Крылья Бабочки: Ксилианская принцесса
Шрифт:
– Как там ваша подопечная!? П-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш.
– Всё отлично, она в полном порядке, приходит в себя, - как на плацу отчеканил Зен Шейден.
– Замечательно, пх-х-х-х-х-х ш-ш-ш-ш-ш-ш, - шипел Фазген. – Даю неделю, чтобы она пришла в себя. Пх-х-х-х-х-х. Нет лучше две.
Он посмотрел опять на генерала. Тот явно уже не был таким борзым.
– Введите Зена Шейдена в курс дел, п-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, это он курирует секретный проект.
– Так точно, - ответил вяло генерал.
– К торжественному восхождению императора на престол Альсары, пх-х-х-х-х-х, всё готово.
– Ага, ага осталось только город взять, - генерал сказал эти тихо, так, чтоб Фазген не расслышал. Но Шейден слышал всё, он научился по губам читать о чём говорит начальство.
Зан возвращался в каюту нагруженный военными сводками и прочей литературой. Его ввели в курс дела, не спросив, а надо ли оно ему.
Уже от первых страниц сводки кружилась голова и болело в затылке. И страшно хотелось выпить.
«Эх надо было учиться в академии, а не на задней парте в картишки перемахиваться».
«Сейчас бы забухать и в картишки, а потом в сауну с тёлками», в своих мыслях улыбался Зен. Когда заметил, что он в военной форме на флагмане с кипой секретных документов на руках.
«И как я докатился до такой жизни!? – Мысленно проклинал себя Зен Шейден. – Нахрен я в армию пошёл?» Эта мысль его посещала уже не впервой. Зен Шейден не мог себе простить, что вместо того, чтобы бухать и развлекаться он убивает людей.
«Такая моя тяжкая доля эх-хэ-хэх». Подумал он и сев в своей каюте стал вчитываться в сводку.
Едва он прочитал страничку, маячок на его часах стал зелёным.
«Проснулась, бля», подумал он.
«Я что ей нянькой нанимался!?» Зен неохотно встал и, взяв с собою документы, поковылял в каюту к Юле.
Несколько дверей защиты, возле которых вооружённая охрана.
«Они её тут держат, как в тюрьме», подумал Шейден, прикладывая свой ключ к двери. Охранник не отреагировал. Он знал кто перед ним. Он так замучился здесь целый день торчать. С другой же стороны здесь лучше, чем в окопах на земле. Можно немного потерпеть.
Зен кивнул ему в знак приветствия. И тот, опомнившись, приложил руку к виску.
– Здравия желаю… - начал было он отрабатывать приветствие. На Зен его остановил.
– Да тихо ты, расслабься, можешь отдыхать.
Обрадовавшись такой щедрости начальства, солдат устремился к нему.
– Мне надо отлучиться на минутку, там такое… - он что-то говорил, но Шейден знал, что всё это отмазки.
– Да иди уже, - махнул он. – Я же здесь.
– Но генерал сказал не покидать свой пост.
– Я здесь генерал, - Зен гордо показал на погон полковника. И вспомнил, что генерала ему дадут лишь после завершения секретной операции.
«Опять бегу впереди паровоза».
– Да он сказал, что вы здесь главный, но…
– Что, но! Что, но!? – Повысил голос Шейден.
– Значит будешь подчиняться мне.
– Но генерал…
– Что генерал!? Что генерал!? Я же сказал, что скоро буду генералом. Ты за меня держись, браток, прорвёмся, - он улыбнулся и похлопал солдата по плечу. – Можешь идти сынок. Но чтобы был здесь через час, как штык.
– Спасибо Вам, полковник Шейден, – достал его фамилию из своей памяти солдат.
Зен Шейден улыбнулся и, открыв вторую дверь, вошёл в каюту к Юле.
Девчонка сидела в углу своей каюты и перепугано дрожала. Увидев Зена, посмотрела на него.
– Я проснулась, хнык-хнык и не поняла где нахожусь, хнык-хнык. Я так испугалась.
– Ты сейчас такая напуганная, - не ожидал её такой реакции Шейден. – Иди сюда.
Он широко расставил руки и обнял девушку. Она к нему прижалась и дрожала.
«М-м-м, как же от неё сладко пахнет». Подумал он, но так и не припомнил, как называется этот аромат. Юля была такой изящной, тонкой, мягкой. К ней было так приятно прикасаться. А её волосы и испуганный взгляд, как будто довершали и без того идеальный образ.
«Как же давно я без женщины», подумал Зен, но вспомнил, как на той неделе снимал для себя шлюху.
«Нет, - подумал он. – Моей женщины, а не общественной». Зен долго копался в памяти, но так и не смог вспомнить, к кому из них приятно было прикасаться. А не потрахались и разбежались.
«А Зуева не так-то и проста», подумал он и выпустил девчонку из объятий.
– Мне здесь так плохо, - ныла Юля. – Всё серое, так холодно и тесно.
– А что ты хотела, ха-ха-ха, мы на имперском флагмане, - попробовал ей улыбнуться Шейден. Но Юля не улыбалась, а наоборот, стала ещё более несчастной.
– Я так хочу домой, - заныла она.
– Здесь теперь твой дом, – Зен осмотрелся и всё понял.
«Не густо, - думал он. – Здесь прямо как в тюрьме».
– Мой дом Альсара, - грустно прошептала Юля.
Они вдвоём посмотрели в иллюминатор, туда где раскинулась бескрайняя пустыня. Она оказалась им двоим такой доступной, такой родной и тёплой.
«Даже слишком тёплой, я бы сказал горячей», подумал Шейден, когда вдруг осознал, чтоуспел привязаться к пустынной планете.
«Я мог бы здесь всю жизнь прожить, были бы бабки».
– Ну-у-у-у, - заныла Юля, сложив губки уточкой. И тут же возмутилась. – Ты же мужик, ну сделай что-нибудь.
– Что именно!? – Опешил от её напора он.
– Сделай так, чтобы я была на Альсаре, - она вдруг вспомнила, что пока ещё здесь не командует. И мило улыбнувшись, сделала обиженные глазки. – Пожалуйста, Зени, я знаю ты же можешь.
– Я что-нибудь придумаю, - замялся Зен, взвешивая все за и против.
И Юля расцвела:
– Спасибо Зени, я знала, знала, что ты согласишься, - её улыбке было невозможно отказать. Но чтобы было убедительней, она приправила её печалькой. Сложила губки уточкой и чуть не зарыдала: - Мне здесь так плохо, холодно и тесно, ещё я всего пугаюсь. Я не видела солнца уже тысячу лет. Я здесь совсем зачахну.
– О'кей поговорю с Фазгеном, - сказал вслух Щейден.
– Нет, - испуганно остановила его Юля. – Я знаю, он не разрешит. Он меня не любит. Меня никто не любит, хнык-хнык-хнык.