Чтение онлайн

— Что вы имеете в виду? Сейчас здесь нет никаких тварей, — она указала на щебечущий лес и широкий луг.

Улыбка Калема стала ещё шире.

— У меня есть идея.

Нахмурившись, она встала перед ним.

— Я тебя слушаю.

— Давай устроим небольшой спарринг. Но ты не можешь использовать тварей, которых мы уже видели.

— Спарринг? Давно я уже не… — она замолчала, а затем положила обе руки на бёдра. — А другие правила есть?

Рычание застряло у меня в горле. Это была очень плохая идея. Если Калем потеряет контроль и причинит боль Лине, мы потеряем Заклинателя, а мне нужно было узнать больше о Гисс. Или, что ещё хуже, она надерёт Калему задницу, как сделала это с Костом. Мой взгляд метнулся к первому из нас, кого она встретила, и осмотрительно спокойное выражение лица Коста не смогло скрыть его стиснутую челюсть.

Но Лина стояла прямо, едва заметная усмешка тронула уголки её губ, а в глазах вспыхнул огонёк. Это был шанс увидеть, что у неё есть в арсенале. Проблеск того, кем она была. И это знание я всегда мог держать как туз в рукаве. Кост и раньше был сам по себе, но если она предпримет здесь что-нибудь кардинальное, я убью её и уговорю другого Заклинателя найти мне Гисс.

Но огонь Лины… Откуда он взялся? Я хотел это знать. Должен был знать.

Кост согнул руки.

— Я настоятельно не советую этого делать.

— Что? Почему? — Калем бросил на него раздражённый взгляд. — Я буду осторожен, клянусь.

— Ты не можешь себя контролировать. В конце концов, ты сделаешь ей больно.

Лина вздёрнула подбородок.

— Я могу о себе позаботиться.

— Дело не в твоих способностях, — отрезал Кост. — Речь идёт о Калеме и его неспособности проявлять самообладание.

— Обещаю, всё будет хорошо. Чисто для практики

Кост и Калем посмотрели на меня. Я медленно встал, и выражение лица Калема сменилось укором, как если бы он ожидал, что я полностью отброшу эту мысль.

— Никаких опасных для жизни травм, — повернувшись к Лине, я поймал взгляд её карих глаз. Озорство тронуло её улыбку, но она снова повернулась к Калему, не сказав ни слова. — Никаких других правил.

— Будет весело, — с этими словами Озиас резко повернулся лицом к пустому лугу на другой стороне нашего лагеря. — Настолько большой подойдёт?

— Меня устраивает. Но, ты же знаешь, что я хорош в замкнутом пространстве, — Калем склонился лбом ко лбу Лины.

Она ухмыльнулась.

— И я тоже.

Впервые в жизни я увидел, как покраснел Калем. Озиас разразился хохотом, когда Лина направилась к поляне, слегка покачивая бёдрами. Кост пробормотал что-то себе под нос, пересев к Озиасу, и его спина напряглась. Адреналин гудел в моём теле, и во мне пробудилось тревожное желание защитить её. Она понятия не имела, во что ввязывается. Застать Коста врасплох — это одно. Но столкнуться в лоб с Калемом? Его смертоносность была бесспорной — он не испытывал никаких моральных угрызений совести в своей работе. Были даже моменты, когда он наслаждался этим.

Он усмехнулся, и тени поплыли из леса, цепляясь за него.

— Ты за это поплатишься.

Они расположились по обе стороны поляны, и Лина почувствовала на себе тяжесть обуви. Все звуки прекратились. Соловьи замолкли на середине крика, и жуки разбежались в поисках безопасности. Как будто знали. Как будто они могли почувствовать внезапный прилив силы, исходящий от её эмблемы. Символ Заклинателя вспыхнул в ярком свете розового дерева, корни и ветви взбирались по её ладони и руке, прекрасная переплетающаяся филигрань листьев и цветов. Подёргивая пальцами, она изучала пространство между нею и Калемом.

— Начинай. Я дам тебе шанс вызвать свою тварь. Иначе всё будет кончено раньше, чем ты успеешь оглянуться.

Он был не более чем тенью с красными глазами, ужасающей насмешкой над человеком.

Тяжёлый стон открывшейся двери разорвал ночную тишину, и поток магии окутал Лину. Ветер взъерошил её волосы, и моё сердце замерло. Что-то изменилось. У сидящего рядом со мной Коста широко распахнулись глаза, а Озиас напрягся. Сила, не похожая ни на что из того, что она демонстрировала, заструилась от неё, хлестнула по ночному воздуху, послав заряд по ветру.

Когда ветер стих, и свечение розового дерева погасло, я лишился дыхания.

Не один монстр, а целых три появились из царства тварей и прильнули к своей хозяйке.

Лина усмехнулась.

— Ты сам сказал, никаких других правил.

Две змеи с драконьими головами и усами, тянущимися вдоль чешуйчатых тел, скользили в воздухе вокруг неё, постоянно двигаясь, постоянно оценивая. Первая из них — ярко-голубого цвета, — зарычала, обнажив тяжёлые клыки в адрес Калема. Другая, белая как свежий снег, просто наблюдала: острые серые глаза нацелились на объект.

— Убийцы тоже дерутся нечестно, — он исчез, оставив лишь пустое место там, где был раньше.

Змеи склонили головы, широко раздувая ноздри в попытках уловить его запах. Третий зверь оставался неподвижным. Он был размером с ребёнка и сидел у её ног, скрестив ноги, шесть рук с человеческими ладонями широко раскинулись вокруг его тела, две ладони обращены к небу, две в стороны и параллельны земле, а последние две плотно прижаты к земле. Похожая на корову голова повернулась в нашу сторону, уши напряглись, а белые глаза уставились на нас.

Тени, естественно, начали сгущаться вокруг моих ног. Безопасность в темноте.

Озиас провёл рукой по коротко остриженным волосам.

— Возможно, у Лины и есть численное превосходство, но Калем не любит проигрывать. Никогда.

Калем полз сквозь темноту, видимый только нам. Её змеи шипели и стонали, им не удавалось обнаружить его. Лина лишь улыбалась, время от времени подбадривая их тихим шёпотом. Кост присел на корточки, напрягая мышцы, и ждал, когда я отдам команду — только я не знал, будет ли он целиться в Калема или Лину.

Калем двинулся до того, как я успел подумать. Выскочив из тени, он понёсся к ней с непревзойдённой быстротой, точно нацелившись на её незащищенную шею. Мир замедлился, когда я вспомнил, как багровые синяки сразу же набухли на её коже, когда я держал её подвешенной над землей.

Руки Калема рассекли воздух, как вдруг ожил невидимый пузырьковый щит. Он врезался в него, отскочил рикошетом и приземлился на землю в нескольких метрах от Лины. Один из глаз коровообразной твари закрылся.

— Кинана, сейчас, — сказала Лина.