Чтение онлайн

Однажды он почувствовал опасность. Опасность большую и страшную. Пришла беда, которая грозила его дому и его хозяйке. Два дня и две ночи он, дрожа, бродил по двору и искал выход. Но забор был высоким, а ворота крепкими.

Наступила ночь и вышла полная с багряным отливом Луна, когда потерявший голову пес с размаху бросился на калитку, которая неожиданно легко и без скрипа открыла ему путь к долгожданной свободе.

Теперь он мчался к своему дому. Времени было очень мало, а враг был уже внутри, и защитить, оградить от нежданно свалившегося несчастья мог только он – верный своему долгу кавказец Семен.

Ворота были заперты, и пес, преодолев отвращение, кинулся искать кошачью тропу, которая должна была быть и должна была привести в его родной двор. Обежав два соседних дома и продравшись через кустарник, он, наконец, увидел родную веранду. Вокруг было тихо и пусто. Очень тихо и очень пусто. Семен вздохнул и облегченно улегся у ворот гаража, боясь испачкать грязными лапами дорожку, ведущую к двери, за которой были ковер, камин, диван и любимый запах. Он успокоился, закрыл глаза и попытался заснуть, стараясь не обращать внимания на сошедшее с ума ночное светило.

Проснулся он сразу. Топорща шерсть, молча, одним большим и резким прыжком бросил себя вперед на темную, скрючившуюся у входной двери черную фигуру. Круглой тяжелой головой ударил врага в грудь, сбив с ног и размазав по влажной земле тяжелым тренированным телом бойца. Красноватый отблеск стали уже ничему помешать не мог. Клыки впились в горло и, почувствовавший в своей пасти пряную влагу Семен, намертво сомкнул челюсти.

2

Душ – это, все-таки, великое и прекрасное дело. Человеку, который придумал первый распылитель со шлангом, благодарные потомки должны памятник поставить и поминать добрым словом при каждом удобном случае. Изобретателей атомных бомб и прочих обыденных ужасов любой наш мало-мальски образованный человек знает всех поименно. А кто знает творца этого чуда? Может быть, его имя и записано в толстых умных энциклопедиях, но для подавляющего большинства обывателей оно безнадежно утрачено. Ходят, конечно, нехорошие слухи, что первый душ придумали рачительные немцы, чтобы воду экономить, но если даже и так, то идея, реализовавшись на практике, очень далеко шагнула вперед от этих скромных замыслов. Бьющие сверху шуршащие упругие струйки, то горячие, то холодные очень многих обитателей земного шарика приводили по утрам в работоспособное состояние, снимали усталость вечером, поднимали настроение, смывая и унося с собой дурные заботы, ненужные беспокоящие мысли, а также прочую человеческую несостоятельность.

Леший, наверное, уже целый час наслаждался в душе забытого и покинутого всеми отеля. Пусть бежавшая вода была красноватой от проржавевших труб, но она была водой и приносила с собой радость и облегчение. Он то ошпаривал себя, наполняя кабинку паром, то стоял под холодным потоком, покрываясь мелкими, бежавшими по всему телу пупырышками, и не переставал при этом улыбаться. Улыбка явно была глупой и, скорее всего, не соответствовала серьезности ситуации, но он улыбался, и выходить из-под льющегося с потолка дождика абсолютно не хотел. Было очень странно смотреть на свое отражение в зеркале. Вроде он, а вроде нет, или не тот, каким был раньше. Ни одного шрама, и фигура как у Аполлона, просто находка для глянцевых женских или, не приведи господи, мужских журналов.

Наконец, он решился и, заставив себя закрыть краны, вернулся в комнату к своим неизвестным компаньонам, с которыми нужно было что-то решать или хотя бы поверхностно разобраться в имеющейся ситуации.

Около двух часов назад он очнувшись, обнаружил себя лежащим на полу в этой комнате. Сумбур в голове прошел сразу, как только он открыл глаза. Леший четко знал, кто он, откуда, помнил всех тех, кто был с ним рядом, и помнил все, что было с ним раньше. Но абсолютно не понимал, где находится и что, собственно, здесь делает. Он был в командировке, они ехали брать Магу, потом – взрыв. И все, как отрезало. Где? Что? Только чернота, и ни одного отголоска в ошалевшей от счастья знать и помнить голове, способного помочь разобраться в случившемся.

В общем, придя к здравой мысли, что у него проблемы с памятью, Алексей решил познавать себя через окружающую действительность и принялся тщательно осматривать место своего пребывания. Долго изучать местный материальный мир не получилось, поскольку в соседней комнате он обнаружил два посторонних организма, которые привели его в некоторое замешательство.

Просто огромных размеров мужик и женщина с фигурой спортсменки-разрядницы. Оба, с беззаботно-идиотским выражением лица, лежали на полу в соседней комнате, подключенные к уже знакомой ему капельнице. При его приближении они неожиданно, словно по команде, поднялись на ноги и замерли, похоже, забыв, что именно собирались делать дальше. Вид у них был мирный и совершенно доброжелательный, а при взгляде на него их лица просто расплывались счастливыми улыбками. Говорить они отказывались, но безропотно выполняли его команды. Однако с одной оговоркой. Им необходимо было видеть его, видеть постоянно, словно от этого зависела их жизнь. Леший насилу усадил их у стеночки, и уже собирался незаметно смыться куда-нибудь подальше, когда услышал звук открывающейся двери. Он напрягся, внутри щелкнуло, словно включилась программа боевого робота из японской мультяшки, но сделать ничего не успел. Быстро, очень очень быстро его молчаливые товарищи кинулись к появившейся цели и притащили свою добычу. Через мгновенье перед ним, в виде перекошенной звездочки, стоял насмерть перепуганный парень, которого «сладкая парочка» очень немилосердно растянула в разные стороны за руки, лишив даже малой возможности пошевелиться. Держали очень крепко, Алексею показалось, что еще немного, и руки напрочь отделятся от определенного им природой места. Про себя отметив способности своих добровольных помощников, Леший быстро проверил вход и, убедившись, что гость пришел один, спокойно вернулся в комнату.

Там ничего не изменилось. Ребятишки молчали и улыбались, парень тихо поскуливал и явно собирался бухнуться в обморок, абсолютно не заботясь о продолжении общения. Леший вздохнул и решил взять на себя начало светской беседы. Вопрос, который он задал, был очень актуален, но вырвался сам и, оформившись в законченную фразу, прозвучал довольно глупо.

– Тут пожрать где-нибудь можно?

Парню этого хватило с избытком. Пролепетав непонятную фразу, он закатил глаза и кулем осел на пол. Говорил, вроде бы, на французском, но поскольку из иностранных языков Алексей искусно владел исключительно армяно-азербайджанскими ругательствами (спасибо службе в советской армии) и «английским со словарем», смысл изречения остался неясен. Попытки привести «языка» в чувство успехов не принесли и Алексей, приказав положить его на кровать, решил отправиться в душ. Мыслей бросить своих «детишек» на произвол судьбы у него больше не возникало, поэтому, окрестив барышню Белоснежкой (блондинка все-таки), назначил ее старшей в дуэте. Заметив, как она неожиданно покраснела, приказал охранять «бренное тело» как родную маму, и отправился заниматься своим туалетом.

Смыв с себя накопившиеся за неизвестный промежуток времени грязь и пот, ощущая во всем теле легкость и жуткий голод, он вернулся к членам своего непонятного боевого подразделения и, отведя их подальше от кровати, где никаких осознанных движений замечено не было, решил помолчать и собраться с мыслями, которые скакали в разные стороны и совершенно не хотели складываться во что-нибудь путное.

Алексей смотрел в окно и думал, парочка примостилась на полу и, казалось, даже не дышала, парень просто не подавал никаких признаков жизни. Тишина длилась минут десять, а потом словно выстрел: «Привет, любимый», и быстрая короткая свалка.

Громила, пролетев через комнату, грохнулся спиной о стенку и тихо по ней сполз на пол. Белоснежка, с вывернутой и задранной к потолку рукой, рухнула на колени, уткнувшись носом в пыльный прикроватный коврик. Парень неожиданно очнулся от своей летаргии и, свернувшись клубочком, завизжал как обиженный щенок. А Алексей стоял и улыбался. У него начало першить в горле и появилась предательская резь в глазах, не иначе – от поднятой этой катавасией пыли. Он развел руки в стороны и сделал шаг вперед.

– Аля…

– С возвращением, хороший мой.

3

Владимир Петрович Федоренко шел на прием к начальнику Управления. Подобные вызовы всегда несут с собой некоторое волнение, особенно если тема предстоящей беседы не совсем понятна. Догадки можно строить всегда, но они хороши, когда сам добиваешься такой встречи, подразумевая решить волей генерала возникающие проблемы. Тогда знаешь хотя бы часть предполагаемого разговора. Почему часть? Потому что никогда не известно, о чем в свою очередь поинтересуется высокое руководство. Вопрос может быть любой, а соответствовать нужно всегда. Ошибок в этих случаях никогда не прощают. В данный момент это стояло очень остро, поскольку причина вызова полковника в высокие сферы была окутана завесой полного мрака.

Начальник Управления был фигурой серьезной, естественно, очень занятой и довольно своеобразной. Он довольно редко напрямую общался с руководителями подразделений, возлагая подобную честь на своих замов, однако очень любил выслушивать молодых лейтенантов и простых оперов, непосредственных разработчиков каких-нибудь материалов, конечно, если эти материалы были серьезными и могли, что называется, прозвучать. Во всех же остальных случаях беседы с руководителями этих оперативников несли в себе предпосылки предстоящих неприятностей.