Чтение онлайн

— Э-э-э-э какой черный ход? — удивился хозяин, явно разочарованный моей скептической реакцией.

— Если есть парадная — должен быть и черный? — предположил я.

— Разве что через окно, — растерянно проговорил он. — Есть выход на крышу.

— Отлично, — откликнулся я. — Обожаю крыши.

* * *

До парковки с зарядкой, у которой примостился «Козодой», я так и добрался — по крышам. И решил для себя, что в некоторых ситуациях такой способ передвижения по Ингрии может считаться самым удобным. Тем паче, что, будучи телекинетиком, я легко мог перебросить с одной стороны улицы на другую, например, трос. Еще бы приблуду с моторчиком заказать, чтобы по тросу этому скользить — и вот он я, шиноби каменных джунглей!

Огромный плюс телекинеза и менталистики заключался в том, что они почти не создавали возмущений в эфире. Конечно, если бы я постарался передвинуть дом или свести с ума толпу людей или, например, великого мага — это бы заметил каждый одаренный на километр окрест. Но когда просто переставляешь с места на место, скажем, вазу с цветами или одним глазком заглядываешь в Библиотеку спящего человека — эфир остается практически нетронутым. Ты ведь не меняешь в мире ничего глобального, не создаешь и не разрушаешь магией что угодно материальное и не меняешь человеческие судьбы!

За мыслями о не самых очевидных бонусах обеих своих спецификаций я осмотрел с крыши сквозь эфир всю парковку, потом еще раз — без эфира, и ничего подозрительного не заметил, но на кнопку запуска двигателя нажал дистанционно, и «Козодой» внизу едва слышно загудел. Мне стало интересно — смогу ли я вывести его с парковки телекинезом, но существовала загвоздка: я не оплатил зарядку! Да и плевать, маг я или не маг, в конце концов? Браслет — вот он! Сдернув его с запястья, я повел его по воздуху к столбику зарядной станции и прислонил к терминалу бесконтактной оплаты. Можно было, конечно, монеток в щелку набросать, но и так — сойдет.

Потом так же, с крыши, я выдернул штекер и, поддавливая на рукоятки руля, чтобы сохранить равновесие, вывел байк с парковки. Пацан и девчонка, которые вышли из ближайшей кафешки с мороженым в руках, провожали его безразличными взглядами: мало ли беспилотной техники в Ингрии?

Оба подростка точно принадлежали к лесным эльфам-галадрим, и в этом тоже ничего удивительного не было. Нет в России более эльфийского города, чем Ингрия. Из мегаполисов, понятное дело. Им тут как медом намазано: местные университеты тысячами ежегодно выпускали художников, дизайнеров, архитекторов, искусствоведов, филологов, экологов, зоологов, ботаников, медиков и специалистов всяких других, подходящих эльфам по натуре профессий! Да и обстановка тут располагала — эстетика! Поэтому и выходцы из сибирских лаэгримских кланов, и лесные европейские эльфы, и даже потомки авалонских эльдаров стремились на берега Невы — окунуться в непередаваемую ингрийскую атмосферу.

Я в два счета соскользнул по пожарной лестнице к своему байку, взлетел в седло и краем глаза увидел, как от парковки за мной ринулись две звероподобные фигуры с песьими, кажется, мордами. Да и фиг с ними: кишка у них тонка с электробайком в скорости состязаться. А там — пару маневров, и я среди сплошного потока машин. Пробка! Лица моего они не видели, да и те ребята в парадной у Иванова — тоже, шлем от этой напасти меня спас. Пусть теперь ищут!

Кто-то из Великих Князей приехал в город, и ради государева кузена перегородили пару улиц. Водители всех рас и народов матерились, а мне и другим двухколесным плевать, мы проезжали меж рядов электрокаров и сворачивали в узенькие проулки. Несмотря на откровенно стремную ситуацию в Башне, времени у меня было достаточно, чтобы встретиться с Лейхенбергом и отработать еще один заказ, на сей раз — по моему основному профилю. «Разъезжая, дом 8», — так он сказал. А еще сказал, чтобы в булочную на первом этаже я не ходил, Эрика обидится. Она для меня пряников имбирных напекла!

Что в голове у этой кхазадки — понятия не имею! Я ей никаких авансов не делал. У меня вообще через пару дней Эля приезжает, и мы с ней в «Пульсе» друг другу голосовые сообщения по вечерам записываем. Какие уж тут пряники?

