Чтение онлайн

Нина.
– Толя сплюнь!

Тарасов.
– Не могу. Имею диплом о высшем образовании.

Экст. В кабине пилотов открывается иллюминатор. Оттуда высовывается голова летчика.

Летчик.
– Цедековцы все?

Тарасов глазами ищет администратора .

Тарасов.
– Артурыч все?

Артурыч.
– Все.

Летчик.
– Заходь по одному. По полику не стучите. Провалитесь.

Юрий.
– Да уж. Небесый тихоход.

Тарасов.
– Давай, Нин.

Нина пытается обнять его за шею.

Тарасов.
– Люди кругом. Давай, Юрка. Жду тебя в Свердловске.

Юрий.
– Через неделю будем.

Тарасов.
– Поговорить нам с тобой надо. Слушай, а ты ведь взрослый совсем. Как так?

Юрий.
– Не знаю. Само собой как-то получилось.

Тарасов.
– А я не заметил.

Юрий.- Бывает.

Тарасов смотрит на брата. Жмет ему руку.

Экст. Тарасов торчит из самолета.

Тарасов.
– Юрка. В Свердловске...

Шум моторов заглушает последние слова. Тарасов шутливо грозит брату.

Дуглас.

Инт. Тесный салон Дугласа. Между рядами протискивается миловидная стюардесса с подносом. Юрий сидит у иллюминатора. Рядом Зигмунд Зденек.

Зденек.
– Леночка. Кис-кис еще остался?

Стюардесса.
– Пожалуйста.

Зденек.
– Спасибо.

Берет горсть ирисок с подноса.

Зденек.
– За вас стоя.

Опрокидывает все ириски в рот. Стюардесса смеется и идет дальше.

Зденек ( с набитым ртом) - Вот это паненка. Смак смаковски. А?

Юрий.
– Жаль, Бобер на самолет опоздал. Он бы ей занялся.

Зденек.
– А ты чего?

Юрий.
– А ты?

Зденек.
– Не поверишь. Почему то, жена категорически не разрешает.

Юрий.
– А мне брат. Такая история. Вот Трактор челябинский одолеем. Теперь нет. Заругает. Он у меня знаешь какой.

Зденек.
– Кто ж твоего Тарасова не знает.

Юрий.
– Вот и я говорю. Брат у меня... Только ему не болтай, что я его хвалил. Нос до неба задерет.

Зденек.
– Это он может.

Инт. Кабина Дугласа.

1-й пилот.
– Что там с правым движком?

2-ой.- Барахлит, зараза.

1-й.- До Свердловска сколько?

2-ой.
– 10 минут. Идем по графику.

1-ый.
– Дотянем?

2-ой.
– Обижаешь, товарищ майор.

Инт. Тарасов спускается по крутым ступенькам в длинный подвал. Внизу огромный медвежьего вида санитар.

Тарасов.
– С самолета, который разбился. У вас лежат?

Санитар.
– На опознание? Здесь, здесь. Все одиннадцать, летчики еще и стюардесса. Ты заходи. Ноги только вытирай.

Тарасов вытирает ноги о тряпку, лежащую у ступенек. Идет вслед за санитаром, мимо каталок, накрытых простынями.

Санитар.
– Тебе который?

Тарасов.
– Тарасов.

Санитар.
– Кажись седьмой. Вот голова... Старость не радость.

Достает блокнот. Сверяется с записями.

Санитар.
– Седьмой... Ты не из пужливых? Гляди, я тебе справа открою, где лицо еще ничего себе так.

Тарасов напряженно вглядывается. Лицо бледнеет.

Санитар.
– Твой?

Тарасов.
– Мой.

Тарасов идет к выходу. Оглядывается.

Тарасов.
– Ты не прав, старик. Про старость.

Санитар.
– Куда там, когда не помнишь ничего.

Тарасов.
– Разве это главное? Разве это.

Дали лед.

Инт. Кабинет Тарасова. Тарасов говорит по телефону.

Тарасов.
– Понимаю я, что это каток для фигуристов, но вы меня тоже поймите.

Входит Сологубов. За ним Трегубов.

Инт. Заметив Сологубова, Тарасов прикрывает трубку рукой.

Тарасов.
– Тебе чего, Сологубов?

Сологубов.
– Ваньку привел. Трегубов. Земляк мой. Из Сибири.

Тарасов.
– Садитесь. (в трубку) Я на все согласен... Мы без льда совсем не можем. В любое время. Отлично. С сегодняшнего дня.

Кладет трубку.

Тарасов.
– Уф. Будет лед. С 2 до 6. Каждый день. Кроме воскресенья.

Сологубов.
– Здорово.

Тарасов.
– Не то слово. Ребятам скажи, чтобы сегодня по домам не расходились после тренировки. К полуночи машина будет. Вместе поедем.

Сологубо.
– Ты же сказал с 2 до 6.

Тарасов.
– Ночи. Ночи, Полкаш. Скажи спасибо, что вообще дали. Нам каждый день то есть ночь дорога. Здравствуй, Трегубов Ваня. Полкаш говорит ты в русском хоккее замечательный защитник?

Трегубов.
– Есть немного. А это что такое?