Чтение онлайн

Алиса только удивлённо кивает, но ничего не говорит мне. С детьми следует разговаривать. И с родителями тоже… Как только уложу девочку, сразу же поговорю с отцом. Я скучаю по нему… Может, предложить малышке поехать в нашу кофейню и отведать вкуснейший тыквенный пирог?..

После такой активной игры Алиса засыпает быстро, а я потихонечку выхожу из её комнаты и иду к себе, чтобы позвонить папе и поговорить с ним. Присев на край кровати, набираю его номер и жду. Интересно, Дмитрий выполнил своё обещание? Отправил папе помощника? Или позабыл об этом?

– Эмма, как хорошо, что ты позвонила. Расскажи мне, как ты там? Тебя совсем за пленницу держат?

Голос папы дрожит, и у меня сердце сковывает от волнения за него.

– Ну за какую пленницу, папуль? Со мной всё хорошо. Дмитрий прекрасно обращается со мной. Я согласилась стать няней для Алисы на какое-то время, чтобы помочь ей.

Вкратце рассказываю обо всём, что случилось со мной за последние пару дней и уточняю насчёт помощника.

– Дмитрий предупредил меня, что отправит, приходили две девчонки, но они совсем ветреные ещё, в общем, таких принимать на работу я не буду. Уж лучше сам. Мне Валентин сегодня помогает, кстати. Хороший мальчишка. Скучает он по тебе, всё расспрашивает, где ты, когда приедешь навестить своего старика.

– Папуль, какой ты старик? Ты мужчина в самом расцвете сил. А когда смогу приехать? Я не знаю… Я попробую поговорить с Дмитрием. Надеюсь, он не будет против. В общем, посмотрим. Обещать ничего не могу. Папуль, а ты не рассматривал кандидатуру нашей соседки, Фаины Павловны? Она ведь помогала нам пару раз в авралы и справлялась прекрасно.

– Я как-то не подумал даже, а это идея. Спасибо, что подтолкнула меня к этому. Я к ней сегодня загляну и предложу, а дальше видно будет.

– Не забудь взять вкусненький кексик, чтобы порадовать её.

По голосу отца чувствую, что он смущается, и спешу скорее перевести тему. Мы ещё какое-то время говорим, а потом прощаемся, и я спускаюсь вниз, чтобы выпить кружку горячего чая. В коридоре слышу странный грохот. Кажется, звук доносился из кабинета Дмитрия. Он уже вернулся? Или Полина забралась в дом и хозяйничает? Но ведь не Мария Олеговна же?

Спешу туда, дверь приоткрыта, поэтому я толкаю её и вхожу. Дмитрий держится за столешницу, точно ему стало дурно, и он едва не потерял сознание. Он выглядит слишком бледным, а на полу валяется стопка бумаг.

– Всё в порядке? – спрашиваю приглушённым голосом.

– Да. Хорошо, что ты пришла, Эмма. Я как раз подготовил договор, только… голова закружилась.

– Давайте-ка, я помогу вам присесть.

Бросаюсь к мужчине и хватаю его под локоть. Пусть вес у него будь здоров, но на ногах он держится, а опора ему сейчас точно не помешает.

– Я в норме, Эмма, не следует…

– Топайте в кресло, - рычу я.

Опираясь на меня, Дмитрий доходит до кресла и плюхается в него, а я спешу собрать с пола бумаги. Руки трясутся, но совсем не от тяжести тела мужчины. Вчера стало плохо Алисе, а сегодня её отцу. Кто-то в этом доме пытался отравить их? На что это похоже? Сердце колотится, как загнанный в угол котёнок.

– Что с вами случилось?

– Просто закружилась голова.

– Дмитрий, давайте договоримся, что вы прекратите вести себя, как маленький ребёнок? Вы взрослый человек. И у вас есть дочь. Вы об Алисе подумали? Что станет с ней, если ваше «просто закружилась голова» выльется в серьёзное заболевание? Просто так люди не теряют сознание. Не балансируют на той самой грани. Итак… Вызывайте врача прямо сейчас. Наверняка у вас есть семейный.

– Эмма, мне кажется, что ты слишком много на себя взяла, - цедит сквозь зубы мужчина.

– Когда кажется, креститься нужно, Дмитрий Евгеньевич. Давайте, перекрещивайтесь, а потом берите телефон и звоните врачу. Прямо сейчас.

Мужчина посмеивается надо мной. Вижу, ему стало лучше? Просто прекрасно!.. Только я это спускать на тормозах не планирую. Ребёнка и без того сложно реабилитировать, но страшно представить, что с ней станет, если потеряет ещё и отца.

– Я жду!..

– Эмма, я не думаю, что это…

Смотрю на мужчину, показывая, что не собираюсь терпеть возражения.

– Ладно-ладно. Сдаюсь! – поднимает руки Дмитрий, игриво подмигивая мне.

Он берёт телефон и звонит семейному врачу.

– Началось это давно, но сегодня мне стало плохо за рулём, а потом дома… - объясняется Дмитрий.

Серьёзно? Ему ещё и за рулём плохо стало? А вот это совсем тревожный звоночек. Если сейчас врач откажется приезжать, нужно будет сказать Владу, чтобы вёз брата в больницу на полное обследование.

– Спасибо, док. Буду ждать. Я ничего сегодня не ел. Возможно, это от голода? Не есть пока ничего? Я вас понял. Хорошо. Буду ждать. Спасибо.

Отключив телефон, Дмитрий смотрит на меня. Пронзительная игра в гляделки длится некоторое время, но никто не собирается отводить взгляд первым.

– И о чём вы думали? – задаю вопрос, как строгая мамочка.

– А о чём я должен думать? Наверное, о том, что ты слишком строгая для няни моей дочери?

– Вам стало плохо за рулём!

Сажусь на диванчик, молчаливо пожёвывая губами. Я возмущена до предела. Ох уж эти мужчины! Что с папой воевать приходится, только бы пошёл в больницу, когда появляются жалобы, что теперь Дмитрий.

– Да. Я планировал поехать в больницу, но так даже лучше. Сейчас док приедет и возьмёт у меня анализ крови.

– А вы не думайте даже пока покидать дом!.. Уж точно не садитесь за руль.

Дмитрий улыбается, но на этот раз совсем не с насмешкой.

– Пока у нас есть время, может, ознакомишься с договором? Всё равно врача ещё нужно дождаться…

– Ознакомлюсь. Почему бы и нет? Но пообещайте мне, что впредь будете осторожны. Вы нужны Алисе.

– Обещаю, Эмма. И… спасибо за твою настойчивость. Наверное, это именно то, чего мне так сильно не хватало всё это время?

Слова мужчины смущают меня, и я вспыхиваю, сама не понимаю, почему именно так отреагировала. Перевожу взгляд на бумаги, которые собрала с пола. Эх… ещё бы разложить их в правильном порядке, прежде чем знакомиться.

Эмма забавная. Она морщит носик, читая условия договора, время от времени потирает виски и внимательно вглядывается в текст. Это хорошо, что она так серьёзно относится к подписанию. Не все ведут себя точно так же. По крайней мере, не будет никаких претензий в дальнейшем.