Чтение онлайн

— Ты закончила?

— Да, — она выдыхает. — Я знаю, что ты никогда не принадлежал мне полностью. У меня никогда не было даже частички тебя. Все, что у меня было, – это лишь иллюзия.

Я сжимаю губы и говорю громким голосом, чтобы услышали все вокруг; чтобы драгоценный круг общения Даники стал причиной ее краха. Она всегда любила сплетничать. Справедливо, что теперь она сама станет темой для обсуждения.

— Ты, Даника, изменяла мне много раз, в то время как я всегда был тебе верен. Ты встала на пьедестал, на который я тебя воздвиг, села на этот трон, но ты мне не пара. С сегодняшнего дня ты – ничто для меня, моей семьи и моего круга общения. Я больше никогда не хочу видеть твое лицо.

Я даже не смотрю на нее, быстро покидая зал под перешептывания и вздохи.

От меня больше ничего не требуется. После этой ночи Даника впадет в немилость на Верхнем Ист-Сайде быстрее падающей звезды.

А через пару недель люди и вовсе забудут ее имя.

Проблем у ее отца станет только больше, и им придется в конечном итоге переехать. Может, даже в другую страну. Она в мгновение ока превратится в ничтожество, и я больше никогда о ней не услышу. Я попросил персонал сжечь ее вещи, оставшиеся у меня дома. Стерилизую свое пространство от паразитов, так сказать. Все равно именно я купил ей большую часть этих роскошных шмоток, так что могу делать с ними, что захочу.

Я могу сжечь ее как в прямом, так и в переносном смысле.

Так же, как я дал ей власть и статус, я могу отнять их у нее в мгновение ока.

То, насколько она ничего для меня не значит, можно назвать почти бессердечным.

И, возможно, так было всегда.

Что это действительно был образ в моей голове, а не она сама.

Потому что с тех пор, как я посмотрел это видео, я принимал только методичные решения. Аннулировал все ее эксклюзивные членства, которые оплачиваю, и добился того, чтобы ей запретили посещать все престижные клубы Верхнего Ист-Сайда. Затем попросил отца отменить любые наши сделки с ее отцом и представил ему убийственные финансовые данные, которые скоро распространятся во всех мафиозных кругах и выставят ее отца как безответственного партнера.

После этого я сдал анализы на ЗППП, и хотя я всегда трахал ее только в презервативе, мне нужно было обезопасить себя на случай, если она заразила меня какой-нибудь дрянью. К счастью, результаты оказались отрицательными.

С уверенностью могу сказать, что глава с Даникой теперь закрыта.

Так же, как и она сама.

Я, может, и не убил ее, но ее падение и падение ее семьи будет гораздо хуже смерти.

Для человека, которого внешность и статус заботят больше всего на свете, социальное изгнание – худшее наказание, которое я мог ей назначить.

Я достаю телефон и вставляю в уши наушники, подходя к своей машине.

Оказавшись на заднем сиденье, я здороваюсь с водителем и велю ему отвезти меня домой.

Как только мы трогаемся с места, я переключаюсь на камеры, которые люди Джереми на Брайтоне установили в особняке, где Юлиан живет со своими головорезами. Точно так же, как мои друзья создали клуб «Язычников», у Юлиана и его свиты есть клуб «Змей», и они являются соперниками в самом сердце Королевского Университета.

Джереми сказал, что его люди смогли получить доступ только к внешним камерам, у ворот особняка, но этого достаточно.

Пока что.

Я жду результатов по другим просьбам, с которыми я обратился к Джереми после того, как рассказал ему об измене сегодня днем.

Он, как любой логично мыслящий человек, ожидал, что я буду более подавлен, но я был занят детализацией своих планов и тем, что именно ему нужно сделать.

Сейчас на острове около полуночи. Одна камера показывает мотоцикл, въезжающий через ворота, а затем внезапно останавливающийся, отбрасывая водителя на бетон, а байк – в противоположную сторону.

Улыбка изгибает мои губы, когда я смотрю, как он со стоном садится, в то время как к нему бросаются охранники.

Юлиан снимает шлем, спасший его череп от раскола на куски, и встряхивает головой, как собака, ухмыляясь.

— Я в полном порядке! Отличная идея насчет кожаной куртки, Сай. Иначе я бы остался без руки, черт возьми!

Моя улыбка исчезает, когда он смеется, в то время как Сайрус выходит из спортивной машины и приближается к нему, с подозрением разглядывая байк.

Прекрасно.

Не уверен, рассказывает ли Юлиан этому придурку все, и было ли у него время сообщить о происходящем, но больше склоняюсь к положительному ответу. Я смог узнать, что Юлиан вылетел обратно в Чикаго на своем частном самолете, как только я покончил с Даникой, так что у него было предостаточно времени, чтобы проинформировать Сайруса.

Но это и не так важно.

— В чем дело, Zveroushka? — Юлиан направляется к мотоциклу. — Злишься на меня?

Zveroushka. Уменьшительно-ласкательная форма от Zver.

Он называл свой байк Zver. Зверь по-русски.

Кто, черт возьми, дает своим мотоциклам уменьшительно-ласкательные имена? Очевидно, Юлиан.

Я смотрю, как он продолжает идти, его пальцы сжимаются вокруг телефона.

Еще несколько шагов.

Еще чуть-чуть…

— Юлиан, отой…

Слова Сая обрываются, когда байк взрывается прямо на глазах у Юлиана. Сайрус отталкивает его с дороги в последнюю секунду, пока пламя взмывает в небо.

Вокруг бегает целая армия солдат, выкрикивая приказы, пока разворачивается полнейший хаос, но Юлиан не напуган.

Он смеется – маниакально.

Он сошел с ума. Отлично.

Судя по моим исследованиям, этот байк – самое ценное, что есть у Юлиана. Он даже дал ему имя, так что вполне справедливо, что он видит, как он взрывается прямо у него перед носом. Именно поэтому я попросил Джереми поручить одному из своих людей покопаться в байке и заложить взрывчатку, которая должна была сработать примерно в это время – когда Юлиан обычно возвращается в особняк.

Я идеально рассчитал время.

Отбейся он от своего привычного графика хотя на минуту, то взлетел бы в воздух прямо на нем.

Кстати, не такая уж и плохая идея.

Я достаю телефон и отправляю ему скриншот с камер видеонаблюдения, пока он сидит там и смотрит, как все горит.

Я

Просто для протокола: я мог убить тебя, но решил этого не делать.

Я возвращаюсь к камерам как раз вовремя и вижу, как он проверяет телефон. Юлиан вскакивает и оглядывается, а затем ухмыляется, глядя на экран.

Мне не нравится это выражение лица.