Чтение онлайн

Мы только разогревались.

В баре в основном была вечеринка для новобрачных, присутствовали родители Морган вместе с моей тетей Лаурой и, конечно, Оливер и трое его друзей из Бостона. Его родители еще не приехали в город, но, судя по рассказам, они все равно были не из тех родителей, кто тусовался бы в «Lobster Larry's».

Если у Оливера было всего несколько близких друзей, то Морган заполнила остальную часть бара своими, пригласив подруг, с которыми мы тусовались в старшей школе, сокурсниц из университета и подружек, с которыми она познакомилась, общаясь с друзьями Оливера.

В баре находились и другие люди – давние друзья семьи Вагнеров, а также некоторые местные, которые просто случайно оказались поблизости в ту ночь, когда проходила наша вечеринка. Казалось, они наслаждались бесплатными развлечениями так же, как и мы наслаждались ее проведением.

А в самом конце бара, на самом дальнем месте от сцены, сидел Тайлер.

После нашего вчерашнего общения сегодня его было легко избегать, так как я провела большую часть дня с Морган, делая покупки и приводя себя в порядок для вечеринки. Я даже не виделась с ним, пока мы не загрузились в гигантский автобус, который мама Морган арендовала по этому случаю. И даже тогда удалось посмотреть на Тайлера всего долю секунды, прежде чем он забрался в автобус и занял свое место сзади, разговаривая в основном с Оливером и наблюдая за всеми остальными с тихим удовольствием.

Меня абсолютно устраивал тот факт, что он держался на расстоянии от сцены, от меня.

Но это не мешало время от времени бросать на него взгляды.

Каждый раз, когда я это делала, он также наблюдал за мной.

Бар взорвался аплодисментами, когда закончилась наша песня. Мы с Морган рассмеялись и обнялись, после чего передали микрофон следующим певцам – друзьям Оливера и аккуратно спустились со сцены. Морган вырвалась из моих объятий и в следующее мгновение бросилась к Оливеру, на что я лишь усмехнулась, листая книгу караоке, чтобы вписать свое имя для сольной песни.

Друзья Оливера, которые, как я узнала по разговорам в автобусе, являлись его соседями по комнате в университете, пели «Queen», а мы все хором подпевали им. А затем очень быстро произошли три вещи.

Во-первых, Морган потребовала, чтобы мы выпили залпом то, что осталось от наших напитков, и налили еще.

Во-вторых, одна из сокурсниц Морган заказала три порции шотов для всех.

И в-третьих, я забралась на барную стойку и начала трясти задницей под пьяную караоке-версию Оливера «Hip Hop Hooray» группы «Naughty by Nature».

Сначала я с поднятыми руками покачивала бедрами под каждый бит песни, который могла разобрать за громким кричащим пением-рэпом Оливера. Бар наполнился улюлюканьем и воплями, а тетя Лаура кричала, чтобы я была осторожнее, на что я просто рассмеялась и, низко опустившись, начала вращать бедрами, а затем, приподнимаясь, делать волну.

Вскоре все больше и больше девушек забирались на барную стойку вместе со мной, включая Морган и ее маму, которая краснела так сильно, что казалось, будто она вот-вот вспыхнет. Морган схватила ее за руки и раскачивала ими из стороны в сторону, призывая маму танцевать, а затем они обе вскинули руки вверх и раздался следующий бурный поток аплодисментов – самые громкие были от мистера Вагнера.

В этот момент я словно ожила.

Толпа и шум бара стихли, пока не осталось только что-то вроде гула в голове, который наполнял меня изнутри. Я подняла руки над головой, пропуская сквозь себя энергию музыки, и улыбалась, пока алкоголь циркулировал в крови.

Это было именно то, в чем я нуждалась.

Я была так нехарактерно для себя напряжена с тех пор, как вернулась в Нью-Гэмпшир, и впервые за два дня почувствовала себя свободной, беззаботной и счастливой.

Я была самой собой.

Улыбка на губах растянулась еще шире от осознания. Я закрыла глаза и захихикала себе под нос, пока веселилась и танцевала. Время от времени Морган врезалась в меня, после чего я спотыкалась, но потом просто, рассмеявшись, держалась за нее, пока мы обе снова не восстановили равновесие.

Все это напомнило мне о старшей школе, когда я тайком доставала из винного холодильника запасы ее мамы и танцевала у них на заднем дворе или на причале у озера. Это напомнило мне о жарких летних ночах в бассейне с Морган и Таем, когда мы не ложились спать до тех пор, пока солнце снова не всходило, а дни сливались воедино.

У меня защемило в груди от дикого желания вернуться в те дни, в тот конкретный день, и никогда не переступать черту с Таем.

Я задавалась вопросом, что было бы, если бы Морган находилась в своей комнате в тот день, когда моя мама уехала? Что, если бы я нашла ее в доме, а не Тайлера? Что, если бы между нами ничего тогда не изменилось?

Мои руки опустились по бокам, а глаза распахнулись, когда я перестала танцевать и бар снова оказался в центре внимания.

Так много вещей упущено с Морган.

Не знаю, почему меня ударило этим осознанием именно в тот момент, но это произошло.

Конечно, она приезжала ко мне в Калифорнию, и мы виделись в поездках вместе с другими девочками, но мы не учились в одном университете, о чем всегда мечтали. После того что произошло между мной и Тайлером, я узнала, что меня приняли в Бостонский университет, поэтому, не раздумывая, вытащила письмо о приеме на летнюю сессию в Государственный университет Сан-Франциско. Я была рада, что меня взяли, и хотя Морган умоляла передумать, она все поняла, как только я сказала ей, что хочу уехать из этого города, из этого штата, из этой части страны и начать все заново.

Но из-за этого выбора мы не стали сокурсницами, как всегда хотели, не тусовались на одних и тех же вечеринках, не возвращались домой из одних и тех же студенческих баров. Мы не приезжали домой в Нью-Гэмпшир для того, чтобы навестить ее родителей и мою тетю на каникулах. Тайлер был на год старше нас и уже учился на втором курсе в Бостоне, когда Морган была первокурсницей.

Я должна была быть с ней.

С ними обоими.

Что бы произошло в той альтернативной реальности?

Стал бы Тайлер показывать нам окрестности, водить на лучшие вечеринки, предупреждать о худших преподавателях? Было бы все так же, как в старшей школе, – дети Вагнеров и Плюс Один?

Были бы мы самими собой?

Кажется, будто тот день сломал мою жизнь, направив меня по совершенно иному пути, чем тот, который я всегда себе представляла. Будущее, в котором моя мама вернулась за мной, где у нее есть дом в Бриджчестере, а я поступаю в университет в Бостоне с двумя лучшими друзьями… все это рухнуло в один момент.