Чтение онлайн

Это только что произошло.

Я знала, что была голой, когда он уткнулся лицом мне между ног, но я не осознавала этого так, как сейчас. Неужели сейчас тот момент, когда я собираю с пола свою одежду, достоинство и гордость и убегаю?

Что именно должна делать девушка, испытавшая умопомрачительный оргазм на пианино?

Видимо, он заметил мой внутренний монолог, потому что делает шаг вперед, беря меня за подбородок одной рукой и крепко целует в губы.

Следующее, что я помню — как он снова заключает меня в объятия, словно я невесомая, и мы выходим из комнаты.

Вот я голая в коридоре. Дреа и Скар легко могли бы увидеть, как Кейн несет меня, если бы только открыли двери своих спален. Никогда не чувствовала себя такой уязвимой.

Я обвиваю его шею руками, наклоняюсь вперед и шепчу:

— Что ты делаешь?

Он прижимается губами к моему уху, его голос полон желания и грязных намерений.

— Ты же не думала, что я закончил с тобой, не так ли?

Хэдли

Мгновение спустя он укладывает меня на свою кровать, и с моих губ срывается тихий вздох, когда с глухим звуком ударяюсь спиной о матрас.

Хватаюсь за одеяло, будто оно защитит меня от всех вещей, что он задумал. Грудь судорожно вздымается, и я смотрю на него снизу вверх, ожидая следующего шага.

В глубине души я даже надеялась, что он продолжит с того места, на котором мы остановились, но он не двигается, застыл у изножья кровати: темные пряди волос падают на его голодные глаза, пока он упивается моим обнаженным телом.

Сердце бешено колотится в груди, а напряжение, повисшее в воздухе, приковывает меня к месту. Я все еще не оправилась от безумного оргазма, который он подарил мне в солнечной комнате, но когда Кейн опускает взгляд к тому самому местечку между моих ног, мои бедра рефлекторно сжимаются.

Ради всего святого, я только что кончила.

Как я могу до сих пор так отчаянно нуждаться в его прикосновениях?

— Нам все мало, не так ли? — Его хриплый голос, словно теплое одеяло, обволакивает меня.

Лукавая, сексуальная ухмылка на его лице лишь подтверждает, что я уже выдала себя с головой, но моя гордость не дает капитуляции.

— Я… Понятия не имею, что ты имеешь в виду.

Его взгляд снова скользит по моей обнаженной фигуре.

— Думаю, что имеешь.

Чувствую себя такой чертовски уязвимой, когда он полностью одет, а я голая.

— Раздвинь для меня ноги, — инструктирует он, по-прежнему не двигаясь.

Он не шутит.

Кейн хочет заставить меня кончить снова?

— Что?

Из его горла вырывается низкое рычание.

— Раздвинь свои гребаные ноги, Хэдли.

— Но я...

Прежде чем успеваю закончить фразу, он забирается на меня сверху, раздвигая мои бедра так широко, как только может. Я все еще до смешного возбуждена, и в его глазах появляется удовлетворение, когда он сосредотачивается на моей киске.

Он прикусывает нижнюю губу, приближая два пальца к моему входу. Кейн не вводит их полностью, но погружает пальцы достаточно глубоко, чтобы прикоснуться кончиками к моей возбужденной точке.

Я понимаю, что мое тело предало меня, по тому, как вспыхивают его глаза.

— Закинь ноги за голову.

Моя кожа горит.

— Я слишком чувствительна. И не могу сделать это снова.

Он медленно вынимает из меня пальцы.

— Ты можешь. И ты это сделаешь.

Я не могу дышать, содрогаясь от желания.

— Хэдли, закинь ноги за голову. Сейчас, — повторяет он с такой властностью, что я чувствую себя обязанной подчиниться, отводя ноги назад, так что они обрамляют мое лицо и падают по обе стороны головы.

Я никогда в жизни не была так уязвима. У Кейна не только очень четкий обзор моей киски, но и вид на мою задницу с первого ряда, и, судя по тихому стону, который он издает, по-другому и быть не могло.

Следующее, что я помню, это как он просовывает два пальца мне в рот.

— Кто-нибудь когда-нибудь играл с твоей задницей?

— Нет. — У меня все тело болит от растяжки, которую требует эта поза. Мне нужно заняться йогой или чем-то вроде того.

— Я раньше был с тобой мягче. Если тебе станет слишком, скажи мне.

Подождите.

Он раньше был со мной мягче?

Мы точно были в одной комнате?

— Хэдли? — спрашивает он, когда я не отвечаю.

Во что я только что вляпалась?

— Хорошо.

— Хорошая девочка.

Это последние слова, которые он произносит, прежде чем скользнуть двумя пальцами глубоко в мою киску. Я сдерживаю стон, когда тот начинает входить и выходить из меня.

— Дыши, — приказывает он.

Затем наклоняется, чтобы прикусить мой клитор зубами.

Ощущение почти болезненное из-за того, какой острой и чувствительной меня сделал мой последний оргазм, но вскоре боль отступает. Предыдущая просьба Кейна становится более осмысленной, когда он вводит в меня третий палец.

Не могу сдержать свой крик.

Я чувствую себя такой наполненной. Как будто не осталось ни дюйма свободного пространства.

— Черт, тише, детка, — хрипит он и ласкает мою киску один, два раза, пока полностью не вылизывает меня, проводя ртом вверх и вниз по моему клитору быстрыми движениями языка.

Кажется, я никак не могу привыкнуть к его пальцам, ерзаю и борюсь с дискомфортом, который причиняет вторжение.

— Кейн, — наполовину стону, наполовину умоляю, и он снова проводит зубами по моему клитору, захватывая его и отпуская.

— У тебя чертовски хорошо получается, Хэдс.

Каким-то образом его слова успокаивают меня.

— Ты можешь расслабиться для меня? — спрашивает он, и я резко выдыхаю, сосредоточившись на его словах. Кейн растягивает меня глубже, его пальцы сжимаются все быстрее, когда я закрываю глаза.

Это как щелчок выключателя.

Как будто все, что мне было нужно — это полностью отдаться ему, чтобы удовольствие пересилило боль.

Мой рот приоткрывается, из него вырывается тихий стон, и рот Кейна снова прижимается к моему клитору.