Чтение онлайн

1. Идеалы и принципы, заново сформулированные в предыдущих главах, были разработаны в обществе, которое отличалось от нашего в важных аспектах. Это было общество, в котором значительная часть людей, в том числе большинство тех, кто влиял на формирование мнения, были независимы в той деятельности, которая обеспечивала им средства к существованию [199] . Насколько принципы, действовавшие в таком обществе, по-прежнему применимы сегодня, когда большинство из нас работает по найму в крупных организациях, когда мы используем не принадлежащие нам ресурсы и чаще всего выполняем чьи-то распоряжения? В частности, если независимые люди сегодня образуют гораздо меньшую по размерам и влиянию часть общества, то не является ли их вклад по этой причине менее значимым или же они до сих пор жизненно важны для благополучия любого свободного общества?

Прежде чем обратиться к главной теме, мы должны избавиться от мифа о росте класса наемных работников, который распространился достаточно широко, чтобы сбивать с толку общественное мнение, хотя в самой грубой форме исповедовался только марксистами. Это миф о том, что появление не имеющего собственности пролетариата – результат процесса экспроприации, в ходе которого массы оказались лишены собственности, прежде позволявшей им зарабатывать на жизнь, ни от кого не завися. Факты рассказывают совершенно иную историю. До появления современного капитализма для большинства людей возможность завести семью и детей зависела от наследования дома, земли и необходимых орудий производства. Те, кто не унаследовал от родителей землю и орудия, впоследствии смогли выжить и умножиться благодаря тому, что у богатых появилась реальная и прибыльная возможность использовать свой капитал так, чтобы предоставить занятость очень многим. Если «капитализм создал пролетариат», то лишь в том смысле, что позволил множеству людей выжить и произвести потомство. Конечно, сегодня в западном мире в результате этого процесса растет не численность пролетариата в старом смысле слова, а численность большинства занятых по найму, которые во многих отношениях чужды, а часто и враждебны многому из того, что образует движущую силу свободного общества.

Рост населения в последние два столетия был обеспечен преимущественно наемными работниками, городскими и промышленными. Хотя технологические изменения, которые благоприятствовали крупным предприятиям и помогли создать новый большой класс конторских работников, несомненно, способствовали увеличению доли работающего по найму населения, не исключено, что росту крупных организаций в свою очередь содействовало повышение числа не имеющих собственности и предлагающих свои услуги людей.

Политическое значение этой тенденции усиливалось тем, что в то самое время, когда особенно быстро увеличивалось число зависимых и не имеющих собственности, им было предоставлено право голоса, которого прежде большинство из них не имело. В результате, вероятно, во всех странах Запада представления подавляющего большинства избирателей стали определяться тем, что они – наемные работники. Поскольку теперь именно их мнение стало в значительной степени направлять политику, принимались меры, которые сделали положение наемных работников более, а положение независимых людей – менее привлекательным. То, что наемные работники используют свое политическое влияние таким образом, совершенно естественно. Проблема заключается в том, отвечает ли их долгосрочным интересам последовательное превращение общества в одну огромную иерархию наемного труда. Это вполне вероятный результат, если только наемные работники не осознают, что в их собственных интересах обеспечить сохранение достаточного числа независимых. Потому что если этого не произойдет, мы все обнаружим, что наша свобода пострадала, и они сами столкнутся с тем, что при отсутствии большого числа работодателей, из которых можно выбирать, их положение окажется не столь хорошим, как было когда-то.

2. Проблема в том, что многие проявления свободы не представляют особого интереса для наемных работников и часто им бывает нелегко понять, что их свобода зависит от способности других принимать решения, непосредственно не затрагивающие их образ жизни. Поскольку они могут жить и живут, не принимая подобных решений, им и непонятно, зачем это может понадобиться, и они почти не придают значения возможностям для осуществления действий, с которыми в жизни просто не сталкиваются. Они считают ненужными многие проявления свободы, столь важные для независимого человека, который без этого не сможет выполнять свои функции, а их представления о заслугах и соответствующем вознаграждении совершенно не такие, как у него. Поэтому сегодня свободе угрожает серьезная опасность из-за склонности работающего по найму большинства навязывать остальным свои критерии и взгляды на жизнь. Самым трудным делом может стать попытка убедить массы наемных работников в том, что, заботясь об интересах всего общества, а потому и о своих собственных долгосрочных интересах, они должны сохранить условия, позволяющие немногим достичь положения, которое им самим кажется недостижимым или не стоящим сил и труда.

