Чтение онлайн

Маньяк, да? Ха, Ягами, я тебя обожаю, умеешь ты аналогии проводить. Играть с тобой в эту игру никогда не надоест. Кажется, даже если он бы застукал меня с ножом в руке над бездыханным телом, все равно бы ничего не понял.

— У нас будут с ним проблемы? — решил уточнить я.

— Не знаю что и сказать. Наши группы не пересекаются, но мы ведь не знаем, что будет дальше. Если он решит, что мы угроза его авторитету…

— С чего бы?

Ягами красноречиво закатил глаза.

— Ты издеваешься что ли, Икари-кун? Если ты ещё не понял, ты не из тех, кто легко уходит в тень. Поверь, — внимание нам обеспечено.

Это ещё что значит…

— Теперь я хочу провести лекцию для новоприбывших, остальным тоже будет полезно послушать, — вещал сенсей. — Это важно. Солдат, который не понимает приказа, никогда не будет лояльным и полезным семье и хозяину, затем я хочу растолковать вам основы нашей службы. Вам непонятен кодекс, ведь так? Почему вас бьют и пытают за любую оплошность, даже за незначительную? Зачем заставляют скрывать эмоции? Почему учат быть безжалостными даже к собственным братьям? Пока вы не поймете причину, не сможете соблюдать кодекс так, как требуется. Вот разница между слугой и помощником, — второй всегда знает, зачем он выполняет порученную работу.

Он говорил спокойно и тихо, но так лишь казалось. На самом деле его голос будто разливался по всей опушке, тягучий и плотный поток, который доставал каждого. Прирожденный оратор, он знал как говорить так, чтобы понятно и слышно было всем, даже на открытой площадке под шелестом листвы. Мне пришлось отвлечься от перешептывания с Ягами и сделать вид, будто я внимаю мудрости старика.

— Скажите, какое правило для вас невразумительно, а? Необъяснимое требование, с которым вы не согласны? Говорите, не бойтесь, наказания не последует. Вот ты, да ты из новеньких, ответь на вопрос.

Он тыкнул пальцем наугад, попав в Неудачника. Ну конечно, а в кого ещё.

— Я… я не знаю, сенсей…

— Ты что, не читал кодекс? — нахмурился старик.

— Читал…

— Так отвечай, — что тебе в нем кажется странным?

— Правила, которые запрещают нам улыбаться и показывать эмоции… — дрожащим голосом ответил Сэра.

— Да, да… — хитро улыбался Сатеши. — Эти предписания многих смущают. Что же, я объясню тебе их. Во первых, запомните все, — «настоящий якудза смеется только в двух случаях, — когда погиб его враг, и в лицо собственной смерти». Запомнили? В этом и заключается вся наша философия. Знаете, как обучали дисциплине в старые времена? Как взращивали благородство в самураях? Нет? Конечно, нет… Это не просто обучение, это воспитание. Формирование личности, избавление от избалованности и слабости. Детям прививалась способность контролировать свои поступки и отвечать за них, это очень важно! Эмоциональные восклицания, — будь то радость или слезы, были запрещены и порицались. Если ребенок плакал, отец бранил его и мог побить, — «Неужели боги дали мне в потомство этого слабака и плаксу?! Разве я так прогневал их, что породил трусливую мышь, а не человека?! Отчего ты плачешь, боязливое дитя? А что, если в бою тебе отрубят пальцы или руку, а что если тебе придется делать харакири? Что тогда, опозоришь честь всей нашей семьи?!» — Цитировал сенсей. — В этом весь смысл. Вы больше не люди, вы представители вашей семьи. Эмоции — это слабость, они мешают думать, блокируют ясность ума. Отриньте их, сдерживайте, контролируйте. Это воспитает в вас ответственность и достоинство, вы не потеряете четкости мысли даже в критической ситуации.

Старик задумчиво оторвал травинку и начал скручивать её в трубочку, продолжая говорить.

— А что до улыбки…. Раньше не было бы таких вопросов. Воспитанный японец знает, что общественный покой важнее собственного. Что единственная улыбка, которая не смущает собеседника и не несет нагрузки это «загадочная улыбка» Будды. Будьте мудры как Будда, никогда не показывайте другим своих чувств. Надеюсь, это понятно? Хорошо. Теперь перейдем к следующему пункту кодекса, и можете даже не говорить, я и так знаю, что вас смущает. Вам ведь искренне непонятно, почему мы не даем вам еду и заставляем столь много работать, так? Ведь как можно учить истощенных и усталых подростков. Хм… Я вам так скажу, — если воспитание гейши сродни взращиванию прекрасной сакуры, то обучение воина, это культивация крепкого японского дуба. Да, стойкость и упорство, вот чего вы должны достичь. Обучение самурая включало такие испытания как: регулярные голодовки, ночные бдения, тяжелый труд на полях и в шахтах, хождение босиком даже зимой, купания в ледяной воде…. Лишь превозмогания и лишения были юдолью этих юных душ. Только посредством боли и терпения можно укрепить дух и тело.

