Чтение онлайн

— Я даю вам ровно один час, — устало говорю, поднимаясь по ступенькам. — Знакомьтесь с духами и начинайте спарринги. Как закончите, можете идти спать.

Пройдя в свою комнату, выхватил все одеяла, что были в шкафу, и укутался. Дрожь начала медленно спадать, и я вырубился от бессилия.

Проснулся от настойчивого стука в дверь.

Не помню, как заводил будильник по имени Авдотья Викторовна. И уж точно не помню, что ставил такую мелодию.

Через несколько секунд открывается дверь в мою комнату. Это не бабуля. В створке на меня смотрел Стрелок — худой высокий парнишка со светлыми волосами.

— Какого хрена? — спрашиваю, открывая глаза. — Который час?

— Самое время посетить академию, — отвечает он.

Смотрю в сторону часов на тумбе. Восемь ноль-ноль.

С трудом встаю. В такие моменты мир привлекателен и мил, как лошадиный череп. Голова слегка гудит, есть стойкое ощущение, что кто-то перед побудкой нагадил в рот, но в остальном, жить можно.

Перемещаюсь к шкафу, осматривая свои скудные пожитки. Богатый и молодой, а в гардеробе по-прежнему висит пара тряпок, не более. Надо будет прикупить новой одежды, эта трещит по швам, да и новая эпоха обязывает. Тут встречают по одёжке, провожают, впрочем, тоже по ней.

Как сомнамбула двигаюсь в уборную.

Выбираюсь из душевой, изрядно посвежевший и проснувшийся.

С кухни несёт ароматной выпечкой и сосисками. Хорошо иметь бабулю в доме, плохо для фигуры, но в целом можно и потерпеть.

Из соседней комнаты, расположенной на втором этаже, выходит заспанная Яна — лекарь. В розовом халатике, залитая светом и мятая, будто всю ночь сражалась не на жизнь, а на смерть. На голове ободок с золотистой вышивкой, удерживающий волосы.

— С добрым утром, Лекарь, — бодро приветствую сожительницу. — Рылась в шкафу Маши?

— Нет, она сама решила поделиться со мной своим спальным комплектом, — растерялась Яна.

— Ладно, — киваю и смотрю на соню, еле перебирающего сосисками вместо ног. — Пухляш! Как спалось, приятель?!

— Спал как убитый, спасибо, — кивнул он и виновато посмотрел на Яну. — Надеюсь, не храпел?

— Нет, Вань. Не храпел.

Реакция Пухляша порадовала. Он скромно улыбнулся, маленькие глазки сверкнули. О, вы посмотрите на этого влюблённого толстячка. Красивая девушка назвала по имени!

— А кто там у нас готовит? — принюхавшись, спрашиваю я, переводя тему.

— Я! — Маша поднимает руку.

— И я, мой хороший! — слышу голос бабули.

— Какая у тебя хорошая семья, — блондинка смотрит на хозяек моего дома. — Тебе очень повезло, Кость.

Киваю ей, поворачивая голову в сторону кухни. Да, тут Лекарь права. Повезло. Жестом прошу пройти всех проснувшихся со мной, направляясь к кухне, где уже стоят тарелки с ароматной едой. Накладываю себе салат и беру пару сосисок, уплетая их с яйцами и запивая крепким кофе.

Пара остальных орлят появилась в створке через десять минут. Увидев их, приглашаю за стол.

Завтракаем и собираемся на занятия.

— Пойдёшь в этом? — удивляется Клин — черноволосый парень с пушком над губами. — Надень форму академии. Иначе оштрафуют и заставят переодеваться.

Замечаю, что он в униформе. Брюки, белая рубашка, галстук и пиджак с нашивкой на груди. На ногах удобные кожаные туфли. Смотрю в свой шкаф. В нём формы нет, а вот на кресле у окна… И как я её пропустил?

Спускаюсь уже одетый, орлы терпеливо дожидаются у двери.

— А рюкзак с тетрадями и планшетом? — закатив глаза, спрашивает Яна.

— За него штрафуют? — уточняю я.

— Нет, — качает головой она.

— Тогда завтра возьму, пошли, иначе опоздаем.

Прощаясь с бабулей и Машей, всем составом выходим на улицу, радуясь последним солнечным и относительно тёплым денькам. Садимся в машину и движем в сторону академии. По немногочисленным улицам к замку стекаются студенты. Щебечут оставшиеся на зимовку птицы. В общем, одним словом — благодать.

На входе в здание учебного заведения нас тормозит староста нашей группы. Невысокая девушка с каштановыми волосами, аккуратным вздёрнутым носиком и двумя хвостами волос на голове.

— Коршунов, Попов, Рудская, Ситников и Макаров, ах да, ещё и Редькин, держите, это штрафы, — она вручила каждому в руки по листу бумаги. — Оплата до пяти вечера, пока работает бухгалтерия, оплатите сегодня, иначе попадёте на ещё один штраф.

Выдав ценные указания, она разворачивается и уходит по своим делам.

— Ты сказала, штрафов не будет, — качаю я головой.

— Я и сама так думала, — непонимающе хмурится она. — Дай посмотрю.

Передаю ей лист.

— За пропуск одного полного учебного дня, — читает она и брови её поднимаются. — По пять рублей за каждый предмет. Ох, влипли.

Я уж думал, кто-то решил оштрафовать меня за отрубленную голову Феникса. На душе аж отлегло. Не то, чтобы я боялся старика ректора, просто… не хотелось нарываться на санкции в первую же неделю обучения.

— Разберёмся, — отмахиваюсь. — Главное, не приковывать к себе излишнее внимание. Мы не знаем, что у нас плетут за спинами, поэтому держимся ровно. Духов не показываем.

Глянув на расписание, мы двинули в аудиторию.

— … думаю, вы уже готовы к уроку, — занимая своё место за кафедрой, произносит преподавательница по имени Нарина Петрова. — Пожалуй, мы приступим. Сегодня поговорим о семи величайших одарённых, которых помнит современная история. Каждый из них почти всю жизнь шёл к совершенству и у каждого есть чему поучиться. Кто мне назовёт все имена? Да, Милонова…

— Аристарх Оболенский, по прозвищу Феникс, величайший пиромант в истории, Седьмой Великий Гвардеец и кумир современности. Михаил Багратионов, берсерк, прозвище — Тигр. Шестой Великий Гвардеец. Стародуб Аркадий, пятый, прозвище — Каратель. Павловский Святогор, прозвище — Алхимик. Артур Филинов, прозвище — Целитель. И двое других Великих Гвардейцев, имена которых не прописаны в современной истории мира.

— Спасибо, Милонова, всё верно, — ответила женщина.

Удивляюсь. Не думал, что имена Покровителя, сильнейшего некроманта в истории, и Менталиста — женщину, которая была способна силой мысли вынудить орду Демонов атаковать друг друга, никто в этой эпохе не знает. Неужто стоит запрет на применение подобной магии? Впрочем, отчасти именно некроманты привлекли Демонов своей тёмной магией. А менталисты первыми сумели проникнуть в тонкий мир.