Чтение онлайн

– В курганы мне позарез нужно, так что на мой счёт будь спокоен, – грозно сверкнул глазами Хельги, поднялся и вышел из трактира.

Хринг поразился переменой в сыне Хведрунга и перевёл вопросительный взгляд на Рэва.

– Липа золота 25 ! – развёл руками скальд. – В их сети попадают даже лучшие из нас.

– Понятно, – устало произнёс Хринг, сгрёб со стола меч и пошёл на выход.

Как только он и скальд оказались на улице, тут же догнали Хельги. Сын Хведрунга далеко не ушёл, стоял как вкопанный и следил за десятком вил, устремлённых в свою сторону.

– Овцы там! – указал на трактир Рэв. – Угодили в таверну дракона.

Толпа хоть и безмолвствовала, но медленно стала окружать троицу. Затем к ним вышел пожилой старец с посохом и заговорил:

– Кто ответит за убийство?

– Используй свой дар, скальд! – тихо произнёс Хринг. – Моя речь будет недостаточно стройна.

– Сын Сёрли 26 ! – представил воина Рэв. – Хринг воспользовался законным правом на убийство, так как незнакомцы оскорбляли его. Называли трусом, хулили и даже сравнивали с козой.

Скальд произнёс всё с высоко поднятой головой, выпрямившись и чётко проговаривая каждое слово, чтобы его не могли трактовать иначе. Некоторые землепашцы даже опустили мотыги.

– Так же в защиту его скажу, что кроме нас там было ещё много свидетелей, которые могут подтвердить мою правду и вступиться за славного воина, – добавил хитрый как лис Рэв. – А коль вира потребуется, то огонь руки 27 моей не будет знать щедрости.

На этом речь его была завершена. Старейшина деревни одобрительно кивнул.

– Мера наказания будет зависеть от количества убитых, их знатности и пожеланий семей, – старик прошёл мимо в сторону трактира, а на пороге обернулся. – Но и ваша защита чести тоже будет учтена.

Он и несколько воинов один за другим исчезли в дверях, оставив троицу под присмотром бондов.

– Что ты там молол про щедрость, скальд? – неодобрительно поинтересовался Хринг.

– За безродных псов много не просят, – бросил Рэв. – Тем более ты не сказал бы лучше…

– Ну, хоть в чём-то сгодился, пройдоха! Благо, не вырвал язык тебе ещё в трактире, перетерпев речи твои приторные.

– Я лишь тем оружием владею, что боги мне вручили в дар! – пояснил Рэв.

Деревенские, видя, что дело затягивается, сопроводили повинных, причём всех троих, в старый сарай и там заперли.

В тёмном углу кто-то тяжело дышал. Редкие лучи солнца пробивались в щели украдкой и не позволяли разглядеть незнакомца.

– А вас за что? – кашляя, еле выдавил из себя пленник. – Уж обрадовался, пришли мол за мной, а нет. В этом холодном сарае помучить ещё хотят меня, как будто недостаточно того горя оказалось.

– Я – Хринг! – представился воин. – А ты?

– Моё имя отсечено от меня, – без затей сказал незнакомец. – Род отвернулся от бывшего скальда, но я их не виню. Случившееся я сам на себя накликал. Нужно было быть осторожней с хвалебными висами 28 .

– Наткнулся на недопонимание, брат по слову? – Рэв подошёл ближе и уселся рядом с незнакомцем.

Тот ежился в кучке сена, сжимая в хилых руках потёртую лютню.

– Хотел себя показать и людей удивить, – произнёс задумчиво пленник. – Очень сложную и красивую вису бросил к ногам ярла и гостей его, но не учёл одного… многозначности слова одного, ставшего гибельным.

– И они бросили тебя сюда только из-за неразборчивых слов? – возмутился Хельги.

– Тише, юноша, – оборвал его Рэв. – Сам недавно видел, как из-за подобного наш спутник шесть человек перебил. Слова обладают силой, особенно если в кругу почётном произносятся.

– Вот-вот, – согласился незнакомец. – Ух! Шестерых? Да ты крепкий малый, раз один такое учудил.

– Не знали они битвы достойной, – в защиту мертвецов бросил Хринг. – А на моём веку их было слишком уж много.

– Верю, – услышав грусть в голосе воина, произнёс пленник.

– Так как ты к ярлу попал? – спросил Рэв.

– Дары преподнести хотел и попросить малого. Да вот узнали, что я висы складываю, отказываться, как ты понимаешь, было совершенно неправильно, – он тяжело вздохнул и продолжил. – В результате слова хвалебные из моего рта выходили, а аукнулись всему роду до колена последнего.

– Почему сразу не казнили? – поинтересовался Хринг.

– Ярл смилостивился, – понуро покачал головой пленник. – Сказал, пусть родные мою участь решат. И вот я тут! Прозябаю ночами, не видя света и не чувствуя тепла солнца.

Воин наклонился к Хельги прошептал:

– Отойдём?

Хельги кивнул и сделал несколько шагов назад от скальдов.

– Давно ты его знаешь? – спросил Хринг.

– Рэва? Неделю от силы, – не понимая суть вопроса, ответил Хельги. – А что?

– Имя не настоящее, родных не назвал и скрывает лицо. Всё это наталкивает на неприятные вопросы. Словом, ненадёжного попутчика ты себе выбрал, а теперь и я. Как бы плохого чего не приключилось, – пояснил свои опасения воин.

– Он со своей бандой мою деревню обчистил, – произнёс Хельги. – И мы не были первыми или последними. Так что я знаю о нём не так уж и много, но уверен, плаха по нему уже давно плачет.

– Значит, я буду за ним присматривать краем глаза, – предложил Хринг. – Да и ты смотри в оба.

Тем временем Рэв продолжал расспрашивать незнакомца:

– Что за слово такое горькое тебя из колеи выбило?

Скальд сознательно не использовал кеннинги, чтобы не бередить раны, кровоточащие пленника.

– Какая у нас скальдов самая обычная характеристика правителя? – спросил напрямую незнакомец.

– «Жестокий к золоту», – тут же ответил Рэв.

– Именно! «Щедрый», но так же оставить нельзя. Требовалось изменить форму, добавить кеннинг. Решил я использовать вариант – «жестокий к сильному блеску моря».

– «Сильный блеск моря» – традиционный кеннинг золота. Достаточно просто и незамысловато. Где ты споткнулся? – скальд находился в своей стихии и продолжал расспросы.

Хоть один интересный собеседник. Не то, что его спутники, не понимающие мёда крови. 29

– Тут проблем и вправду не предвиделось, но вот эпитет «жестокий» я передал с помощью неудачного композита – «жестокомордый», – пояснил пленник. – Он может обозначать как «жесткий», так и «жестокий». Увы, один из присутствующих предположил, что я имел ввиду вторую часть слова, где про морду и назвал мою вису хвалебную хулой мерзкой. Я, разумеется, принялся защищать творение неудавшиеся, но замямлил… Одним словом они мне не поверили.