Чтение онлайн

(Маяковский, «150.000.000»).

Но, шагая, он, однако, влечет за собою и всю ту пеструю, красочную, прекрасную фалангу народов, которых судьбы связались историей с его великой судьбой. Больше того: он сам, этот огромный «Иван», несет теперь в себе самом эту нарядную фалангу. И на плечах — знамя: СССР…

Полнота — в разнообразии, а не в исключительности. Интенсивность жизни, привлекательность жизни — в ее богатстве. Пусть в рамках единой государственности, проникнутой твердым сознанием спасительности своего исторического единства, цветут и пенятся разномастные, многоцветные обычаи, привычки, нравы, «культуры». Пусть идет свободное и дружное их состязание: жизнеспособные устоят, немощные растворятся, приобщатся к сильным. Вызывая к бытию свободное проявление, живую игру многообразных культурно-национальных содержаний народов исторической России, Октябрь и здесь переживает свою историей продиктованную национализацию.

Будем же думать о ней, бодро слушая сегодня полные легенды и веры, торжественные звуки октябрьского гимна, Интернационала!..

Каменев и Зиновьев выступили на 14 съезде с лозунгом:

— Назад к Ленину!

Однако лозунг этот не имел успеха. В самом деле, почему назад? Партия хочет идти вперед, всегда вперед!..

Оппозиция упрекала Цека в искажении, извращении, произвольном толковании учения Ленина. Приводила цитаты, взывала к тени вождя. Стремилась «восстановить стопроцентный ленинизм».

Ей отвечали тоже цитатами, тоже взывали к тени вождя. Указывали, что нет надобности «восстанавливать» нерукотворный ильичев памятник, ибо он и без того цел, жив и свеж, никто на него не посягал, никто его не разрушал. Партия верна дорогим заветам, а «толковать» их не дано никому, кроме соборного партийного разума. Долой индивидуальную гордыню, соблазняющую современных Ариев. Долой раскольников, фракционеров, еретиков. Живет коммунистическая партия, и слава соборному ее сознанию — всесоюзному Съезду!..

Пожалуй, и впрямь, в «реакционном» лозунге Зиновьева и его друзей было нечто декадентское, нездоровое, тлетворное. И уж совсем не «большевистское». Не течет «назад» река времени. Ленин сам всегда учил смотреть вперед, озираясь в то же время вокруг себя. Плохую услугу его памяти оказывают те, кто тащат вспять, зовут назад.

И это недаром обыкновенно бывает, что такого рода «реставраторы» являются на деле завзятыми «стилизаторами», лишь прикрывают громким именем собственные свои построения. Достаточно вспомнить знаменитый в истории новой философии призыв «назад к Канту»: его авторы, «неокантианцы», реставрируя «исторического Канта», построили его точь-в-точь по своему образу и подобию.

Не следует ли их примеру нынешняя партийная «оппозиция», зовущая партию назад к Ленину? Не стилизует ли она, пусть бессознательно, Ильича? Не малюет ли она его по своему образу и подобию?..

Больше того. Съездовский «спор о вере» (и о «безверии») цитатами из Ленина невольно напоминает, как много воды утекло за эти два года. Словно хотят превратить почившего вождя в икону, поклонившись которой можно каждому стоять на своем. «Полное собрание сочинений В.И. Ленина» положительно превращается в живописный луг, покрытый разноцветным ковром цветов: какой хочешь цветок, тот и рви…

Вероятно, иначе и быть не могло. Жизнь не стоит на месте. Она предъявляет все новые требования, ставит непредвиденные проблемы. Обстановка меняется с каждым годом, даже полугодием, даже «кварталом». Жизнь диктует решения. «Цитаты» поспевают кстати, удачные, авторитетные.

Партия живет, партия действует. Она подчиняется диалектике событий, вдохновляя себя диалектикой цитат. Она полна жизни и мысли.

Разумеется, она останется ленинской партией. Она заряжена ленинским порывом, снаряжена ленинской идеологией, снабжена ленинским методом. И с каждым годом все внушительнее и объективнее предстоит государствам и народам историческая фигура ее вождя.

Но чем дальше, тем все труднее черпать конкретные политические рецепты в неподвижных, хотя бы и вдохновенных томах. Пребывают руководящие идеи, утверждают свою «значимость» регулятивные принципы, известно общее направление намеченного пути. Но не предрешены его изгибы, из которых каждый, быть может, прихотливо таит в себе начало новой, иной дороги. Нет ответа (или, что еще хуже, есть два, три ответа) на тактические вопросы, вытекающие из индивидуальной, своеобразной, данной обстановки. Приходится действовать «по аналогии». А действие по аналогии никогда не есть нечто пассивное, автоматическое. Нужно создавать новые стратегические маневры, новую тактику. Нужно творить, не только исполнять и «следовать заветам». Недостаточно прислушивания и послушания, — необходима самостоятельность, инициатива, находчивость…

Вторая годовщина заставляет это признать со всей подобающей отчетливостью, со всей надлежащей серьезностью. За три года отсутствия Ленина обстановка изменилась настолько существенно, что нынешним партийным лидерам выпадает на долю ориентировать политику на реально новых данных. Экономическое возрождение страны решительно меняет весь ее облик.

Начинаются догадки:

— Как поступил бы Ленин в теперешних условиях?

Но Ленин молчит в своем мавзолее. И в его мертвые уста старательно вкладывают разные решения, различные императивы и лозунги. Заставляют его в 26 году говорить формулами 20, 22, а то и 19-го. Сопоставляют страницы его творений. Лениным опровергают Ленина. «Архиполемически» (Зиновьев) шумят, пытаясь нащупать правильный выход. Словами учителя формируют собственные выводы, старыми текстами оправдывают новые мероприятия, знакомым, запыленным тезисам дают вновь обретенный, современный смысл. Повторяется неизбежное:

«Жизнь играет», жизнь стоит за себя. Жизнь найдет выход, правящая среда его усвоит: она не была бы живой, если бы отказалась слушать жизнь.

С каждым годом наследие и заветы вождя становятся партии все роднее, все дороже. С каждым годом все очевиднее ей масштабы ленинского гения. Но по мере того, как время уходит, как страна и вместе с нею партия идут вперед, приходится в ленинских указаниях брать лишь общее, основное, путеводное, заполняя большие программные директивы материалом, взятым из жизни, из современности. Новые факты подлежат теоретическому осмысливанию и практическому учету. Начинают выдвигаться новые теоретики, а также и «люди новой жизни». Страна уходит все дальше вперед от обстановки 22 года. Партия уходит все дальше вперед от ленинской эпохи. Пребывая неизменно с Лениным, она неизбежно идет вперед от Ленина, продолжая и восполняя его. Таково основное впечатление второй годовщины. Вероятно, в третью и четвертую это впечатление еще более усугубится, оформится, усилится.

Лозунг «назад к Ленину» уже и сейчас показался ленинцам неуместным, маловерческим, ликвидаторским.

Подлинное содержание 14 съезда можно выразить лозунгом:

— Вперед с Лениным.

Реальное содержание 15-го и следующих, вероятно, будет соответствовать лозунгу:

— Вперед с Лениным и от Ленина.

I. Собор 20-го века

Как-то даже язык не поворачивается назвать его «съездом». Это настоящий собор, четырнадцатый собор Российской Коммунистической Партии.

Обвиняли друг друга в безверии, в маловерии. Спорили о вере. Без веры невозможно угодить Революции. Вера движет горами. Где безверие, там и отступничество, помрачение ума и сердца, плач и скрежет зубовный. Революция — это вера прежде всего. Вера «в социалистические пути нашего развития». Уповаемых извещение, вещей обличение невидимых…

Что есть истина? «Для нас, ленинцев, истина — это Партия, а определяет истину — Съезд» (Томский). Истина раскрыта в творениях Ленина, на сем камне зиждется Партия и врата буржуазного ада не одолеют ее. Нет истины кроме Партии, и Ленин — пророк ее. Но слово истины требует толкований, и верховным хранителем правоверия может быть только Собор, только всесоюзный Съезд. Собор не может ошибаться. Кто говорит иное, тот еретик, «уклонщик», тот впал в «прелесть», тот раскольник, фракционер: «в настоящее время, когда с нами нет т. Ленина, поистине смешна претензия отдельных лиц, хотя бы и крикливых, на монополию стопроцентного ленинизма» (письмо моск. комитета). Пусть каждый преклонится перед соборным определением, — иначе прочь сухую ветвь от живого дерева!..