Чтение онлайн

Эта фраза приводится в начале трактата "Источник знания", который делится на три главные части: "Диалектика": рассуждения о философских терминах и концепциях, особенно тех, что были использованы в формулировке доктрины о Троице и личности Иисуса Христа. "Книга о ересях": краткое изложение 103 ересей, труд, основывающийся в значительной степени на ранних работах Епифания (умер в 403 г.) и *Феодорита. "Точное изложение православной веры": систематическое изложение учения греческих отцов, состоящее из 100 глав (позже разделенных на четыре книги). В этом труде особое внимание уделяется доктринам о Троице и личности Иисуса Христа. Говоря о Троице, он излагает учение *каппадокий-ских отцов, дополняя его важным трудом седьмого века "О Святой Троице", ложно приписываемого Кириллу. Говоря о личности Иисуса Христа, он излагает учение *Халкидонского собора, дополняя его учением Максима Исповедника. Итак, потому что Христовых естеств - два, мы говорим и о двух Его естественных волях, и естественных энергиях. А так как две Его природы имеют одну ипостась, то считаем, что это Одна и Та же Самая личность, Которая естественным образом проявляет и волю, и энергию в обеих природах... но не раздельно, а в полном единстве. "Точное изложение православной веры" 3:14

Подобные аргументы в определенной степени помогают понять Иисуса Христа и исключить неправильные представления о Нем. Однако существует опасность, что такой подход к обсуждению личности Христа будет проходить в отрыве от Евангелий, станет отвлеченным и, следовательно, приведет к выводам, несоответствующим реальности. Действительно, выдвигались такие обвинения, говорили, что "практически вся византийская религия построена без учета исторического Христа Евангелий". Несмотря на то, что это преувеличение сомнительно, оно все же подтверждает, что в замысловатых рассуждениях скрывается подобная опасность. Иоанн также был вовлечен в спор об иконах, или образах. Он противостоял иконоборцам (разрушителям икон) и написал "Три слова против порицающих святые иконы". Он был предан анафеме на иконоборческом Гирейском соборе в 754 г., однако его взгляды восторжествовали на Никейском соборе в 787 г. Что касается этого дела с образами, мы должны стремиться к пониманию тех, кто их изготовил. Если это истинно ради славы Божьей и Его святых, ради возвеличения добродетели, уклонению от зла и спасению душ, то примите их с должным почитанием как образы, воспоминания, подобия и книги для неграмотных. Обнимите их глазами, устами, сердцем, склонитесь перед ними, любите их, потому что они подобия воплощенного Бога, Его матери и собрания святых. "Речи в защиту святых образов" 3:10

НИКЕЙСКИЙ СОБОР (787) После завершения споров о личности Иисуса Христа в Восточной церкви на протяжении более ста лет длились споры об иконах. Иконы - это изображения Иисуса Христа или святых, им поклоняются в православной церкви. В восьмом веке началось движение иконоборцев (разрушителей икон). Первые шаги были предприняты в 719-20 гг. при мусульманском правителе, так как ислам категорически выступал против подобных изображений. Спустя некоторое время такие же шаги предпринял византийский император Лев III, вынесший постановление уничтожать иконы. Борьба длилась несколько лет с переменным успехом, в зависимости от отношения к этой проблеме последующих императоров и императриц. В 754 году в Гирее состоялся собор, на котором победила точка зрения иконоборцев. Через несколько лет, в 787 году, в Никее состоялся другой собор, где выступили в защиту икон. Его стали считать седьмым Вселенским собором. Впоследствии решения этого собора неоднократно подвергались корректировкам, но, наконец, в 843 году сторонники икон победили. Их окончательная победа до сих пор празднуется в первое воскресенье Великого поста как "триумф православия". В этом споре использовались различные аргументы: Является ли поклонение иконам идолопоклонством? Для иконоборцев дело обстояло именно так. Они напоминали о второй заповеди: "Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле вни-

зу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь" (Исх. 20:4-5). Сторонники икон считали, что поклонение иконам не является идолопоклонством, так как, в отличие от язычников, они поклонялись не ложным богам. (Этот и другие аргументы сторонников икон были выдвинуты ^Иоанном Дамаски-ным.) Это поднимало важный вопрос: запрещает ли Библия поклонение идолам только лишь потому, что они изображают ложных богов, или же незаконным является и поклонение Богу подобным образом? Сторонники икон утверждали, что "почитание образа переходит на оригинал". Однако точно таким же был и аргумент языческих идолопоклонников, который был осужден первыми Отцами церкви, такими, например, как Августин: "[Эти язычники] считают, что у них более чистая религия, говоря: "Я поклоняюсь не идолу и не дьяволу, но в телесном изображении я обладаю символом того, чему я обязан поклоняться"... Вероятно, они ответят, что поклоняются не самим те -лам, но божествам, которые управляют ими" ("Изложение псалма" 112). Каким же был обычай первых христиан? Нет никакого сомнения, что до четвертого века христианская церковь в подавляющем большинстве противостояла попыткам каким-либо способом изобразить Бога или Иисуса Христа. В четвертом и пятом веках произошло изменение. Язычество как соперничающая религия умирало, и христиане стали перенимать языческие обычаи. Была принята неоплатонистская теория, где считалось, что изображения -

