Чтение онлайн

Было ли это влиянием печати, защищающей себя ото всех «факторов риска», или во время обучения мне просто и так было, чем заняться — не суть важно.

Результат этого эксперимента пары не в меру инициативных капелланов всё равно одинаков: я, фактически, рос, ничего не зная о своей настоящей семье. И искренне верил в то, что родные с радостью продали меня в Орден в один из голодных годов — так на расспросы о семье мне отвечали наставники, и я им верил.

«Благо, я хотя бы не проклинал тех, кто отдал меня в орден, как некоторые. Иначе было бы совсем неприятно…» — подумал я, пересыпая толчёные травы в очередной мешочек, уже седьмой по счёту за сегодня.

Работал я медленно, но и тело моё находилось очень далеко от пика своих возможностей. Раны сами по себе беспокоили не слишком сильно, но вот общее истощение не позволяло даже заикаться о том, чтобы вести нормальную жизнь.

Поэтому я в какой-то момент решил помогать Шору с его повседневными обязанностями, заключающимися, в основном, в подготовке расходников.

Повязки, травы, мази — всё то, что было необходимо для заботы о раненых.

А их в племени оказалось в достатке, потому что вопреки идущей войне, о масштабах которой я уже был наслышан, выжившие варвары из самых разных племён стекались сюда, под широкую длань вождя Ан-Нойда. Уж не знаю, каким образом им удавалось оставаться незамеченными, оставаясь на одном месте, но против фактов пойти было невозможно: племя росло, пусть приток этот и обеспечивался в основном женщинами, детьми и ранеными.

— Тогда это очень странно. — Шор задумался. Ненадолго, впрочем. — А вас в обители совсем не учили почитать духов?

Я хмыкнул:

— Нет. Нам рассказывали о том, что племена людей, некогда отколовшихся от Империи, через «духов» взаимодействуют с Потоком, но наша магическая доктрина подразумевает совсем другой подход. — Ещё один мешочек, полный трав, лёг в кучку других таких же. В руках уже осела приятная тяжесть, а дышать стало чуточку сложнее. Я приближался к своему нынешнему пределу. — Капелланы и маги полагаются на выверенные цепочки действий, контроль и предсказуемость магии. Опыт наших предков показал, что все остальные способы намного опаснее, и поэтому от них было решено отказаться…

Я замолчал, когда хлопнули тяжёлые полы шатра, и внутрь, отряхиваясь от снега, зашла Изида. За ней следом, недовольно сопя, ступил Нериад, пристально оглядевший всё ничуть не изменившееся убранство моего нынешнего пристанища, откуда меня выпускали лишь под сопровождением, и только для справления естественных надобностей и мытья.

С последним тут было особенно грустно, потому как у варваров само понятие гигиены находилось на совсем другом уровне, учитывающем реалии их кочевой жизни в вечно холодных пустошах.

— Общаетесь, мальчишки? — Изида окинула нас весёлым взглядом своих глаз, глубоко утопленных в старческой коже. — Как самочувствие Дар’рик?

— Всё лучше, Изида. — Я поднялся на ноги, отложив ступку и пест. Столов тут по понятным причинам не было, так что работали почти всегда сидя. — Шаман Нериад…

— Уже семь десятков зим Нериад. — Проворчал тот, скинув со спины прочную холщовую сумку. За считанные секунды оттуда была ловко извлечена пара небольших сосудов, наполненных всё той же мазью, воздействие которой так меня заинтересовало ранее. — На лежанку, имперец. И в последующие пару часов после нанесения мази не вставать. Сегодня это особенно важно…

— Из-за полнолуния? — Я вернулся на лежанку, устроившись в окружении черепов, которые уже не воспринимались как что-то из ряда вон.

Они стали просто очередным элементом интерьера, функциональность которых была для меня настолько же ясна, насколько и сокрыта.

Пристанища для духов Её — Смерти, аспекта, который, со слов варваров, помог мне победить и выжить.

