Чтение онлайн

«Орка» вспенила черную стылую воду не хуже глиссера на подводных крыльях. Мне если честно даже показалось, что у нее нос задрался. Хотя нет, не показалось. Нос действительно задрался, когда мы со всей приобретенной скоростью наскочили на край ледяного поля.

Раздался треск ломающегося льда. Я напряженно вслушивался, треск ломающихся досок к нему не приплелся. «Орка» вгрызлась в лед, сначала он ломался под ее тушей, но потом ему удалось ее выдержать и «Орке» ничего не оставалось делать, как выскочить на него. Весла мы подняли, сквозь лед грести проблематично. Силы ветра в парусе хватило, чтобы «Орка» значительно потеряв в набранной скорости пока вылезала на лед заскользила по фьорду.

Фьёльнир убрал рулевое весло, от него толку сейчас было мало. Нас уронило на левый борт, трудно удерживать равновесие целого корабля на узком килевом бревне. Туша Скаллагрима прижала меня к борту. Сверху на нас свалился еще один бывший воин ярла Ормхильды. Я почувствовал, как мои ребра вминаются в борт. Если еще и Бреки сверху на меня свалится, то поход к Бьёрк мне точно обеспечен. Хорошо если обойдется только сломанными ребрами, а не прободением легкого.

Нас протащило еще немного по льду и уперло в скалистую стену фьорда. С меня слезли Скаллагрим и воин. Я попробовал вздохнуть полной грудью. Получилось. Боль конечно была, но не сильная. Я заглянул в статус. Здоровье чуть просело, но оповещения о травме не было. Повезло. Вот так сломаться в двух шагах от дома было бы неприятно.

Мы вылезли из корабля. К носу привязали толстые веревки, впряглись в них. Ноги скользили и разъезжались, но шаг за шагом нам удалось сдвинуть «Орку» с места, а потом и потянуть в сторону виднеющегося берега.

Сторожа на Сигнальной скале не спали и костер на ее вершине запалили. Вскоре по льду фьорда к нам добрались воины моего хирда. На нос «Орки» накинули еще веревки, две сотни рук вцепились в них и корабль заскользил к причалу со вполне приличной скоростью.

Разработчики видно поленились заморачиваться с ледяной поверхностью, а то наше путешествие не было бы таким легким. Обычно, когда замерзает море, то из-за волн лед бугристый. По такому льду мы бы так быстро до берега не добрались. Еще немного, еще чуть-чуть. Мы подвели «Орку» к берегу. Завели ее на обильно смазанные китовым жиром бревна с желобком по центру. В этот желоб загнали килевое бревно. «Орку» поставили ровно, по бокам подперли длинными бревнами, тоже смазанными жиром. И вот по этой скользкой конструкции завели ее в родной корабельный сарай. Ух, надеюсь больше в ближайшее время морских походов по зимнему морю не ожидается.

Мать встречать нас не вышла, что в такой мороз и не мудрено. Пусть лучше сидит в теплом доме. А вот Уна с Ингваром кинулись на меня, как только я немного освободился от забот по постановке корабля в сарай. Рядом прыгал возбужденно лая Свасуд. Причем кажется он не столько радовался мне, сколько ревностно охранял Ингвара. Нашел себе нового хозяина, раз старого он видит только по большим праздникам. Кстати о праздниках скоро же Ёль. Ну или Новый год. Только есть у меня ощущение, что много радости он нам не принесет.

– Я видел тебя и мать во сне, - шепнул я на ушко Уне, щекоча ее мохнатым усом, - вы призывали меня поскорее вернуться домой.

– Пойдем в дом, такие вещи на улице не обсуждаются, - потянула меня за рукав Уна, по направлению к дому.

Я не стал сопротивляться. Подхватил Ингвара и посадил на плечи, чем вызвал его заливистый смех и новую порцию озабоченного лая от Свасуда.

– Бреки, Хвидульф, распускайте всех пока по домам, - приказал я, проходя мимо хускарлов, - а то родные небось все измучились, особенно когда одна часть войска вернулась, а другая нет. Скаллагрима и воинов ярла проводите в «Зал Героев». Все дела завтра с утра.

