Чтение онлайн

Аврора ничего не знала о бабушке Яшме, но явно что-то фиксировала у себя в голове. Когда Кейнор замолчал, она наконец произнесла:

— Отлично. Я бы предпочла перейти от обсуждения древних легенд к более конкретным вещам. Например, что именно Тысяча Братьев хочет от землян?

Кейнор положил ладони на стол. От кончиков его пальцев пополз иней — тонкий, узорчатый; он расходился от одной точки и складывался в… карту? Малая сфера, рассеченная чертой, будто закрытый глаз, а внутри — вторая, огромная, и по её изнанке текли реки и моря, вставали горы.

— Единство и Вечность, — нараспев произнес Ледяной Кузнец — Мир, в который вы явились. Две сферы, некогда разделенные Расколом. Война, в которой Вечность уже победила Единство. Все новые войны — продолжение той, старой, давно проигранной. Единство платит дань Звездной Кровью и душами. Искуснейший дал немало, но с каждым циклом Единство становится все беднее.

— А суть Восхождения искажена, ибо мало кто может взойти даже на золотую ступень, — добавил Пламени Подобный. — Не говоря уже о тех, что выше. Вечности не нужны сильные соперники…

— Люди Земли, лед видит: наши силы несоизмеримы. Война с Вечностью уже проиграна, — закончил Кейнор, и инеистые линии, похожие на цепи, протянулись от Небесного Трона к поверхности дайсон-сферы. — В ней невозможно было и будет победить. Тысяча поняла это поздно.

Винсент Кассиди нахмурился:

— Тогда какого черта нам вообще обсуждать?

— Победа Вечности — не конец мира. Это положение в сферах после проигранной партии, — продолжил Кейнор. — Усмешка Незримого в том, что Вечность утратила Исток и потому сама вынуждена начать новую игру. В ней расставляют фигуры, определяют правила и делают ходы те, кто управляет Небесным Троном. Вы и ваш ковчег — камень хаоса, что брошен в сферы для начала новой игры. Но, лед видит, в пределах этой игры все мы — лишь фигуры, чьи ходы предопределены. Фигуры, исполняющие их волю.

— Когда вы говорите «игра», «сферы»… это метафора? — спросила Аврора. — Или речь о реальном рунном механизме? О пузырях экстрамерных реальностей? О моделировании причинности? О принципах управления вероятностями?

— Да, — ответил Кейнор.

— На какой именно вопрос — да?

— На все, Истинная, — отстраненно улыбнулся Ледяной Кузнец. — Сферы Искуснейшего — не просто игра. Единый не творил игрушек. В сферах скрыто устройство мира и власти над ним. Тот, кто понимает сферы, понимает, как великие игроки смотрят на Единство.

— Вы хотите сказать, что Вечность манипулирует нами?

— Лед видит, — кивнул Кейнор. — Вами. Нами. Народами Кругов. Душами в Храмах. Живыми у Древ. Всеми, кто считает себя свободными. А с помощью Руны Хронос они исправляют те ходы, что ведут к их поражению. Так они победили Единство. Так они победили Тысячу. Так они начали эту игру — и, лед слышит, быть может, мы с вами говорим не в первый раз.

Это немного не укладывалось в ту картину, что рисовал для меня Хитрейший, и потому я решил вмешаться:

— Но ведь каждый бросок Руны Хронос требует неимоверного количества Звездной Крови. Хитрейший сказал, что Хранители были вынуждены объединиться, чтобы переместить ковчег в Единство. И что у них нет больше Крови, чтобы переиграть все заново. Получается, эта партия — последняя.

— Лед слышит, — покровительственно улыбнулся Кейнор. — Да, чем большее расстояние нужно преодолеть по Реке Времени, тем больше требуется Крови. Это правда, но смешанная с ложью, ибо Хитрейший получил свое имя не просто так. Как ты думаешь, Истинный, зачем ему признаваться тебе в своей слабости и раскрывать тайну владык Небесного Трона? Хитрейший часто дает надежду в долг, но платить за нее приходится истиной. Нет, лед видит, мы не можем рассчитывать на то, что их Кровь иссякла.

— Мошенники, — пробормотал Минос. — Но тогда получается, что победить их невозможно…

— Лед видит. В этой сфере, в пределах этой игры победить их невозможно, — ответил Кейнор. — Наша надежда заключается в другом.

— Можно я скажу кое-что? Может, мы вообще обойдемся без войны? Хранители предлагают нечто вроде сделки. Как я понял, у них есть свои коалиции, которые играют друг против друга, — заговорил я снова. — Одни хотят решить все силой, другие готовы договариваться. Посланник и Хитрейший сказали, цитирую дословно…

И я повторил слова, что слышал в Храме Вечности. Их сказал Посланник, обращаясь именно к тем, кто сидел сейчас за этим столом. Это действительно было предложение сделки — вот только ее смысл стал понятен лишь совсем недавно.

Четверо из семи пали, одна пропала, один стал временем, а еще один забыт. Но Твари Извне близки, и потому змея укусила свой хвост. Единству нужны защитники, а Вечности нужен Исток. Так уже было, и так еще будет. И если разделенная соединится, значит, такова цена.

— И что это значит? — проронила Аврора.

— Я растолкую, Истинная, — от тонких пальцев Кейнора вновь побежал инеистый рисунок, — Тот-Кто-Сражается пал. Лед видит, это означает, что Единство обречено пасть перед Тварями Извне. А без Единства обречена и Вечность. Потому призваны вы — чтобы создать новый Исток и стать новым поколение Истинных — и освобождены из оков мы — дабы занять место Защитника. Часть Хранителей готова пойти на это, ибо у них нет другого выбора. Таков их план.

— Значит, они уже видят Исток как предмет переговоров?

— Исток — это то, ради чего начата эта партия. Сила, что не имеет ранга. Лед видит, они готовы заплатить за нее чем угодно, — с губ Кейнора не сходила нехорошая улыбка. — Но это ловушка.

— Сильный не платит слабому, — глухо сказал Винсент Кассиди, складывая руки на груди. — Если отдать им Исток, затем они возьмут все.

— Ты понимаешь это лучше многих, рикс, — подтвердил Пламени Подобный. — Получив Исток, Хранители обретут бесконечную власть и бесконечную силу. Они перепишут правила и отвергнут любые Клятвы. Зачем им отказываться от бесконечного потока душ и давать Единству вырастить тех, кто неизбежно бросит им вызов? Нет, с Истоком они мгновенно уничтожат всех, кто представляет опасность, а на шею остальных накинут золотой поводок. Так устроена Вечность. Так уже было…

— Но если они предлагают такую сделку — значит, не уверены, что могут забрать Исток силой, — проронила Аврора. — Иначе к чему им вообще с нами говорить?

— Исток еще не рожден, Истинная. Никто не знает, что станет его сосудом, ключом или творцом. Фигуры Тысячи могут выскользнуть из пальцев, а фигуры предтеч — оказаться не тем, что они ожидают. Среди Хранителей нет согласия. Они страшатся — вас, друг друга, будущего. Лед видит, пока эта игра идет — у нас есть шанс.

— Так в чем же он заключается?