Чтение онлайн

О, если бы Томми решил покончить с собой и выбрать для этого самый мучительный способ, он без раздумий принял бы смерть от бутылки егермейстера натощак. Этот ликёр вобрал в себя наихудшее, что только знал Ривз: привкус аптечного яда, крысиной мочи, настоянной на полыни, и его несчастливого детства с расквашенным носом. Увы, Томми был вынужден осушить рюмку до дна, пока сэр Джонатан не выпускал его из медвежьих объятий.

После чего страдальца обильно стошнило. Организм, испытав облегчение от единовременного избавления от такого количества отравы, мигом расслабился и отключился.

Очнулся Ривз уже поздно утром — по ощущениям, лет десять спустя и не в лучшей форме. На широченной кровати напротив камина, в барочной комнате, заставившей Томми пересмотреть свои впечатления: теперь ему казалось, что он переместился во времени не вперёд, а назад, лет эдак на сто пятьдесят или двести. И угодил в дом какого-нибудь барона или на худой конец графа (в титулах он не разбирался).

На пуфике перед кроватью лежал аккуратно сложенный светоотражающий жилет, рядом стояли чёрный кофр и рюкзак.

Томми мучительно оглядел обстановку и откинулся на подушку, не намеренный размыкать веки аж до самого второго пришествия. Но прежде чем он провалился в живительный сон, над ухом поскреблась мысль, что его, вообще-то, ждёт Алан Блэк — где-то там, в далёкой Белгравии, на другом конце галактики. И он будет очень недоволен, если Ривз не поторопится.

Томми рывком соскочил с королевского ложа, пошатнулся, ухватился обеими руками за высокий матрас. Стойко преодолевая головную боль и невзирая на десять вкусов ссанины во рту, взялся за поиски одежды, которая, выстиранная и выглаженная, не хранящая более следов его недавних конфузов, обнаружилась в шкафу в прихожей, а комната оказалась гостиничным номером The Ritz. Меньше всего Томми хотелось думать, под каким именем его здесь зарегистрировали. Документов у него при себе не имелось, они давно уже были все уничтожены. А ещё, он слышал, в этих выпендрёжных отелях камеры на каждом шагу.

Томми оделся, кое-как умылся, прополоскал горло и выглянул в окно: пасмурно, живописно, третий этаж. Пришлось покинуть номер через дверь и не встречаться взглядом с персоналом.

К счастью, отсюда до таунхауса было пешком минут двадцать.

Бегом — не больше пятнадцати.

Уже на подступах Ривз догадался, что мог бы и позвонить. Тем более, что Алана дома не оказалось. Он схватился было за телефон, да так и замер: ведь он сам не знал, что находилось в кофре. Для начала было бы кстати выяснить эту деталь.

Крышка за ночь не стала ничуть сговорчивее: ни одна велосипедная отмычка не подошла. Здесь бы лом по уму, но тот был заперт в гараже. Томми вертел чёрный ящик во всех направлениях, поднимал на попа, опрокидывал пыльным брюхом вверх, легонько тряс, пытаясь определить, что внутри. Наконец сдался, начал вызванивать Блэка.

Тот прибыл молниеносно. Уже не такой взвинченный, поскольку день складывался на редкость удачно. Следователи не были чересчур разговорчивыми, но уже через час после того, как Алан передал им флешку валькирии, позвонили и сообщили ему по секрету, что тот поделился чрезвычайно важной информацией, позволявшей прижать целый ряд фирм, которые до сего дня оставались костью в горле британской системы. Это сулило отделу целый ряд повышений. Да и, кстати, выяснилось, что один из доверенных управляющих Valebrook Heritage Trust оказался в то же самое время учредителем и использовал траст для своих махинаций. Провёл за последние годы несколько подозрительных платежей между собственными счетами. Делал сомнительные отчисления несуществующим бенефициарам. И, к тому же, злоупотреблял наркотиками: буквально сегодня на его рабочем месте были обнаружены запрещённые вещества, так что к этому человеку теперь дело образовалось не только у SFO, но и у полиции. Имя, конечно же, не прозвучало — но этого и не требовалось.

