ЖАНРЫ

Марионетка и Ключник
Шрифт:

– Ты играл с ним? – с подозрением спросил Рэв, едва воин подошёл. Оружие для поединка он оставил в ореховом поле.

– Нет! Просто выжидал удачного момента, – пояснил Хринг. – Меч!

– Может, не следовало его так сильно избивать? – Хельги смотрел, как Мерли без чувств уволакивают прочь.

– Это чтобы у него не осталось сил подняться и ударить мне в спину, – пояснил Хринг, забирая оружие. – Да и на ус такие уроки мотаются гораздо лучше и, что не менее важно, запоминаются на всю жизнь.

– А кто такой Альвир? – спросил Хельги.

Хринг на него неодобрительно посмотрел из-под хмурых бровей, но ответил:

Дядя! Он был хорошим кузнецом и советчиком. Хватит расспросов! Пора в путь.

– Соглашусь! – кивнул Рэв, косясь на опустевшую виселицу. – Здесь мы все дела переделали и долги возвратили.

Глава 14. Мертвец

Они шли по земле ярла Скофти. Проходили колосящимися полями, густыми лесами и оживленными деревнями. Везде привлекали к себе внимание и порождали разговоры. Свернув с тракта, троица разместилась под кронами деревьев. Все присели отдохнуть, кроме Рэва. Он остался стоять и опустил взгляд в землю. Даже снял маску, что сильно удивило остальных.

– О чём задумался? – спросил Хринг.

– У меня из головы не выходит история Хальдана, – произнёс Рэв. – Впервые слышу, чтобы скальды так друг друга подставляли.

– Все мы люди, и нам свойственно истребление себе подобных, – воин любовался закатными лучами и уже почти дремал.

– Это неправильно, – скальд обернулся.

– Тогда почему ты не выкупил его жизнь? – бросил с укором Хринг и перевернулся на другой бок. – Кошель у тебя бездонный.

Хельги молча разводил костёр. Хринг вскоре уснул под треск хвороста, наспех собранного в лесу. Сына Хведрунга тоже сморило, а вот Рэв остался сидеть, завороженно любуясь языками пламени.

***

Наутро Рэв вёл себя странно, страннее обычного. Он сидел лицом к костру и возился в золе. Хельги и Хринг стояли поодаль.

– Идёшь? – спросил сын Хведрунга.

– Нам нужно сделать крюк, – тихо произнёс скальд.

– Мы не можем медлить! – заволновался Хельги.

– Я подсказал тебе направление, которым ушла твоя ненаглядная, и мы почти её нагнали, – пояснил Рэв. – Ты мой должник! Тем более, это почти по пути.

– Что ты задумал? – спросил напрямую Хринг. Но Рэв его уже не слушал и распев произносил слова заклинания.

– Забыл сказать, – Хельги повернулся к воину. – Его мать была ведьмой.

– Ведьм у нас не любят, теперь понятно в кого он такой странный, – протянул Хринг, на что сын Хведрунга пожал плечами. – Что с ней случилось?

Они вдвоём молча дождались окончания ритуала.

– Её сожгли на костре служители новой веры, подобно твоему отцу, сын Сёрли! – произнёс Рэв поднимаясь. Он говорил чужим голосом, в нём читалась стальные нотки.

– Я не говорил, что мой отец – священник Сиона, – воин нахмурил брови.

– Церковь пока немногочисленна, – пояснил Рэв и обернулся. – Старых и уважаемых служителей можно по пальцам пересчитать.

На Хельги и Хринга смотрел совершенно другой человек. Каким-то образом скальд украл личину Хальдана и зло улыбался.

– Я тут ночью всё обдумал и решил, что неправильно всё оставлять как есть, – произнёс Рэв. – Нужно проучить мерзкого скальда. Двор ярла Скофти недалеко.

– Считал, что ведьмино ремесло исключительно женское, – удивленно произнёс Хринг.

– Грех не пользоваться тем, что передалось по наследству и возносит тебя над другими, – процедил скальд.

Рэв оценил свою одежду и решил, что она слишком вульгарна для бедного деревенского скальда. Он снял хороший дорогой плащ, ещё кое-что по мелочи и упрятал в походный мешок.

***

До двора ярла они добрались быстро. Рэв в облике Хальдана шёл впереди, Хринг и Хельги держались поодаль. Весть о смерть скальда явно опередила путников. Им стало не по себе сопровождать мертвеца, видя реакцию местных. Люд перепугался не на шутку.

К тому же Рэв играл свою роль крайне убедительно. Скальд держался уверенно, ни с кем не разговаривал, лишь изредка улыбался прохожим. Бонды шарахались от него как ошпаренные и разбегались кто куда.

Даже воины бросали оружие и пустились со всех ног. Обычный люд запирался в халупах. Рэв миновал несколько улиц, спокойно пробирался, будто был здесь не впервой. Ставка ярла показалась впереди. Длинный дом, похожий на перевёрнутый корпус драккара, изящной резьбой и пышной отделкой выделялся на фоне хмурого города.

Внутри мертвеца уже ждали бонды ярла Скофти. Он сам с супругой восседал на троне, прямо у очага в центре дома.

– Назовись! – прогремел херсир.

– Все меня знают, – развёл руки Рэв. – Так что представляться ни к чему. Пришёл я к тебе, щедрый ярл, рассчитывая на справедливость твою и людей добрых. Хочу со скальдом твоим висой помериться, отомстить за клевету его и оскорбления. Ведь речью своей гнилой и завистливой он не только род мой обесчестил, но и тебя, ярл, в свете дурном показал. Не подобает верному сказителю хозяина своего так подставлять, ведь от него жизнь напрямую зависит. Поэтому рассчитываю на мудрость твою, Скофти, и прошу дать шанс проучить змея ядовитого.

– Что ты на это скажешь, Орм 37 ? – обратился ярл к своему скальду.

– Я ни в чём не виновен, пока не доказано обратное. А доказывать – это его дело!

– Обвинять моего человека в моем же доме. Да ещё подозревать в измене… У тебя есть доказательства? – снова взял слово Скофти.

– Доказательства есть у меня, добрый ярл, – поклонился Рэв. Все чуть успокоились, но оружие в ножны никто убирать не собирался. Кто знает, что выкинет мертвец в следующий момент. Воинам быть свидетелями смерти своего ярла никак не хотелось, поэтому кольцо вокруг пришедших держалось крепко. – Народ мне подскажет, если я буду недостаточно точен. Город у вас небольшой, все друг о друге всё знают.

37

Змей.

– Тогда чего молчат? – бросил Орм.

– Боятся тебя, чего же ещё. Но мне это чувство неведомо. Умер ведь уже я, и успел переговорить там со многими, кого ты за жизнь извёл или погубил. Ярость их меня возродила, чтобы я с тебя маску снял и на суд их отправил.

– Без боя я не сдамся!

– Ближе к делу! – вмешался ярл. – Моё терпение не бесконечно.

– Как будет угодно, – Рэв снова поклонился. – Твой скальд глуп, владыка, и наивно полагает, что никто не видит его шашней с приезжими с севера.

Поделиться с друзьями: