Чтение онлайн

Вода заполняла легкие, щипала глаза, из-за чего те слезились, и слезы смешивались с таким же соленым морем. Было страшно и холодно. Холодно настолько, что с онемевших губ не срывалось ни звука, несмотря на то что неимоверно хотелось кричать.

В какой-то момент все звезды на ночном небе поблекли, осталось ясно различимым только созвездие Лайара. Неожиданно волны стихли. И вот уже вода не пытается утянуть на дно, не заполняет легкие и не умертвляет невыносимым холодом.

Казалось, звезды внезапно ставшего огромным созвездия, отражаясь в воде, пронизывают ее насквозь. Я висела точно в невесомости и ощущала себя так, как если бы вдруг вышла из привычного мира, оказавшись затерянной где-то во Вселенной. Вода и небо. Абсолютный покой. И легкий холод, который теперь приятен.

Я ощущала, как кожу обволакивает приятная прохлада, как она наполняет кровь, как в глазах отражается россыпь звезд, что составляют самое яркое созвездие… а затем меня словно вытянули куда-то наверх.

Один рывок — и я резко села на постели, не понимая, где нахожусь. Лихорадочно обведя взглядом комнату, моментально успокоилась. Сквозь окно проникал рассеянный, наполняющий пространство лунный свет. Он скрадывал очертания знакомой мебели и предметов, придавая им таинственное сияние. Занавески слегка подрагивали, будто бы от ветра, хотя окно точно было закрыто.

Все еще ощущая последствия странного и слишком реального сна, я свесила ноги с кровати, и ступни тут же охладил ползущий по полу сквозняк. И он, этот сквозняк, походил на прохладу из сна… все же и впрямь странно…

Я не могла распознать собственных чувств. Они все как будто притупились, успокоенные беззвучной колыбельной. Захотелось подняться с постели и, подойдя к окну, посмотреть на ночное небо. Наверное, это бы я и сделала, если б внезапно не наткнулась взглядом на замершую в дальнем углу комнаты фигуру.

В состояние безмятежности мгновенно вплелись тревога и страх.

Что за ши?! Минуту назад там никого не было!

— Шатх? — очень тихо спросила я, хотя была уверена, что это не он. — Кай?

Молчаливая тень точно не была теневым охотником и уж тем более Флинтом. Только спустя несколько мгновений я поняла, что именно ночной гость источает эту спокойно-сонливую прохладу, которая успела наполнить комнату и околдовать меня саму.

Но несмотря на вязкий, уже начавший казаться каким-то неестественным покой, я ощутила нарастающий страх, грозящий перерасти в панику. Парадоксально, но как раз сочетание навязанного спокойствия и ожидаемого страха пугало больше всего. Само мое состояние, как и обстановка, было подвержено влиянию неизвестного гостя, и я даже пошевелиться больше не могла, неотрывно глядя на него.

— Кто вы? — произнесла, с трудом заставляя язык повиноваться.

Даже удивилась, что от ужаса не утратила способности говорить.

Гость молчал, одним своим присутствием виртуозно играя на натянутых нервах, точно на послушном музыкальном инструменте. А затем неожиданно сделал шаг по направлению ко мне, частично выйдя из тени.

В наших краях многие предпочитали носить длинные плащи с глубокими капюшонами — это никого не удивляло. И все же тот плащ, что был надет на мужчине — а теперь я понимала, что это именно мужчина, — чем-то отличался от привычных. Он был черным. Абсолютно. Ненормально, беспросветно черным. Даже у темноты всегда есть оттенки, а здесь их не было совсем. Да и сама фигура воспринималась инородным, чуждым живому миру черным пятном, словно пришла… откуда?

«Из Глубины», — подумала я и беззвучно, не в силах издать ни звука, выдохнула.

Будто прочитав мои мысли, мужчина сделал еще один шаг и остановился. Капюшон откинулся медленно и словно сам собою.

Сколько раз за свою жизнь я поминала высшие силы, сколько раз обращалась к поднебесным и посылала к глубинным… Это всегда происходило машинально. Да, я понимала, что и поднебесные, и глубинные существуют. Знала об этом, как и все. Знала и о том, что это от них нам передается магия. Но одно дело — просто знать, что они существуют где-то там, по другую сторону мира, и совсем другое — увидеть одного из них.

Ни в одной книге, ни в одном учебнике — по крайней мере в тех, что находились в открытом доступе, — не существовало изображений Лайара. Но я, глядя в абсолютно черные, лишенные белков глаза, понимала, что передо мной стоит именно он. Черты его лица были четкими и совершенными — настолько же прекрасными, насколько пугающими. Такая красота обычно принадлежит лишенным души скульптурам, только в нем и эта красота, и бесчувственность были увеличены стократ. На фоне бледной кожи черные глаза казались еще более нереальными, и чем дольше я в них смотрела, тем явственнее видела сходство между ними и ясным звездным небом…

Не знаю, сколько прошло времени перед тем, как я заметила вязь символов, спускающуюся от висков и теряющуюся где-то под плащом. Тут же как-то отстраненно подумалось, что такие же символы присутствовали и на коже напавшего на меня жреца. Только у служителя культа символы были татуировкой, а у моего нежданного гостя находились будто под кожей, являясь частью его самого.

Наверное, мой следующий вопрос прозвучал не менее глупо, чем предыдущие.

— Что тебе нужно? — едва выдавила я и была уверена, что мне вновь не ответят. Но…

— Увидеть тебя. — Низкий голос прозвучал у меня в голове.

Сердце, еще секундой ранее отбивающее чечетку, за одно мгновение вернулось в обычный ритм. От голоса Лайара веяло все тем же мертвенным спокойствием, которое теперь ощущалось еще явственнее, чем прежде. Меня заполнило им целиком, и, казалось, я утратила саму способность испытывать какие бы то ни было волнения. Ушел даже страх, словно смытый бесшумной и плавной, но мощной волной.

— И как? — практически беззвучно, больше мысленно, чем вслух, спросила я. — Посмотрел?

Лайар остался стоять на месте, но внезапно отделившаяся от него тень оказалась прямо передо мной. А в следующий миг моего лба коснулась все та же прохлада, похожая на короткий поцелуй…

— Избранница жизни, любимица смерти, — пронесся по комнате шепот, подобный шелесту ветра. — Глубины в тебе больше, девочка. И однажды, когда наступит решающий момент, ты это поймешь.

Тень отступила, вернулась к своему хозяину, а мною снова овладел сумасшедший, неконтролируемый страх. Бесчувственное отупение прошло, эмоции расползлись по каждой клеточке тела и, беззвучно закричав, я…

Проснулась.

— Спокойно, это я, — прозвучал поблизости знакомый голос, распознать который со страху мне не удалось. — Расслабься, синеглазка. Ты ведь не хочешь разнести здесь все в хлам? Должен в очередной раз напомнить, что это мой дом. И мне совсем не хочется, чтобы одна новоявленная некроманточка его уничтожила.

Понимание того обстоятельства, что я стою возле кровати, а вовсе не лежу на ней, тоже пришло не сразу. Флинт почему-то замер на расстоянии шага и подходить не спешил.