Ну что за бред… Казалось, вселенная продолжает надо мной издеваться. Сначала обстоятельства вынудили меня стать школьным сыщиком, (что, кстати, у тебя хреново вышло) а теперь я попал в аниме-аналог фильма «Карате-пацан».

— Но зачем так истязать себя, ради чего? — спросите вы… — задумался старик. — И тут настанет время вспомнить о долге. Да, борёкудан не самураи, они испорченные версии тех благородных воинов. Мы бракованные копии, но и у нас есть великий долг. То, ради чего мы живем и служим клану. Ваша основная обязанность — приносить прибыль, будь ты оябун или кобун. Каждую неделю вы будете собирать деньги на улицах и нести конверт боссу с чувством выполненного долга. И если вы, по какой-то причине, не собрали необходимую сумму, отвечать придется только вам. Как вы будете расплачиваться, — своим телом или своими сбережениями, тоже решать вам. Это один из основных законов нашего общества, — для выживания клана каждый должен приносить пользу, даже если придется жертвовать собой. Поэтому мы взимаем с вас поборы, чтобы вы могли в полной мере подготовиться и развить ответственность. Мы учим вас работать в команде ради общей цели, а не потому, что мы хотим просто усложнить вам жизнь. Когда вы поймете, что поборы — часть обучения, жизнь ваша станет гораздо легче.

У этого хрыча на все найдется оправдание, не так ли?

Я перестал пялиться на старика и обратил внимание на девчонок. Красноволосую опять разглядеть не удалось, а жаль. А вот блондинка уловила мой взгляд и улыбнулась краешком губ. Запала на меня? Вот же напасть, слишком уж я миловидный. Может на досуге нос сломать себе, или побриться налысо? Не нравится мне это пресловутое женское внимание.

— О них что известно? — поинтересовался я шепотом у Ягами.

— Не, про тянок я ничего не узнал. Держат их отдельно, только слухи и сплетни.

— Какие?

— Принц рассказывал, что слышал от кого-то, что вся группа девчонок — это работницы одного из массажных салонов. Якобы почти все они малолетние проститутки. Говорят, их старшина просто зверь.

— Что ты о ней слышал?

— Слышал, что у неё вся спина…

— Похоже, кому-то не интересен путь «нинтё дантай», э? — заскрипел старик и мы мгновенно заткнулись. — Что это?! Я слышу разговоры на своем уроке?!

Я чуть не втянул голову в плечи, до того резко голос сенсея сменился со спокойного на командный. Чертовы девки, всегда отвлекают!

Старик прошел по краю холмика и присел, вглядываясь в толпу и прищурившись так, что глаз почти не стало видно.

— Ах, вот кто нарушает дисциплину… — прошелестел он. — Да, да я вас вижу…

Сенсей ловко спрыгнул с возвышенности, подобрал трость, что лежала в траве, и медленно приблизился к группе. До чего смышленый дед оказался… Вот черт. Такой палкой получать по горбу совсем не хотелось.

— Вам наплевать на историю вашего рода, а? — спросил он, глядя прямо на нас с Дате. — Или вы думаете, что у вас в общине особый статус?

Мы молчали, уставившись прямо перед собой и плотно сжав губы. Он приблизился и встал над нами, заслонив тощей фигурой солнце.

Эти двое… — громко объявил Хиро, — считают себя выше остальных. Думают, что они уже якудза! Ягами Дате! Кровный принц семьи Ягами, будущий оябун. Смотрите внимательно, ученики, кто-то из вас будет на него работать! И второй, — Икари Рио, столь наглый и напыщенный, что решил, что правила уважения ему не писаны. Конечно, таким парням как вы, мои слова ничего не доносят, зачем же слушать глупого старика! Ответь ты, — Ягами-кун, отчего ты здесь? Почему тебя, принца семьи Ягами, столь уважаемой в клане, отправили в эту дыру?

Дате сжал челюсти так, что заиграли желваки.

— Отвечай! — Неожиданно мощно вскрикнул сенсей, заставив парня вздрогнуть.

Ягами тяжело вздохнул перед тем, как выплюнуть ответ.

— Меня осудили за убийство, — промолвил он.

В толпе возник легкий шум. Нет, никто не сказал ни слова, но все будто напряглись, сдвинулись с места, повернулись в нашу сторону. Как стая рыб, реагирующая на опасность.

— Да, правда? — показушно удивился Хиро. — Хочешь сказать, твой отец бы тебя не выгородил? Все мы знаем, как это делается. В семье каждый из братьев готов пожертвовать собой, если оябун этого попросит. Он мог приказать любому рекруту или подчиненному и тот сел бы в тюрьму за тебя. Но он этого не сделал. А знаешь, почему? Знаешь, почему?!