Чтение онлайн

– Ник, включи голову, - мятежник говорил вполне спокойно. – Если Магнус прав относительно Ашура…

– Я не ослышался? – Магнус бросил на него испепеляющий взгляд. – Ты снизошёл до того, чтобы назвать меня по имени?

– Ой! – Йонас закатил глаза. – Амаре нельзя давать больше, чем у неё есть. А если её брат взял родичи, то нам конец. Она сотворит ещё троих богов – у нас будет не один Каян, а целых четыре!

– Я понимаю, - кивнул Ник. – Я…

– Ты?

– Ну а я разве виноват? Ты позволишь этому гадкому величеству сломать мне шею? Как я мог остановить Ашура, душить его, как это делает твой достопочтенный союзник? У него есть свой ум!

– О, я обещаю, что его гадкое величество тебе шею не сломает.

– Ну, я б не зарекался, - скривился Магнус, наслаждаясь вспышками страха во взгляде Ника. Вот только, конечно же, он его не убьёт – а жаль. Клео его никогда не простит, только не смерть последнего родного для неё человека, но как же хотелось сжать это тонкое горло, посмотреть, как остатки жизни будут таять в его глазах, как он будет хрипеть и содрогаться… - Но вот что ты сделаешь, если хочешь жить, - он постарался говорить спокойно. – Ты пойдёшь за своим Ашуром, ты его остановишь, не позволишь его принципам крешийской семейной верности разрушить то, что ещё пока что держится! И ты получишь эти проклятые кристаллы и принесёшь их сюда, даже если это будет стоить тебе жизни!

– Я Клео не брошу! – упрямо проронил Ник.

– Бросишь, конечно. Ты уйдёшь сегодня же и вернёшься с Родичами, иначе всё равно никогда её не увидишь, - ему страстно хотелось придумать хоть что-то, что заставило бы Ника выполнить его приказ. – Ты можешь меня, конечно, ненавидеть, но, если ты не столь слеп, как кажется, то всё-таки заметил, что она до сих пор жива, хотя желающих перерезать ей горло, признаться, было немало. И, клянусь богиней и всем на свете, защищать я её больше не стану, если ты не сделаешь то, что должен.

– Клео и без твоей помощи справится! – содрогнулся Ник, всё ещё упрямо взирая на него.

– Может быть. А может и нет. Грядёт война, а я б не обольщался на предмет мирной крешийской оккупации, знаешь, - Ник ничего не ответил, но Магнус видел, что это подействовало.

– И вообще, с угрозами или без, - нетерпеливо промолвил Йонас, - а принц прав. Ник, найди Ашура. Мы пойдём вдвоём. Надо было отправиться с Феликсом и Тараном… Тут мне места нет, это уж точно – что мне делать в гостинице?

– Нет места, мятежник, неужели? – Магнус бросил на него раздражённый взгляд. – Удивительно. Мне кажется, тебе очень понравилось перебирать оборки на юбках Её Высочества, когда вы сидели у стола и мило ворковали, - Йонас удивлённо взглянул на принца. Слова сорвались с языка будто бы сами собой:

– Однажды у меня будет куда большее.

– Ну, я б не зарекался, - скривился Магнус.

– Мы уже всё решили, - Йонас откровенно помрачнел, не собираясь больше сдерживать собственные чувства. – Ник, собирайся, только поскорее. Мы отправляемся в городок Базилия. Может, догоним Ашура, всё получится. И ещё… Магнус…

– Что, мятежник?

– Если хоть один волос упадёт с головы принцессы, - прищурился Йонас, - никакая богиня не спасёт тебя от неминуемой смерти!

Глава 19. Амара. Пелсия

Над пелсийцами, собравшимися, чтобы услышать Амару, кружил золотой ястреб. Сама она стояла у открытого окна в своих жалких покоях, взирая на нетерпеливые лица. Кто-то из них не понимал, что делать в деревне их вождя, ведь врата её были закрыты столько времени с того момента, как он воцарился в пыльном царстве бедных и несчастных людей. И впервые они блуждали по лабиринту города, так напоминающего оранийскую столицу – только тут драгоценности сменили на глину, кирпичи, камни, грязь.

– Ваша милость, может, стоит повременить с речью? – проронил Курт. – Тут куда безопаснее, да и повстанцы близко…

– Вот потому меня постоянно окружает стража, милый Курт, - она бросила на него короткий взгляд, лишь на миг отвернувшись от окна. – Повстанцы всегда рядом. Ведь они не понимают меня. Многие ненавидели моего мужа, моего отца, кто-то будет бороться и против меня. Но я буду говорить со своими гражданами, ведь они готовы принять меня без капли сомнений. Я подарю им надежду, и у них будет то будущее, на которое столько лет они и надеяться не могли.

– Ваша светлость, это прекрасно, но… Пелсийцы – это просто дикари, быстро вспыхивают ненавистью и насилием…

– А так же говорят о крешийцах, - раздражённо ответила она на его слова. – Или ты не слышал? Так я скажу.

– Ваша Милость…

Она лишь подняла руку, останавливая его упрямо и твёрдо.

– Сегодня я буду говорить. И никто меня не остановит. Даже если вокруг множество повстанцев, даже если мои солдаты не хотят хранить мне предельную верность – именно потому мне нужна их поддержка. Никто не имеет права перечить мне. Ты понимаешь?

Он покраснел и низко поклонился, осознав, о чём речь.

– Ваша Светлость, я не имел в виду ничего такого…

Он не договорил – отворилась дверь, и в комнату вошла Нерисса.

– Императрица, уже пора.

– Прекрасно. Я готова, - пальцы Амары скользнули по шёлку её платья. Она так редко надевала его в Крешии – но всегда брала с собой в путешествия, чтобы можно было продемонстрировать прекрасную фигуру. Под лучами пелсийского солнца жемчужины и маленькие бисеринки, изумруд и аметист будут сверкать, будто маленькие светила.

Снаружи её ждала стража, и Амара, коснувшись на мгновение ладони Нериссы, направилась к огромному помосту, по высоким деревянным ступеням поднялась наверх, посмотрела на огромную толпу, остановившуюся в деревне, будто бы руководимую неведомой магией. Да, вот они – её подданные. Они будут впитывать в себя каждое её слово, будут вещать о её славе всем, кто только способен услышать. И однажды именно они первыми узрят в ней их богиню. Сияющую и прекрасную.

Толпа заревела в приветственном крике, и в воздухе чувствовалась радость одобрения. Амара не удержалась – бросила взгляд на Нериссу, но та улыбнулась и кивнула, призывая её к словам. И императрица подняла руки – толпа затихла, благоговейно воззрившись на неё.

– Мои прекрасные пелсийцы, пережившие столько бед за годы, которым не было конца! – голос её звучал зычно и разносился над всей толпой. – Я – Амара Кортас, первая крешийская императрица – и теперь вы не митиканцы, не жители царства, которое убивало вас сотню лет, теперь вы крешийцы – и будущее ваше ярко, будто солнце, что сияет над нашими головами!

Толпа заревела, и Амара умолкла на мгновение, рассматривая их лица, потёртую изношенную одежду, уставшие, но счастливые взгляды. Эти глаза видели столько королей, что лгали им, что убивали их, заставляли страдать. Вот только в них всё ещё сияла надежда, надежда на то, что она спасёт их всех.