низшая ступень лестницы, ведущей к лицезрению Самого Бога. И если и есть какая-либо опасность, то не в том, что это приводит к идолопоклонству (как в Ветхом Завете), а в том, что это отвлекает от дальнейшего восхождения по лестнице. Из-за отсутствия традиции сторонники икон находили подтверждение своим взглядам в идее неписаной традиции и использовали (по доброй вере) позднейшие подделки, такие, как произведения "Дионисия Ареопагита. Что является наилучшим для простого народа? Сторонники икон считали иконы книгами для неграмотных, призванных приблизить к ним духовную реальность. Иконоборцы отвечали, что простой народ не может осознать различие между поклонением иконе и поклонением Самому Богу или между поклонением святому и восхищением, которого достоин только лишь один Бог. Поэтому иконы уведут простой народ к идолопоклонству. Обе стороны стремились обвинить друг друга в ереси, хотя ни одна из них не пыталась поставить под сомнение истинность первых шести соборов. (После двух столетий непрерывных споров по этому вопросу, естественно, все рассматривалось с точки зрения доктрины о личности Иисуса Христа.) Сторонники икон утверждали, что воплощение - это позволение на видимое изображение Бога - в Иисусе Христе невидимый Бог стал видимым человеком. Они стали обвинять иконоборцев в до-кетизме, т. е. в том, что они не воспринимают серьезно человеческую природу Христа. Спор настолько разделил стороны, что ни одна из них не могла представить

себе изображение Иисуса Христа без поклонения ему (как, например, в случае с современными визуальными учебными материалами). В спор включились также и сторонники других идей. Иконоборцы позволяли императору играть значительную роль в церкви, хотя их позиция в этом вопросе несколько отличалась от позиции их противников. Нападки на иконы в некоторых случаях были связаны с нападками на культ святых, т. е. на поклонение им самим и их мощам. Эта практика появилась в церкви приблизительно в то же самое время, что и поклонение иконам: в четвертом-пятом веках, когда наблюдался массовый прилив язычников в церковь. Мощи, как и иконы, считались видимым присутствием Бога, через которые Он действовал особым образом. Единственно позволительным изображением человеческой сущности Иисуса Христа является хлеб и вино во время святой вечери. Только эта и никакая другая форма была избрана для изображения воплощения. Было заповедано принести хлеб, но не изображение в человеческом облике, чтобы не возникло идолопоклонства... Христианство отвергло все в язычестве: не только языческие жертвоприношения, но также и языческое поклонение образам. Поддерживаемые Святым Писанием и Отцами, мы единодушно заявляем во имя святой Троицы, что всякое подобие, сделанное из любого материала и цвета дьявольским искусством художников, должно быть отвергнуто и удалено из христианской церкви и проклято. Определение Гирейского собора,754

Следуя по царскому пути и богодухновенному авторитету наших святых Отцов и традициям кафолической церкви, мы заявляем со всей уверенностью и определенностью, что, подобно изображению драгоценного и животворящего креста, почитаемые и святые образы (в живописи, мозаике и других подходящих материалах) должны быть установлены в святых церквях Божьих, на святых сосудах, одеждах, стенах и в картинах, в домах и по обочинам дорог. Это означает образы нашего Господа, Бога и Спасителя Иисуса Христа, нашей неподражаемой Матери, Богородицы, почитаемых ангелов и всех святых и почитаемых людей. Ибо, чем больше людей увидит их в изображении художника, тем более они будут помнить оригиналы и стремиться к ним. Образам должно оказываться необходимое приветствие и почтенное уважение, но не истинное поклонение в вере, принадлежащее только лишь единственно божественной природе. В соответствии с древним благочестивым обычаем, курение и свет должны предлагаться образам, как и изображению драгоценного и животворящего креста, книге Евангелий и другим святым предметам. Так как почитание образа переходит на его оригинал, тот, кто поклоняется образу, поклоняется той личности, которую он представляет. Определение Никейского собора,787 Седьмой Вселенский собор стоит особо, по сравнению с предыдущими шестью соборами. На предыдущих соборах были предприняты серьезные попытки определить центральные библейские доктрины, касающиеся Бога