Как прикинул Блэк, оставались считанные дни до снятия ареста с трастового фонда и обвинений — с причастных лиц.

Это само по себе было настолько хорошей новостью, что даже если план с кошкой провалился, уж чёрт бы с ним, сказал он себе.

У порога его встретил Ривз в мокром жёлтом жилете (с погодкой и в понедельник не повезло), сидевший на чёрном ящике. Завидев босса, он вскочил на ноги с резвостью макаронины, брошенной оземь.

— Ну, рассказывай, — вздохнул тот, распахнув дверь.

— Да вот…

Томми понуро указал на кофр, и оба занесли его внутрь.

— Это и есть наша киска?

Томми пожал плечами и съёжился, глядя, как брови начальства ползут к переносице.

— Ривз, мы тут что с тобой, в русскую викторину играем? Я должен угадать, что в чёрном ящике?

— Ну, для начала его хорошо бы открыть, — предложил Томми, слегка осмелев: пропадать, так с музыкой.

— Он до сих пор заперт, что ли? Где ты его раздобыл?

— Где-где, в той самой комнате, — буркнул Ривз, следуя за Блэком, транспортировавшим ящик в гараж.

— И не удосужился заглянуть, что внутри?

— А как я туда загляну? Заперто ведь.

Ну да, логично.

Алан замедлил шаг, обернулся.

— А тогда для чего ты приволок его сюда? Ещё и пешком. Или где ты там провозился аж до полудня… Почему оставил машину? Мамочка не рассказала тебе, что на них можно ездить, а не только складировать в багажнике дурнопахнущие носки?

Томми не знал, что ответить.

— Я… это…

— Оно и видно, что «это»! — проворчал Блэк, удаляясь.

В гараже Алан срезал навесной замок, а заодно петли, и сорвал крышку. Ривз тревожно сглотнул и скрестил пальцы.

Блэк запустил руку в недра сундука, как пират, откопавший сокровища. Пальцы нащупали полированный гладкий холод, ухватили и потянули… Томми зажмурился, затем приоткрыл один глаз и успел заметить, как босс извлёк из ящика чёрную кошку. От неожиданности и облегчения он захлопал в ладоши.

— Так. Это уже хорошо, — оценил Блэк. — Не так уж ты бесполезен в поле. Как говорится, собственность — девять десятых закона. — Он ухмыльнулся, поднёс улов к свету, водрузил на верстак. — А эта статуэтка нынче определённо находится в моей собственности.

Блэк отошёл на два шага назад, пригляделся к трофею и вновь приблизился — резко, как тигр, заметивший в джунглях противника.

— Томми, это что такое?

— К-к-кошка, — отвечал Ривз, стуча зубами от холода и кутаясь в полы насквозь промокшего жилета. В гараже, всё-таки, было не жарко.

— Вижу, что «к-к-кошка». А теперь объясни мне, почему у этой так называемой кошки присутствуют, хм… детали женской анатомии — притом одни из самых выразительных?

Алан небрежно ткнул промеж лапок статуэтки, и Томми почувствовал, что ему срочно нужно сменить очки. Эти явно вышли из строя и показывали какую-то чепуху. Он снял их, с глупым видом повертел в руках и машинально протёр. Попытался посмотреть через них с другой стороны, дужками от него, но увиденное и не думало исчезать.

Прямо под белоснежным воротничком, между гладкими чёрными лапами отчётливо выступали две округлые выпуклости.

У проклятой фарфоровой кошки оказалась женская грудь!

Не какая-то там — человеческая; размер как минимум второй с половиной.

А в ложбинке — серебряный кулон, походящий на застёжку комбинезона.

Алан Блэк в это время листал снимки на телефоне. Увеличил изображение: на фотографии такого безобразия не было.

Он какое-то время переводил взгляд с экрана на статуэтку и обратно, затем вполголоса выругался.