Чтение онлайн

Марк на демонстрацию не отреагировал никак, а просто скрылся внутри.

— А почему он не удивляется? — тихо спросила Настя. — Я когда поняла, что Егор разумный, еще часа два от шока отходила.

— Потому что это всего лишь подтверждение одной из множества теорий, Анастасия. Если бы вы продолжили образование — знали бы больше, — откликнулся Марк откуда-то из темноты холла. — Наверху точно никого?

Лука прошел через холл, взбежал по лестнице и заглянул в распахнутые двери. Везде было тихо, темно и чисто. Только в закутке, где когда-то Степан угощал пирогами и домашним вареньем, в центре стола стояли снятый с подставки чайник и грязная кружка. Лука потрогал чайник — тот остыл уже давно.

Внизу Марк стянул с головы вязаную шапочку и расстегнул простецкую темную куртку. Потом закурил. Когда огонь зажигалки резко высветил черты его лица, Луке вдруг подумалось — зря он считал Марка младше себя. Если тот и младше, то не больше чем на год или три. Просто из той породы людей, которые с двадцати и до шестидесяти выглядят одинаково. Настоящий возраст проглядывал в мелочах: в уверенности, с которой Марк раздавал команды, в резких, но скупых жестах, в твердой походке знающего себе цену человека.

— Подвальные двери тебе по силам… Егор? — Марк сделал паузу перед именем, то ли вспоминая, то ли непрозрачно намекая на свое отношение.

— Разомкни печати.

— А сам не можешь? — спокойно спросил Марк.

И тут Егор выдал одну из своих штучек: внезапно оказался рядом с Марком — никто и дернуться не успел, — аккуратно прихватил его за цепочку с жетоном и притянул к себе.

— Могу. Только это долго. У меня очень неловкие пальцы, — Егор демонстративно перехватил шнурок так, что он треснул и порвался. — Могу начертить лишнего, и умнику из Особого отдела придется исправлять.

— Объяснения приняты, — Марка ни смутить, ни испугать не удалось. Он все так же спокойно выдохнул Егору в лицо табачный дым, щелкнул ногтем по костяным пластинам и забрал свой жетон. — Не порть вещи.

Егор нарываться не стал — отошел. Почему он вдруг определил Марка в особисты, Лука спрашивать не стал. Но поверил. Сто к одному, что так оно и есть. Что мешало Марку быть отменным спецом по массовым захоронениям, иметь пару докторских степеней, но основной оклад получать не в полиции?

— Наверху никого, — коротко доложил Лука и выжидающе уставился на Марка.

Тот неторопливо прошел к лестнице, которая вела на подвальный этаж, и прислушался.

— Вроде тихо. Откуда вообще такая уверенность, что вставшие Павла здесь? Я ничего не слышу.

— Местный прозектор успел сказать, что у него там вставшие, и отключился, — сообщил Лука.

— Они там, — без эмоций подтвердил Егор. — Нужно торопиться. Будешь снимать печати?

— Пусть Лука снимает, у меня руки заняты, — Марк продемонстрировал сложную вязь сети, зажатую в кулаке. — Настя, девочка, ты бы отошла назад. Ну, или наоборот вперед выдвинься — так хоть умрешь с пользой.

— Ну и шуточки у вас, — обиделась Настя, но отошла от лестницы, хотя было видно — первой сунуть нос в подвал ей хочется.

— Кто здесь шутит? — Марк холодно улыбнулся. — Значит, так. Лука распечатывает, наш бронированный коллега выдавливает двери и входит первым. Живых там уже нет, полагаю, так что стесняться некого.

Лука согласно хмыкнул, не спеша просвещать, что именно упокойников чувствует Егор, как акула кровь. А раз так — то Инга там пока живее всех живых, и драться будет, как волчица у логова, потому что бежать ей уже некуда, да и незачем. И договориться может не выйти.

— А что потом? — шепотом спросила Настя.

— Потом? — Марк обернулся и пристально на нее посмотрел. — Потом будет очень много нудной бумажной работы, отчетов, описаний уникальной усольской аномалии и прочей возни. СПП восстановят через пару недель, будет кому для наследничков старушек поднимать.

— А мы?

— Какое слово емкое — «мы»... Мы, дорогая, будем заниматься открытием Павла — и теорией, и практикой. Бессмертье не дается задарма. Это ваш Егор такой везучий, остальным придется попотеть.

— Я не бессмертен.

— Правильно. Потому что ты не результат, а побочка. А мы будем работать на результат. Но сейчас не время для споров. Надо основной итог неудачного эксперимента утилизировать.

— Но там живые…

— Сомневаюсь. Ваша Инга искала хорошее место, чтобы запереть вставших. Не ради общей безопасности, ради своей. Запереть она их успела и, возможно, успела уйти. Или нет. Сейчас увидим, зачем портить сюрприз отгадками? Лука, что там с планировкой?

— Коридор — три метра, поворот, два метра, малая прозекторская — метров пятнадцать, квадратная. Из нее две двери — в большую прозекторскую и в холодильник.

Планировка от типовой отличалась только наличием двух залов. Обычно на такой городок хватало и одного, но Ельск раньше был шахтерским поселком, и при строительстве решили перебдеть.

Снять большие печати без ключа получилось неожиданно легко — наверняка приезжающие сюда на вызовы полицейские некроманты, чтобы не ждать дежурного, размыкали их часто. Егор осторожно провел руками по петлям, которые, как положено, были снаружи, потом прихватил снизу и рывком качнул на себя. Толстенный металл порвало по сварочным швам, словно он был ветошью. Однако дверь не открылась — сквозь щели просматривался задвинутый внутренний засов. Просвета как раз хватило, чтобы просунуть пальцы. Сталь там была получше — на засов Егор потратил секунд десять: вытянул из пазов, по пути изогнув и измочалив. Освобожденная дверь качнулась и с грохотом упала внутрь коридора.

— Вот и постучались, — Марк обогнул Егора и быстро скрылся за поворотом.

При всем раздражении, которое тот вызывал своими манерами и хамством, Луке приходилось признать — трусом Марк точно не был.

За спиной нетерпеливо зашуршала Настя, дыша куда-то в плечо.

— Держись позади, — попросил он и тоже пошел по коридору.

Егор двинулся сразу за ним, не оттирая, но вплотную.

За поворотом их ждал все тот же кафель и яркие белые лампы дневного света. Вход в малую прозекторскую загородил Марк. На появление Луки он отреагировал хмыканьем и немного подвинулся, давая разглядеть обстановку.

Выглядело все мирно. Тихо, чисто и пусто.

Никаких ошметков, размазанных по стенам. Ни растерзанной одежды, ни кровавых брызг на потолке. Две пустые металлические каталки. Кресло чуть в стороне. Из беспорядка — опрокинутая чашка на столе и подсохшее пятно от кофе.

Обе двери, ведущие в большую прозекторскую и в холодильник, стояли закрытыми. Но дверь в холодильник была заперта на наружный засов.

— Где? — тихо спросил Марк у Егора, хотя после упавшей внутрь металлической двери стараться не шуметь было как-то глупо.