Чтение онлайн

А тот едва не задыхался от столкновения противоречивых ощущений. В сердце полыхала настоящая буря. А ледяная аура призрака причиняла уже на такую сильную боль, словно чуть угаснув под натиском крепких объятий и долгих поцелуев.

Корунд чуть отстранился, но замер совсем рядом с лицом Теи, отмечая явные перемены в ней. Теперь она больше напоминала себя прежнюю. И это ставило в тупик. Прежняя супруга Юстиэля давно бы залепила пощёчину и оттолкнула. Но тут была совсем иная реакция, как будто прошлая жизнь осталась где-то далеко, за стенами проклятого замка.

— У тебя очень бледное лицо… — негромко произнесла Алетейя, нарушая повисшее молчание. Тишина треснула и осыпалась ворохом осколков, — И круги под глазами.

Девушка облизала покрасневшие губы и провела пальцем по щеке асмодианина.

— Наверное, тебе лучше уйти…

— Страшный стал? — ухмыльнулся асмодианин, а огонь в глазах вторил этой эмоции, вспыхнув оранжевыми язычками. С губ сорвалось облачко… холодного пара. Рыжий чувствовал, что сердце стало биться медленнее, а жар, горевший внутри минутой ранее, с каждой секундой становился слабее. Прикосновения элийки-призрака теперь слегка покалывали, практически не причиняя боли. Ему показалось, что палец девушки был тёплым.

— Я хочу… большего, — прямо заявил Корунд. Его голос хоть и звучал уверенно, но стал довольно тихим, почти шёпотом.

— Нет, почему, — недоуменно пробормотала девушка, — Ты красивый. Только ещё немного и попадешь под действие проклятия. Я же говорила, что живым здесь не место.

Алетейя с грустью посмотрела на Корунда, опуская руку и более не прикасаясь к нему.

— Чего ты хочешь? — глядя на него, произнесла Тея, — Чего ты хочешь на самом деле, Корунд?

Она всегда называла его по имени. Его прошлое прозвище осталось за пеленой забытья.

— Я хочу чувствовать что-то, кроме ненависти, — признался асмодианин и сам взял Тею за руку, прильнув щекой к её ладони. Он шумно вздохнул и закрыл глаза. Веки подрагивали от десятка тонких ледяных игл, впившихся в кожу и проникавших глубже в живую плоть.

— А с тобой это возможно, — продолжил убийца и распахнул глаза, подавшись вперед, отклоняя элийку на ветхую кровать, на которой сидела парочка.

Спина коснулась видавшей гораздо лучшие времена постели. Несмотря на старость, матрас тихо спружинил, удерживая на себе странную парочку из даэва и обретшего плоть призрака.

— Ты когда-нибудь пожалеешь об этом, — на грани слышимости произнесла Алетейя, неясно что имея в виду. Но она не сопротивлялась, а значит была не против подобного развития событий. В тёмно-синих глазах вновь застыла Бездна.

Угроза-предостережение скользнула мимо внимания асмодианина. Он устроился на боку рядом с элийкой, совсем рядом с ней. Теперь от девушки исходило тепло, пусть и едва уловимое, не такое, как бывало у живых любовниц. Пальцы принялись изучать платье Теи, осторожно подцепляя тонкие тесёмки и застёжки-невидимки. Ткань до сих пор казалась прохладной и будто таяла от прикосновений живой руки.

Корунд заглянул в глаза призраку и с трудом подавил желание сделать глубокий вдох. Фиолетовая тьма затягивала и приковывала к себе. Убийца оставил в покое платье девушки, чтобы ослабить ворот своего доспеха. Застёжки и первый шнурок покорно поддались руке владельца.

Алетейя протянула руку и принялась медленно помогать убийце расстегивать доспех. Девушка действовала, повинуясь инстинктам и какому-то смутному ощущению, будто бы она знает, что делать. Отрывисто вздохнув, Тея потянула завязки его дублета, обнажая серую кожу.

— Ты такой…другой, — задумчиво прошептала она.