и Иисуса Христа. На седьмом же соборе попытались оправдать позднейшую практику, которая, в наилучшем случае, не имеет под собой библейского основания, а в худшем случае, совершенно противоречит Библии. В протестантизме признаются первые четыре собора (от *Никейского до *Хал-кидонского), в меньшей степени - два последующих (оба состоялись в ""Константинополе) и отвергается седьмой. СИМЕОН НОВЫЙ БОГОСЛОВ Личный духовный опыт Симеон родился в семье благородных родителей в Малой Азии в 949 году. В возрасте четырнадцати лет он стал учеником Симеона Студита, ведущего духовного учителя. После определенного периода труда на светском поприще, по совету Симеона, он поступает в Студионский монастырь в Константинополе. Вскоре он покидает его и присоединяется к монастырю святого Мамоса, оставаясь при этом учеником Симеона. Он был настоятелем монастыря святого Мамоса с 980 г. по 1005 г. до ухода на покой. В это время он был вовлечен во многие споры: с собственными монахами, считавшими его режим слишком строгим, а позднее - с епископом Стефаном Никомедийским, официальным богословом двора. Спор со Стефаном закончился ссылкой в 1009 году. Восстановленный в правах, Симеон умирает в 1022 году. Симеона называют "самым выдающимся из византийских средневековых мистиков". Ему также присвоили титул "Новый Богослов". До этого только Апостол

Иоанн и Григорий Назианзин (один из *каппадокийских отцов) носили титул "Богослов", присвоенный им за их учение о Боге. Симеона посчитали достойным сравнения с его предшественниками. Он был первым, кто в систематической форме изложил технику внутренней молитвы. Его уникальность состояла также в том, что он свободно говорил о своем собственном духовном опыте. Итак, я вошел в то место, где обычно молился и, сохраняя в памяти слова святого человека [Симеона Студита], начал произносить "Святой Боже". Сразу же это взволновало меня до слез и подвигло на страстную любовь к Богу, так что я не могу даже описать словами радость и удовольствие, которые я тогда почувствовал. Я распростерся на земле и сразу же увидел, как великий свет нематериально засиял надо мной и охватил весь мой разум и душу, так что я был поражен в удивлении от этого неожиданного чуда, и я был, как это и было на самом деле, в экстазе. "В теле ли... вне ли тела..." (2 Кор. 12:2) я слился с этим светом. Сам свет знает это, он, подобно туману, растекся в моей душе и изгнал все земные попечения. Он вытеснил из меня вещественную плотность и телесную тяжесть, которые делали члены мои неловкими и онемевшими... Великая духовная радость влилась в мое сердце необъяснимым образом и влились восприятие и сладость, превосходящие всякий вкус видимых предметов, влились вместе со свободой и исчезновением всех мыслей, пронизывающих эту жизнь. Чудесным образом был мне дарован и открыт способ отдаления от этой нынешней жизни. Таким образом,

все восприятие моего разума и моей души были полностью сосредоточены на неизгладимой радости того света. "Катехизические беседы" 16:3 Его спор со Стефаном подразумевал конфликт между двумя подходами. Подход Стефана к богословию был абстрактным и философичным, подобным подходу Западной схоластической школы. Подход Симеона был монашеским и духовным. Огромное значение он придавал необходимости опыта, который говорит сам за себя. Конфликт между Симеоном и Стефаном можно сравнить с конфликтом между * Бернард ом и "Абеляром на Западе, с той лишь разницей, что на Востоке мистик Симеон вышел победителем в споре. Спор со Стефаном был также и конфликтом между "учрежденческим" и "харизматическим" подходами. Симеон не противопоставлял себя властям церкви и не отрицал важности таинств. Однако он продолжал настаивать на том, что грехи можно исповедовать монахам без пострига и учил, что крещение не имеет никакой ценности, если далее человек не приносит плод святой жизни. Симеон противостоял формализму, номинальному христианству, которое не изменяет жизни людей. Он учил необходимости "крещения Духом Святым", которое должно последовать за водным крещением. Сюда включаются покаяние и обращение к Иисусу Христу, знание, что Он является Господом и Спасителем. Это означает личный опыт общения с Богом. Это означает жизнь послушания.

Разве не имя Христово произносится повсюду: в городах, селениях, монастырях, горах? Ищите, если желаете, и исследуйте тщательно, соблюдают ли люди Его заповеди. Истинно, среди тысяч и десятков тысяч едва ли вы найдете одного, кто будет христианином по словам и делам. "Катехизические беседы" 22:8 В своем мистическом учении Симеон следовал традиции Дионисия Ареопагита и *Максима Исповедника. Он описывает встречу с Богом как явление божественного света, несотворенного и невидимого. И это переживание предназначено не только для элиты, не только для монахов, которые могут посвятить этому время, но для всех христиан. Бог есть свет, и те, кого Он делает достойным увидеть Его, видят Его как свет; те, кто принимают Его, принимают Его как свет. Ибо свет Его славы идет дальше Его лица и невозможно, чтобы Он появился как-либо иначе, чем свет. Те, кто не видел этого света, еще не получили благодати, ибо получая благодать, человек получает божественный свет и Самого Бога. Проповедь 79:2 ГРИГОРИЙ ПАЛАМА Бог познается в молчании Григорий родился в конце тринадцатого века. В 1318 году он отправился на гору Афон, центр православного монашества, и стал монахом. Он делал быстрые успехи в молитвенной жизни. Затем, перед нападением турков, он по