Чтение онлайн

Завтра мой первый бой после перерыва. Соперник совсем плевый, но надо продержать его до пятого раунда, чтобы наш с тренером коэффициент снова сработал. Он сказал, что ставят в основном до третьего. Если не будет никаких изменений, оставим все, как есть. Ложиться я пока не могу, поэтому переодически мы снимаем по мелкому, чтобы не палиться.

Мне даже пришлось немного размяться, тело совсем обленилось, заливалось алкоголем и валялось в кровати, от которой первое время бешено разило другим мужиком. Я долго не менял эту наволочку, чтобы оставалось напоминание о том, почему я так с ней жесток. Один хер не работает, я жутко по ней тоскую. Не могу простить, но скучаю.

– Дэн, иди выйди, там тебе что-то передать хотят, - тренер говорит через несколько спин.

В день боя в тренировочном боксе всегда много народа, тут постоянно толкучка из молодых бойцов, их друзей и знакомых. Удивленно морщусь, смотрю на настенные часы и иду к выходу, ведущему в общий коридор. На пути встречаю пару людей из организационной команды и несколько зрителей, которые пришли в зал заранее, чтобы занять хорошие места. Выхожу, в пока слабо освещенный коридор, и замираю. Передо мной стоит веселая и злобно хихикающая парочка, с лицами гиен, они тесно жмутся друг к другу.

– Добрый вечер, Денис, мы почитатели вашего таланта!
– Стелла хохочет и вкладывает мне в руки небольшую корзинку цветов, - Хотели пожелать вам удачного боя!

Лавренов приобнимает ее за плечо, а она, как только ее руки становятся свободными, укладывает ладонь на его живот и прислоняется щекой к его груди, слегка наклоняясь.

– Только не подведи!
– скалится Антон, - Я поставил десятку, что ты уложишь его в четвертом раунде!

– Серьезно?
– возмущенно спрашивает Стелла и недовольно на него косится, пока я просто не могу сдвинуться с этими цветами, как ебл@н, - Я поставила двести штук, что наш друг проиграет!

– Извини, - ехидно улыбается Лавренов, - Иногда она просто невыносима! Сучка!

– Но тебе нравится со мной баловаться!
– Стелла смотрит на него хитро, прикусывает ему губу и тычет пальцем с острым ногтем ему под ребро.

Г@ндон сворачивается, ржет, а потом пихает ее в сторону.

– Ладно, мы погнали, - он хлопает меня по плечу, - Без обид, Стелка рассказала, что вы раньше мутили.

Я так и стою, не шелохнувшись, смотрю как они идут по коридору в сторону октагона, она пихает его бедром, он скручивает ее в рог и трет кулаком ее макушку, а она громко смеется.

Не дышу, не двигаюсь, не могу найти силы, чтобы догнать их и теперь отмудохать Антона до реанимации. Раньше я только представлял, теперь увидел…

Час до боя прошел точно так же. Я был уверен, что меня, как обычно, охватит ненависть и злость и удивился, когда вместо них, меня накрыло депрессивное опустошение и режущую боль в области сердца. Ярость все же пришла. На ринге. Когда я увидел, как они сидят во втором ряду, очень близко, прямо напротив моего угла. Стелла прижималась спиной к его груди, он обвивал ее двумя руками, упираясь подбородком в ее плечо. Я был уверен, что моему сопернику сегодня конец…

Только после гонга все пошло не по плану, в первом раунде я пытался спихнуть всю свою агрессию, похер на ставку, я просто должен куда-то слить свою боль. Я был относительно собран, но в перерыве увидел, как Стелла закидывает в себя попкорн, а потом протягивает вверх руку и засовывает его в рот этой падали. Он наклоняется и целует ее в губы. Я еле сдержался, чтобы не выпрыгнуть из октагона, чувствовал ответственность, что мы здесь не одни, хотя никого кроме них я больше не видел.