Элийка определённо была странной. И говорила странные вещи. «Но ведь призраки и должны быть такими, разве нет?» — подумал Корунд, пока окончательно снимал с себя и перчатки, и дублет. Почему-то идея раздеться в логове монстров его нисколько не пугала. А напротив, смутное до этого желание постепенно оформлялось во вполне реальное возбуждение.

«Ненормальный», — хмыкнул здравый смысл, когда Рыжий снова подвинулся поближе к Тее.

— Так ведь даже интереснее, — слегка хрипло пробормотал убийца и коснулся губами белоснежной линии ключицы, видневшейся сквозь разрез декольте. Ощущение было странным — как будто целовал живой снег. Обжигающе-ледяной, тянущий тепло, но одновременно дышащий и реагирующий на всё.

По мере прикосновений и поцелуев температура девушки потихоньку повышалась. До нормальной было далеко, но её кожа больше не была такой холодной. Платье чуть сползло с плечей ниже, обнажая белую грудь с нежно-розовыми сосками. Тея выглядела восхитительно невинно и при этом соблазнительно.

Открывшаяся картинка подвигла Рыжего действовать активнее.

— Какая ты красивая, — не кривя душой, выдохнул он и снова склонился к груди девушки, теперь опустившись ниже ключицы. Губы поймали один из сосков и мягко втянули его. При этом рука асмодианина стала пробираться под ворох невесомой ткани, из которой состояла пышная юбка роскошного платья элийки. Тратить драгоценное время на раздевание целиком Корунд не хотел. Чутьё подсказывало, что на фоне происходящего долго сохранять здравый рассудок он не сможет.

Алетейя судорожно вздохнула. Ощущения ей определенно нравились, пусть она и не совсем осознавала, почему. Холодные пальцы зарылись в волосы Корунда, легонько перебирая пряди. Вторая рука опустилась на постель, касаясь ветхого покрывала. Словно смутившись, нежить вновь спряталась, оставив даэвов в одиночестве.

Всё это было балаурски неправильным. А оттого — ещё более желанным. Вздохи, прикосновения, холодящий кожу ветерок и щекочущее нервы ощущение игры со смертью.

Спустя несколько минут ласки и поцелуи из осторожных и исследующих обратились в более страстные. Рыжий справился со слоями пышной юбки и подцепил невесомое кружево призрачного белья. С одной стороны, было интересно, возможно ли когтями порвать эту вещицу, а вот с другой… злить Тею не хотелось, учитывая, на какие жестокие расправы была способна бывшая даэва.

Алетейя легонько сжала простынь, откидывая голову и разглядывая ветхий балдахин. Прозрачная ткань была дырявой, словно её побила моль, а с каркаса клочьями свисала паутина. Совершенно внезапно девушка будто отрешилась от процесса, уйдя в собственные мысли, хотя её вторая рука продолжала медленно поглаживать Корунда по волосам. Тея позволяла ему творить, что вздумается, но было неизвестно, в какой момент призрак может решить, что черту уже преступили.

Асмодианин не обратил внимания на потерянный с её стороны интерес к процессу. Теперь Рыжим двигали иные чувства. Смешанная с похотью жажда мести растянула его губы в подобии улыбки. Даже если Юстиэль и вытащит девушку отсюда, супругов будет ждать неприятная беседа.

Убийца отбросил в сторону бельё Теи, которое умудрился снять с неё, не оцарапав когтями и не порвав. Но прежде чем расстегнуть свою ширинку, он поднялся от её груди к лицу и заглянул в глаза. От это фиолетовой бездны вдоль гривы снова побежали мурашки. Адреналин взбудоражил кровь, придав сил внутренней пламенной стихии. Глаза Корунда вспыхнули оранжевым, и он вовлёк Тею в новый поцелуй.

Девушка почему-то усмехнулась, увлеченная своими мыслями и легонько прикусила асмодианина за нижнюю губу. Вместе с этим что-то изменилось. Теперь её прикосновения не вызывали никаких неприятных ощущений, но Тея словно тянула из Корунда душу. Или эфир. Убица мог ощутить, как по капле уходят силы, заполняясь леденящим холодом и странной тянущей пустотой.