Чтение онлайн

— Плохо ты свою дочь воспитал, Иван.

Повисает напряженная пауза.

Айдаров несколько раз затягивается. И снова стряхивает пепел на пол.

— Сама расскажешь? — спрашивает Айдаров мрачно. — Или мне рассказать? Только тогда сначала язык тебе вырву — и расскажу. Ну раз молчишь. Нет проблем.

Алиса заметно вздрагивает. Шагает назад. Обнимает себя руками.

— Я… а мне вообще скрывать нечего, — вдруг заявляет сестра, даже с каким-то ожесточением. — Я к тебе приехала. Да. Вечером. Ты пьяный был. И… в ту ночь ты совсем не возражал, чтобы я осталась в твоей постели.

Айдаров смотрит на нее молча.

И взгляд у него такой, что я не понимаю, как сестра способна лгать под настолько мощным давлением.

То, что Алиса лжет, чувствуется. Читается между слов. Я это сейчас по ней вижу. Знаю ее.

— Зачем тебе она? — сестра кивает на меня, так и не сводя глаз с Айдарова. — Она же сбежала. Никогда не хотела выходить за тебя замуж. Да она просто идиотка. А я… никто не будет любить тебя так, как я. Никто! И в ту ночь ты сам согласился со мной. Тебе понравилось. Ты оттолкнул меня только на утро. И кстати, я же…

— Ты что несешь? — резко обрывает Айдаров. — Тебе домой среди ночи вернули.

— Алиса, — осторожно начинает мама.

— Тише, мам, не мешай, — отмахивается сестра. — У нас все было. И я буду стоять на своем. После того, что произошло, после того, как… Самир меня обесчестил, есть только один вариант.

— Да? — криво усмехается Айдаров. — Это какой же?

— Разведись с Аней и возьми в жены меня.

Хорошая идея.

Готова поддержать сестру.

Но судя по тому, как сгущаются сумерки в глазах Айдарова, уже понятно, что на такое предложение он, к сожалению, соглашаться не намерен.

— Значит, ты говоришь, что между нами все было, — чеканит он. — С твоих слов?

— Да, — кивает Алиса. — Так и есть.

— И почему я должен жениться на девке, которая раздвинула ноги до свадьбы? Почему кто-то вообще должен на такой девке жениться? — жестко спрашивает Айдаров. — Раз ты сама себя признаешь блядью, то отправляйся туда, где тебе самое место. В притон.

Алиса застывает.

— Я отдам распоряжения, — заключает Айдаров. — Кто-то из моих помощников этим займется. Проследит, чтобы тебя делом заняли.

— Самир, я сам накажу Алису за ложь, — говорит отец.

— Ты уже обещал с этим разобраться, — мрачно бросает Айдаров. — И вот до чего дошло. Жене моей голову задурили. Ну ничего. Сейчас решим этот вопрос.

— Не надо ничего решать, — выпаливаю. — Хватит.

Айдаров приподнимает бровь.

— Алиса все поняла, — добавляю поспешно.

Держу себя в руках.

Он оскаливается.

— Поглядим, — замечает наконец и на часы смотрит. — Поздно уже. Дома обсудим. Да, любимая?

Понимаю, что придется подчиниться и поехать с ним. Не хочу ужасной судьбы для своей сестры. Как бы она не лгала, а такого кошмара не заслужила.

И как родителям это все будет?..

Айдаров способен катком проехаться по моей семье. Ему же плевать.

— Ты же не сделаешь того, о чем говорил? — спрашиваю у него, когда мы оказываемся наедине, в его машине.

Нервы не выдерживают повисшего напряжения и тьмы, которая исходит от Айдарова тягучими волнами.

— А это, — усмехается он. — От тебя зависит, моя дорогая.

Дорога проходит в напряжении.

Понимаю, что в машине Айдаров меня не тронет. А вот потом… если дел у него на вечер нет, если ему уже никуда ехать не надо и никто его вдруг чудом не отвлечет, то мой супруг займется мной.

Настраиваю себя. Как могу готовлюсь.

Мои худшие опасения подтверждаются. Практически сходу. Лишь стоит переступить порог квартиры. Даже разуться не успеваю, как слышится металлический щелчок закрываемого замка позади, а в следующий момент горячие руки обхватывают меня за плечи, притягивают вплотную к мощному телу, буквально вбивают в железные мышцы. Опомниться не получается, а дернуться нет ни единого шанса.

Айдаров целует меня. Жадно. Жарко. Проталкивает язык в мой рот. Грубовато, по-хозяйски. И его ладони уже уверенно забираются под мое платье.

Ну нет. Так, как он хочет, не будет.

Всю силу прикладываю, всю волю. Бью ладонями по его обнаглевшим рукам, извиваюсь в крепком захвате. Отталкиваю Айдарова, как могу.

И он все же поддается. Отпускает меня. Не до конца, объятья не разрывает. Но я хотя бы немного могу отклониться от него.

— Ты что делаешь? — спрашиваю.

В глаза его смотрю. Сверкающие, потемневшие. По его глазам заметно, что тормозить он не намерен.

— А что? — выдает Айдаров хрипло. — Что тебе не так?

— А тебе все так?

Приподнимаю брови.

Чувствую, что ступаю на тонкий лед. Айдаров на взводе. Нужно быть умнее, осторожнее. Но… уступать сейчас тоже нельзя.

Он мрачнеет. И прежде, чем успевает что-то выдать в ответ, я продолжаю сама. Стараюсь говорить ровно.

— Ты моих родителей унизил, — выдаю. — И после этого, как ни в чем не бывало тащишь меня в постель. Ты мою семью ни во что не ставишь. А значит, и меня.

— Чего, блядь? — кривится.

— Ты как себя вел? Не помнишь? Как пепел на пол стряхивал, как выражался. Даже не пытался соблюдать нормы приличия.

— Какие еще нахуй нормы? — недовольно оскаливается. — Ты что вообще такое сейчас несешь?

— Ты открыто проявлял неуважение. Хамил.

— Конечно. А как еще? Плевать я на них хотел.

— И на меня тоже плевать, — прибавляю. — Так? Только о себе заботишься. О своих… потребностях.

— Херню говоришь.

— Опять эта грязь, — морщусь. — Да сколько же ты будешь…

— Я твою сестру на место поставил. Что тебе не нравится? Не пойму. Эта сука в край охуела. А твои родители никакой управы на нее найти не могут.

— А ты смог?

— Ты видела.

— Да, — киваю нервно. — Видела.

— В борделе ей самое место, — чеканит.

— По-твоему, это нормально? Такое мне заявлять?

— Ты радоваться должна, — бросает он с раздражением. — Что эта охреневшая свое получила.

— Она моя сестра, — выдаю твердо. — И как бы мы с ней друг к другу не относились, чтобы она не говорила и не делала. Она часть моей семьи. Ты понимаешь? Слышишь меня?