Чтение онлайн

– Так, тётя Люба, докладываю. Дети накормлены. Первое, второе, компот и всё это с хлебом. Руки помыты, обломанные и погрызенные ногти обрезаны. Содранные заусенцы обработаны. С памятью у обоих отлично, а вот с логикой и пространственным воображением беда. Так что обратите внимание и занимайтесь! Парни счастливо!
– засунул руки в карманы джинсов Влад.

– Мальчики, держите ключи. Садитесь в машину, я сейчас спущусь.
– Передала ключи от машины старшему мальчику Люба, и начала поправлять волосы, отводя пряди за ухо.
– На самом деле я не тётя...

– На дядю вы вообще не похожи, - хмыкнул Влад.

– А? А, нет. Я в том смысле, что мальчикам не тетя. Их бабушка, мама Светы, опекала мою маму, потом мама поддерживала Свету. Так и дружим семьями. Ну, я и мама и Света с мужем и детьми. Так-то мне всего двадцать пять. Просто по привычке мальчики тётей зовут.
– Откровенно стреляла глазками на Влада девушка.
– Вы столько времени потратили на них. Накормили... Даже и не знаю, как вас благодарить.

– Перетопчемся, - не понял намёка Любы Влад.
– К тому же, меня есть, кому отблагодарить. Да, Алина Андреевна?

– Ну...
– растерялась я.
– Конечно. Спасибо, Влад.

– Понятно, благодарить героя ты не умеешь. Сейчас объясню.
– Предупреждающе посмотрел на меня Влад.
– А вас уже дети в машине ждут. И подружка с семьёй помощи ждёт.

– Да... Я пошла?
– почему-то вдруг спросила у Влада девушка.

– Давно пора, - Влад проводил девушку взглядом, пока она не закрыла за собой дверь процедурной.
– А вот теперь поговорим, Алина Андреевна! Это что было? Я на этот треш, угар и содомию не подписывался!

Пока говорил, мужчина уверенно наступал, я отступала, пока не упёрлась спиной в стену. Влад этим воспользовался, и заблокировал мне путь к отступлению, уперев по обе стороны от меня свои ручищи в стену.

– Итак, я жду объяснений, с чего это ты решила, что я мальчик на побегушках?
– чуть склонил голову ко мне он.

– Ты сам предлагал помощь. Я воспользовалась твоим предложением. Детей не на кого было оставить. А от тебя не убудет, - попыталась сохранить уверенный и независимый вид я.

– Да? А давай я тоже за тебя решу, от чего у тебя убудет, а от чего нет?
– зло рыкнул он.

И резко прижался к моим губам. Паника накрыла с головой. Любое проявление разума улетучилось. Я перестала быть взрослой женщиной, за которую есть, кому заступиться, и врачом. Я превратилась в бьющуюся в истерике дикую самку, защищающуюся от смертельной опасности. Я со всей силы вцепилась зубами в губу мужчины и рванула в сторону. Рот наполнился солоноватой жидкостью.

А дальше я смутно ощущала, что беспорядочно наношу удары, куда придётся. Молча, сжав зубы до боли в дeснах, почти ослепнув от жгучих слeз... Далеко не сразу сквозь пелену страха пробился уверенный, ровный голос без конца повторяющий, что я в безопасности, что кругом только свои.

Я несколько раз судорожно вздохнула, вырываясь из цепких лап паники. В этот момент рядом с дверью раздались голоса и дверная ручка поползла вниз. Влад быстро уткнул меня лицом себе в грудь, и выставил руку, вернув её на прежнее место, дополнительно загораживая меня от входящего.

– Ой! А я...
– прозвучал женский голос, в котором растерянность смешалась с любопытством.

– Что-то срочное?
– спокойно спросил Влад.

– Да нет, - ответили ему, - я за марлей, на салфетки. Но это не срочно, позже зайду.

– Здесь до служебного лифта далеко?
– спросил он меня, когда дверь закрылась.

– Нет, особенно если пройти через соседнюю палату. Она сейчас пустует и должна быть на дезинфекции после выписки пациентов.
– Шмыгнула носом я.

– Отлично, пошли.
– Он уверенно взял меня за руку и чуть потянул, торопя действовать.

Спустившись вниз, он провёл меня по автостоянке, постоянно осматриваясь по сторонам, и усадил на заднее сиденье машины. Почти сразу у меня оказались бумажные полотенца, влажные салфетки и бутылка с водой. Усевшись на место водителя, Влад снял зеркало заднего вида и передал мне.

– Косметики у меня, к сожалению, нет, не пользуюсь.
– Сказал Влад, копаясь в багажнике.

– Я тоже, - ответила я.

– Да?
– удивился Влад, усаживаясь обратно уже в другой футболке.
– А выглядишь так, как будто по два часа на штукатурку тратишь.

– Обхожусь пока собственным лицом, - ответила я, возвращая ему бутылку с водой.
– А у тебя в машине есть всё на все случаи жизни?

– Ну, занять пару пацанов здесь нечем. По крайней мере, надолго.
– Влад себя вёл так, как будто ничего не произошло. Вот вообще. Даже начни он извиняться, было бы хуже. А так... Даже если у него и появились какие-то мысли, виду он не подавал.

– Наши больницы и центры проектируются именно как строго специализированные учреждения. Отступления в сторону не предусмотрены. Поэтому и досуговых комнат просто нет.
– Объяснила я.

– Да это трындец! Это же центр. Сюда же приходят и с детьми, и подождать приходится. А в таком огромном здании с ребёнком приткнуться некуда.
– Возмутился Влад.
– Неужели вот совсем никакого закутка нет?

– Знаешь... Есть. Тут изначально планировали гараж, но такой проект не прошёл. А строить уже начали. Гараж в отдельном здании, а то, что уже успели построить, просто подвели под крышу и перекрыли. Помещение дико неудобное, необустроенное и ничего там не разместишь. Да оно ещё и холодное. Так что, вроде и место есть, но не пригодное.
– Рассказала я.

– А пойдём, покажешь?
– предложил он.

– Показать могу, только толку?
– спросила я.

– Ты забыла, чем Сабир занимается?
– усмехнулся Влад.
– Надо посмотреть и обсудить с ним. Место, где можно детей оставить хотя бы на пару часов, в таком месте быть должно.

– Интересно, если я какого-нибудь проверяющего инспектора оставлю в больнице на несколько часов с двумя чужими детьми, то может мне ещё и штат пересмотрят и добавят пару ставок для присмотра за игровой комнатой?
– против воли улыбнулась я.

Глава 21.

Влад.

Не знаю, что за дурь ударила мне в голову, но я решил поцеловать врачиху.

Не знаю, что и когда пошло не так, но я не заметил того момента, когда она меня зацепила. Надо было насторожиться, когда меня с какого-то перепуга вдруг стало волновать, что она обо мне будет думать, после того, как я назвал её любовницей Тайгира. Вот какое мне дело, а? Нет, я попёрся доказывать, что я не говнюк.