая-то формочка, чтобы каждый раз не сравнивать на глаз.

В общем, со стороны поверхность кажется простой, почти прямой, но на деле там не совсем конус, а скорее чуть изогнутая линия, потому что если сделать идеально прямой конус, колесо будет скакать из стороны в сторону при малейшем отклонении.

Тогда как вогнутый профиль работает немного иначе, он сам себя центрирует, подталкивает колесо обратно к середине, и чем точнее выведешь этот изгиб, тем мягче поведение в повороте.

Фланец тоже пришлось переделать, уменьшил высоту и скруглил переход к беговой поверхности, чтобы не было резкой ступеньки. Если фланец зацепится за кромку рельсы на скорости, вся конструкция снова полетит, факт уже проверен собственным горбом.

Четыре колеса, каждое обтачивал, проверял на глаз, прикладывал друг к другу и только после этого насаживал на ось. Колеса, кстати, стали меньше в диаметре, но это даже к лучшему, меньше масса и ниже центр тяжести площадки.

Когда последнее колесо заняло свое место на оси и перестало наконец болтаться, схватил все четыре и рванул через деревню к северной стене. И ничего вокруг больше не существовало, только эти конусовидные кругляши в руках и вагонетка, которая ждет на стене. Пыль клубилась за спиной, кто-то крикнул вслед, но останавливаться не стал, потому что каждая потерянная минута отдаляет момент, когда баллисты смогут ездить по стенам.

Причем теперь стене было довольно тихо, что удивительно. Мужики работали медленно и неохотно, топоры стучали вразнобой, будто каждый удар приходилось вытаскивать из себя усилием воли. Никто не переговаривался, никто не подначивал соседа, и даже Хорг молчал, а это куда красноречивее любых слов. Если Хорг не орет на стройке, значит дело совсем плохо, значит он и сам не особо верит, что из этой затеи выйдет что-нибудь путное.

Мой полет через крышу сарая подействовал на мужиков ровно наоборот. Вместо «ну ладно, первый блин комом, доработаем» получилось «ну вот, идея не сработала, давайте молча достроим рельсы и забудем про это как про дурной сон». Людей винить не стоит, они своими глазами видели, как тележку вынесло с направляющих, и всерьез в это верить после такого действительно сложно.