Если определенные проявления свободы имеют мало отношения к жизни наемных работников, это не означает, что последние несвободны. Любое решение человека, касающееся его образа жизни или добывания средств к существованию, означает, что в результате этого выбора он будет не очень заинтересован делать некоторые вещи. Подавляющее большинство людей выбирают работу по найму, потому что она открывает им больше возможностей вести образ жизни, который им нравится, по сравнению с любым независимым положением. Даже для тех, кто не особенно стремится к относительной защищенности и отсутствию риска и ответственности, то есть к тому, что обеспечивает работа по найму, решающим фактором часто оказывается не то, что независимость недостижима, а то, что работа по найму открывает перспективу деятельности, приносящей больше удовлетворения и дохода, чем, скажем, деятельность независимого торговца.

Свобода не означает, что мы можем иметь все, что пожелаем. При выборе жизненного пути нам всегда приходится выбирать между сложными комбинациями преимуществ и недостатков, а когда этот выбор сделан, мы должны быть готовы мириться с определенными неудобствами ради чистого выигрыша. Если кому-то нравится регулярный доход, который он получает за свой труд, то он должен посвятить свое рабочее время выполнению тех задач, которые ставят перед ним другие. Для работающего по найму условием достижения его целей является выполнение получаемых распоряжений. Порой это может вызывать досаду, но в нормальных условиях нельзя сказать, что он несвободен, то есть испытывает принуждение. В самом деле, риск лишений, создаваемый перспективой отказа от работы, может быть столь велик, что человек будет держаться даже за ненавистную работу. Но то же самое может быть сказано и о любом виде деятельности, которому посвятил себя человек, – и уж точно о многих видах независимого образа жизни.

Крайне важно то, что в конкурентном обществе работающий по найму не находится во власти конкретного работодателя, разве что в периоды массовой безработицы. Закон благоразумно не признает действительными трудовые договоры о бессрочной продаже человеческого труда, исключающие право на увольнение, и в общем случае не принуждает работника к исполнению контракта, предусматривающего достижение им конкретных результатов. Никого нельзя принудить продолжать работу под руководством конкретного начальника, даже если это предусмотрено заключенным контрактом, а в нормально функционирующем конкурентном обществе всегда возможна временная занятость, даже если, как это часто бывает, она хуже оплачивается [200] .

То, что свобода наемного работника зависит от наличия множества разных работодателей, станет понятно, если мы рассмотрим ситуацию, которая сложится, если будет существовать единственный работодатель – а именно государство – и единственным дозволенным источником средств к существованию будет работа по найму. А последовательное применение социалистических принципов, как бы их ни маскировали делегированием права осуществления найма номинально независимым публичным корпорациям и тому подобным организациям, обязательно ведет к тому, что остается только один работодатель. Независимо от того, будет ли этот работодатель действовать прямо или косвенно, он очевидно будет обладать неограниченной властью принуждения по отношению к индивиду.

3. Таким образом, свобода наемных работников зависит от существования группы людей, которые занимают другое положение в обществе. Однако в условиях демократии, в которой работающие по найму составляют большинство, именно от их представлений о жизни зависит, сможет ли такая группа существовать и выполнять свои функции. Доминирующими будут идеи подавляющего большинства – эти люди включены в иерархические организации и по большей части не знают, какого рода проблемы и точки зрения определяют отношения между отдельными структурами, в которых они работают. Критерии, вырабатываемые большинством, позволяют его представителям быть эффективными членами общества, но не применимы ко всему обществу, если оно должно оставаться свободным.

Интересы и ценности наемных работников неизбежно будут несколько отличаться от тех, которые характерны для людей, принимающих на себя риск и ответственность, связанные с организацией использования ресурсов. Человек, работающий под руководством других и получающий постоянное жалованье, или заработную плату, может быть столь же сознательным, усердным и разумным, как и тот, кто должен постоянно выбирать из разных вариантов, но вряд ли он будет столь же изобретателен или склонен к экспериментированию, поскольку в его работе возможности для выбора более ограничены [201] . Обычно от него не ждут никаких действий, которые не были бы предписанными или рутинными. Он не может выйти за пределы порученной задачи, даже если способен на большее. Порученная задача – это всегда по необходимости ограниченная задача, привязанная к данной сфере деятельности и основанная на установившемся разделении труда.