Во втором раунде, Стелла решила, что мне мало. Она буквально висла на нем, терлась, извивалась как голодная кошка, целовала в шею. Я не хотел смотреть, но все равно смотрел. Я начал пропускать удары, видел, как ехидно она скалится. Мне стоило вернуться к сопернику и перестать быть жалкой размазней, но вместо этого, я только вертел головой, чтобы еще раз взглянуть, как она касается этого мудака, жмется, хохочет и потешается надо мной. Я пропускал один за одним.

– Давай, Скворец! Соберись!
– кричит и ядовито смеется.

А потом я случайно опустил свои глаза вниз и увидел, как на фоне ее черной футболки, блестит мой ключ, висящий на веревке, на ее шее. И тогда меня кольнуло настолько сильно, что я просто встал и опустил руки. Я лег нокаутом. Во втором раунде. На то, чтобы добить меня окончательно, у Стеллы ушло не больше десяти минут.

***

Стою в гробовой тишине, которая переодически прерывается тяжелыми, нервными, гортанными звуками и не могу двинуться. Чувствую себя безумно унизительно, но не могу себя контролировать. Упираюсь ладонью в стену, низко склонившись над скамейкой, на которую сверху падают мои слезы. Ощущаю два некрепких хлопка по лопатке, а потом меня тянут за руку и приходится разворачиваться.

– Ну что ты, чемпион...
– тренер грустно хмурит брови и напряженно на меня смотрит.

Прячу глаза, отворачиваюсь. Он тянется ко мне огромной рукой, кладет ее на затылок и по-отечески прижимает мою голову к своему плечу. Касаюсь его лбом и из груди тут же вырывается тяжелый, горький всхлип, губы дрожат, позорно трясусь, как истеричная баба. Он сжимает меня сильней, успокаивающе хлопает по спине и тяжело, протяжно вздыхает. За нами целая куча народа, в боксе опять толпа из желающих посочувствовать или позлорадствовать, а я реву у всех на глазах, как глупая телка и не могу остановиться, продолжаю трястись и всхлипывать, чувствую, как мокнет его футболка.

– Соберись, Дэн… Никогда нельзя показывать, что тебе плохо. Даже если очень плохо…

– Угу, - я киваю и нервно подрагиваю.

– Давай не при всех… - тревожно говорит над ухом, - Мужик, собирайся… Просто глубоко вдохни.

– Угу…

Бл@ть, как собраться? Ну как мне собраться? Пока получается только скулить… Как же стыдно… Как мне им всем сейчас в глаза смотреть?

– Прекращай… - тренер снова похлопывает меня по спине, - Возьми перерыв, пореви, побухай, успокойся и снова возвращайся в строй.

– Угу, - я шмыгаю носом.

– Дэн, ну как же тебя так угораздило… бабы- это зло…

Ты даже не представляешь какое, а сучара предводитель этого зла!

– Ну всё, всё… успокаивайся… За репутацию не ссы, я найду, что сказать… Бери себя в руки…

Какая нахер репутация? Мне кажется я всхлипываю только сильней.

– Боец, прекращай концерт, продолжишь дома, - он меня отпускает, треплет по голове и вытирает тыльной стороной ладони мои щеки, - Ты сильный, справишься! Только не убей никого... И ее не трогай… Я поговорю, ее сюда больше не пустят…

Из груди вырывается еще один тяжелый глухой звук и я обреченно киваю. Лучше бы все думали, что я просто просрал бой и ною из-за этого. Одна надежда, что наблюдательным был только тренер, а публика следила, как я собираю лицом удары, а не куда я при этом смотрю. Перевожу взгляд за его спину, ловлю на себе кучу удивленных глаз, снова отворачиваюсь, никну, опускаю плечи, прикрываю лицо ладонью, но всем все равно видно, как с моих дрожащих губ срываются горькие, нервные содрогания и всхлипы.