«А за всякую помощь положено платить. Вот только это чертовски сложно сделать, находясь при смерти и более того — даже не зная о том, что тебе кто-то помог…» — подумал я, повернув голову так, чтобы видеть Нериада, Изиду и Шора.

— Очевидно, имперец. — Шаман откупорил первый сосуд, двумя пальцами зачерпнув мазь, служащую проводником для духов одного из самых жутких аспектов магии. — Сегодня духи близки к нам как никогда. Для тебя это значит, что к ночи они начнут с удвоенным рвением требовать своё. Ты окреп, имперец, но это не сказалось на связи души и тела. Поэтому тебе нужно помочь…

Я вздрогнул, когда Нериад начал наносить холодную мазь.

— Я давно хотел спросить. Её Духи ведь не могли прийти ко мне на помощь просто так, верно? И обычного человека, никак со Смертью не связанного, этот аспект магии может легко убить… — Я говорил осторожно, выверяя каждое слово так, чтобы не оскорбить и не спровоцировать шамана — одарённого, смотрящего на Поток и магию совсем иначе, чем учили меня. — Я чувствую, как Её духи воздействуют на моё тело. Но мне не ясны последствия. В Ордене магия представлена цельной, разделённой только на пути, а не аспекты…

— Не продолжай. Все мы знаем о том, насколько ограничена ваша магия, имперец. Хоть и надёжна… — Шаман скрипнул пальцами о глину банки, выгребая остатки. — Ты прав в том, что Её духи не приходят просто так. Нужна предрасположенность, и предрасположенность сильная, коей ты обладаешь с рождения. Иначе Её духи не помогли бы духу устоять в битве, а телу — продержаться достаточно долго.

Старик закашлялся, отвернувшись. Он и сам сильно болел уже не первую неделю, но не отдыхал, занимаясь бесконечным потоком раненых варваров, стягивающихся сюда, как говорил Шор, «со всей пустоши».

— Но ты задаёшь правильные вопросы, имперец. Её духи действительно оставляют следы, которых подобные тебе порой боятся больше смерти. Впрочем… — Он откупорил вторую банку. — … тебе нечего бояться. Загрязнить своё тело и душу можно или злонамеренной магией, или же чужой. Всё остальное растворится со временем, были бы силы. Ну а тебе силы не занимать, и Её аспект покинет тело за считанные недели, коли ты захочешь того.

— Это обнадёживает. — Я облегчённо выдохнул. — Но что насчёт предотвращения рецидива в будущем? Кхм… я имею в виду, что…

— Я прекрасно тебя понял, имперец. — Шаман громко фыркнул. — Изида научит тебя тому, как угождать духам. Но не надейся поставить их себе на службу, мальчишка. Этому учатся не за месяцы, а за годы. И самоучки долго не живут. Понял?

— Понял. — Я коротко кивнул. — И… благодарю.

— Тебе известно наше требование. Лучшей благодарностью станет, если ты не будешь с этим тянуть. Воины должны быть решительными… — Шаман нанёс на моё тело последнюю линию, завершив контур.

Мгновенно нахлынувшее ощущение жара и холода, смешивающихся воедино, отличалось от того, что было прежде. Присутствие чего-то чужеродного, пытающегося пробиться через эту окутывающую кожу пелену, было на целый порядок более явным, а намерения духов аспекта Смерти не отличались доброжелательностью.

Но слова Нериада не позволяли полностью сконцентрироваться на этом ощущении, требуя ответа.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь отделить физический дискомфорт от нависшей надо мной необходимости наконец согласиться и дать спасшим меня людям то, о чём они просят.

— Я помню об этом. И не могу отказать. — Мой голос прозвучал тише, чем мне бы хотелось. — Но я должен знать не только о том, что именно от меня требуется. Вы ведь говорите о ребёнке. Но кто будет матерью? Будет ли у неё выбор? И что будет с самим ребёнком после того, как я уйду?..