По Загородному проспекту я быстро доехал до приметного перекрестка, который местные называли «Пять углов», и свернул на Разъезжую, замедлив ход и высматривая номера домов. Увидев цифру 8, я остановился, загнал «Козодоя» на тротуар у витрины булочной и, опять же не снимая шлема, подошел к нужной мне двери. Она выглядела невзрачно: ржавая, обшарпанная, с домофоном, кнопки которого были засалены и вытерты почти под корень.

— Хуетак! — прохрипел голос Людвига Ароновича из динамика. — Я тебя через окно видел. Заходи, по лестнице на второй этаж, а потом направо. Тут хостел, или вроде того.

Дело вообще-то было сомнительным. Но на то оно и первое дело! Какие-то парни, Вадим и Мансур, искали специалиста, который мог бы вывести из очень плохого состояния их подругу. Почему не обратились в клинику, если готовы были платить нам? Вопрос интересный, и ответ на него я только собирался получить.

— Давай, заходи… — борода Лейхенберга торчала из-за черной железной двери с медной ручкой и глазком. — Все нормально, кидалова нет, ребята и вправду нуждаются. И заплатят.

Я кивнул и снял шлем. Мы поручкались и пошли внутрь. Раз сказал — «кидалова нет» — значит, поверю. Если вообще никому не верить — на фига тогда жить? Тут действительно располагался хостел или типа того. Длинный коридор с дверьми по одну сторону, в конце коридора — большая стиральная машинка и сушильный шкаф. Без стука кхазад вошел внутрь и сказал:

— Вот специалист. Если он вашу девчонку не вытащит, то путь один — в государев ребух, а там, сами понимаете…

Парни — белявый и чернявый — понимали. Они выглядели как типичные жители опричнины: в одинаковых комбезах, пусть и носимых с некоторым элементом вольности (фенечки, закатанные рукава, принты с логотипами виртуальных игр и музыкальных групп), с кожей, которая очень редко видала солнце, и чуть припухшими глазами. Программисты или другие работники экрана и клавиатуры, наверняка.

— А он точно маг? — спросил с едва заметным акцентом чернявый Мансур.

Я, стоя в коридорчике конце комнаты, подергал парня за сережку в ухе. Серебряные нити были повсюду, и какие-то жалкие пять метров для них — фигня, а не расстояние.

— Ау! — сказал парень и ухватил себя за ухо. — Больно!

— Еще доказательства нужны? — уточнил я.

— Не-не-не… — замотал головой Мансур. — Вы, главное, Динке помогите. Вадим, расскажи им?

— Найн. Мне не надо рассказывать, ему рассказывайте. Я тут закончил, моя работа сделана, аллес гут. Ему рассказывайте, а я в булочную пошел, — засобирался Лейхенберг. — Мое дело — вас свести, и я его сделал. Буду есть пирог с лососем и шпинатом и ждать тебя, мин херц. Ауф видерзеен!

И, хлопнув меня по плечу, удалился. С одной стороны, в крохотной квартирке-студии стало попросторнее, а с другой — гад он! Значит, я — в булочную не ходи, а сам он — пирог с лососем жрать собрался? Ну-ну! Компаньон, называется.

— Рассказывайте… И показывайте, — сказал я, поставил на буфет шлем и кинул туда же перчатки. — И водички дайте мне, пожалуйста.

Тут все было вместе: кухня, гостиная, рабочая зона… Душ и туалет разве что отдельно, и спальня интересной конфигурации — под потолком.

Мансур набрал из чайника воды в стакан, а Вадим кивнул головой на помост-кровать-спальню, которая располагалась неким вторым ярусом над входом — потому я ее сразу и не разглядел. Высота потолков тут такие штуки позволяла. Наверх вела узенькая лесенка. Пространство, может, и экономит, и смотрится интересно, но для жизни — ни разу не удобно.

— Динка, когда сессию сдавала, переживала сильно: у нее курсач не приняли, и если б она два экзамена завалила, то досвидос… Понимаете? Потому она на чай этот и подсела. Ну, чтобы учить всё, — рассказывал Вадим. — А потом курсовую переделывала, и тоже — с чаем этим. Забористая штука, мы пару раз попробовали — очень свирепо в голову дает… Но подумали — кто этих эльфов знает, может, для них нормально? У них же травки, грибочки и прочая ботва — основа рациона! Ну, и вот вчера она к защите готовилась, пересдача у нее, или как сказать? И заварила чаю так, что мы два часа проветривали! А ей хоть бы хны… Ночь, правда, не спала — презентацию на планшете делала. С утра пришла довольная — сдала на девятку! Это со второго раза — и девять, представьте! А потом — случилось то, что случилось. Можете сами посмотреть.