Бреки, Хвидульф и стоящий рядом с ними Скаллагрим синхронно кивнули. Корабль от непогоды спрятали, людей разместили, можно и по домам. Мы припустили по улице в сторону дома. Тук-тук-тук-тук. Деревянная мостовая, дополнительно прихваченная морозом звонко отзывалась на шаги прохожих. Это еще на севере не принято обувь подковывать, так бы звону еще больше стояло.

Как приятно возвращаться домой. Тепло, светло и мухи не кусают. Насчет двух последних пунктов несколько преувеличено, но все же. Пока мы не добьемся прогресса в производстве стекла светло будет только у дверей, факелами освещают только «Зал Героев» во время торжественных мероприятий. В домах свет от лучин, до от масляных ламп.

Кстати еще идея – свечи. Но для них нужен воск, а для производства воска – пчелы, а для пчел – медоносы. Хотя в свое время на Руси крестьяне держали коров не столько для молока, сколько для навоза, который шел на отопление, освещение и удобрение. Дикие пчелы возможно производят меньше меда, но вот с воском у них все должно быть в порядке. Надо поставить себе напоминалку. Любые шаги в повышении получаемого за летний период пропитания должны поощряться.

Я снял Ингвара с плеч, прошел за стол, уселся на свой любимый стул и вытянул ноги. Все теперь я точно дома. Напротив, уселась мать, справа Уна, слева Ингвар, в ногах развалился Свасуд. Трелли уже успели уставить стол разнообразными блюдами и сейчас разносили кружки с элем.

– За возвращение хёвдинга, сына, мужа и отца, - подняла тост Сигрид.

Мы дружно подняли кружки с элем, а Ингвар с травяным настоем. Выпили. Поставили кружки на стол. Отворилась дверь. На пороге стояли улыбающиеся Альвгейр с Бьёрк и Харальд с Халлой. Ну вот домашние посиделки снова плавно перетекают в общий пир. Я махнул рукой приглашая их к столу. Подождал пока все расселись.

– Что остальные? – спросил я у Альвгейра.

– Хвидульф помчался домой, сестра опять разболелась, - ответил Стрелок, - Вифрид тоже, Бреки, Фьёльнир и Скаллагрим в «Зале Героев» готовятся приятно провести время и предаться рассказам про свои похождения.

– Давайте помянем ярла Ормхильду, - прервала Альвгейра мать.

Мы молча подняли кружки. Ормхильду на островах любили. С ее смертью для северного фолда закончилась целая эпоха. Что-то кончается, что-то начинается. Не зря китайцы не любят жить в эпоху перемен. Хотя если так посмотреть, то человечество в целом постоянно живет при тех или иных переменах. Так что судя по всему китайцы имели в виду, что надо ценить любые относительно стабильные времена. Но нам опять это удовольствие, жить в стабильное время не светит.

Я приобнял жену. Она положила голову мне на плечо. Надо пользоваться моментом пока вокруг тишина и спокойствие. Уже завтра надо выдвигаться в Кистхус, проведать вёльву и послушать какие еще испытания выпали на нашу голову.

Завтра сразу выдвинуться в Кистхус не удалось. Сначала пришлось долго разбираться в текущем состоянии дел. Пока я развлекался Уна и мать активно трудились над воплощением моих придумок. Так что дела у нас шли очень даже ничего. Запас по еде, оружию, доспехам, лекарствам, дровам, одежде, костям, жиру и еще куче других товаров был где-то на два года, а по каким-то позициям и на три года, в соответствии со скоростью использования. Все это очень хорошо и греет моего внутреннего Плюшкина. Самое главное, что пока товар на складе он не портится.

И вот глядя на все это изобилие я нутром чувствовал, что неприятности, которые нас ожидают все что нажито непосильным трудом отправят куда подальше. После разборок с бухгалтерией пришел с докладом Харальд. Болли вроде присмирел. Его хирдманы с разгромным счетом проиграли все тренировочные бои. Так что по его амбициям был нанесен сильный удар. Теперь ему есть чем заняться. Наши глаза в Даггрироке сообщали, что Болли постоянно тренирует своих хирдманов. Пусть тренирует.

С приходом зимы из непонятных нор и отнорков повылезали вроде выведенные разбойники. Так что совместные тренировки перешли в совместное патрулирование. Морских набегов еще долго не ожидалось. Трудно нападать с моря если оно замерзло. Можно конечно высадить на лед десант, но наши сторожа не дремлют, да и, не зная дороги, на льду очень легко угодить на тонкие места.