Чтение онлайн

Именно в этом месте, судя по старинным картам, находилась раньше пристань, куда причаливали поначалу галеры с рабами и торговые ладьи, а затем и более современные плавсредства.

Пройдя несколько метров вперёд вслед за Живой, Майя заметила, что гора неожиданно расступилась перед ней в виде громадной подковы, внутри которой находилась огромный котлован, заросший очеретом и скрытый от трассы столетними плакучими ивами.

– Когда река ушла в сторону, - сообщила Жива, - здесь ещё долгое время оставалось небольшое озеро, которое вскоре тоже высохло.

Между высохшим озером, именуемым на недавних картах Восточным озером, и правым отрогом горы поднималась вверх широкая тропа, перегороженная в самом начале пути упавшим чёрным деревом. Мёртвый истлевший ствол граба словно специально преграждал дорогу, чтобы никто по ней не ходил.

С противоположной стороны котлована просматривалась за деревьями ещё одна тропинка, которая вела вдоль левого отрога горы.

– Это и есть Восточный вход, - сообщила Жива.

– Скорей, это похоже на развилку, - скептически заметила Майя. – Я вижу здесь два хода.

– Выбирай теперь, куда пойдём, – предложила Жива. – Направо или налево?

– А что там? – кивнула Майя на тропу перед собой.

– Ведьмин яр, - глухо ответила Жива.

– А там? – показала Майя рукой налево.

– Там - Русалочий яр.

– Тогда пошли налево, - сказала Майя. Второе название ей понравилось больше.

Обогнув ряд плакучих ив, склонивших зелёные ветви над высохшим озером, они двинулись дальше мимо котлована, сплошь заросшего метровым сухостоем.

С противоположной стороны над бывшим озером нависал отвесный меловой обрыв, осыпавшийся и обнажившийся сверху, но уже успевший зарасти до самого низа грабовой порослью.

– Между прочим, - заметила Жива, - именно сюда прилетала и купалась в этом озере булгаковская Маргарита.

– Да? – удивилась Майя, - а я почему-то считала, что Маргарита встречалась с ведьмами на левом берегу.

– Это потом она с ними там встречалась, - заверила Жива кузину, - а вначале она прилетала сюда, чтобы искупаться.

*Это, действительно, была та самая меловая гора, куда прилетала на половой щётке королева всех ведьм булгаковская Маргарита. Именно с этого отвесного обрыва она прыгнула вниз головой и плескалась затем в тёплой реке, чтобы потом, выйдя из воды, радостно приплясывать на берегу, по которому шли сейчас Майя и Жива.

Вертикальный обрыв, правда, наводил на мысль, что не только она одна бросалась тут в воду вниз головой. Девичья гора была печально знаменита тем, что именно здесь многие девушки кончали жизнь самоубийством. Правда, сейчас это сделать было уже невозможно, поскольку весь склон теперь полностью зарос деревьями.*

– А ещё в этом озере, - продолжила рассказ свой Жива, - водились раньше русалки.

– Да, ладно, - не поверила Майя.

– Можешь не верить, - усмехнулась Жива, - но там, на дне, до сих пор лежат их останки.

– Какой ужас!
– всплеснула руками Майя, а затем поинтересовалась, - а, правда, что русалки… ну, в них превращались ведьмы, которых утопили?

– Есть такая теория, - подтвердила Жива, - но здешние русалки, на самом деле, произошли от тех девственниц, с которыми переспал Змиулан. Поэтому и хвост у здешних русалок был не рыбий, а змеиный.

– Да, ну, тебя! – махнула рукой Майя. – Хватит издеваться надо мной!

– А ты, что, до сих пор ещё девственница? – догадалась Жива.

Майя смущённо кивнула и вздохнула.

Они свернули на тропинку, огибающую высохшее озеро с левой стороны. Едва они зашли в тенистый яр, как шум от шоссе стих в несколько раз. Неожиданно Жива остановилась и, оглядевшись, обратилась к горе с поклоном, как к живому человеку:

– Девичья гора, можно к тебе?

Девушки замерли и прислушались: ничего, никакого знака. Как вдруг где-то рядом звучно отозвалась кукушка.

– Можно, - кивнула Жива, - пошли.

21. ГЕОРГИЙ КОЖУМЯКА

А в это самое время к контрольно-пропускному пункту поднимался по серпантину отряд чистильщиков. Заприметив стоявших перед шлагбаумом двух бойцов «Барса», Злой бодро затянул строевую:

– Грань прямую проведи!

Строй глухо ответил ему:

– За неё не выходи!

– Будь свободным - не кури!
– звонко продолжил Злой.

Колонна ответила ему чуть повеселей:

– Не трави себя внутри!

Злой задорно прокричал следующую речёвку:

– Будь природным – не бухай!

Команда бритоголовых жизнерадостно ответила:

– Сам себя не убивай!

Приблизившись к бойцам, Злой негромко произнёс:

– Будь здоровым - не колись!

Колонна же напоследок оглушительно рявкнула:

– И в отряд наш становись.

Старший сержант вяло поднял руку, и все десять человек тут же остановились перед ним.

– Эй, хлопцы! – приветствовал их младший сержант.
– С какой целью сюда пожаловали?

– Да вот, - кивнул Злой на валявшиеся вдоль обочины бутылки и бумажки, - пришли мусор здесь убрать.

– Мусор, говорите, - почему-то засомневался старший. – Что-то не похожи вы на мусорщиков. Пропуск есть?

– Какой ещё пропуск? – удивился подъехавший к бойцам на велосипеде Муромский.

– Кто из вас главный? – обратился к нему младший сержант.

– Главный? – переспросил Муромский и зачем-то оглянулся. – Сейчас подъедет.

Но милиционеры уже и сами видели, что к ним, надрывно урча, приближался снизу оранжевый мусоровоз. Старший сержант заранее приподнял руку, но большегрузная машина с лязгом затормозила почти вплотную перед ним.

Бригадир чистильщиков Георгий Кожумяка недовольно высунул из кабины свою гладко выбритую голову с длинным чубом, заведённым за правое ухо, и недовольно спросил:

– В чём дело?

– Эй, мусорщики, - крикнул ему старший сержант, удивляясь, как сильно тот смахивал на хрестоматийного козака Тараса Бульбу, - пропуск у вас есть?

– Мы не мусорщики, а чистильщики, - поправил козак мента.

– Какая разница? – ухмыльнулся старший сержант.

– Большая, - веско ответил ему Тарас Бульба, поглаживая свои широкие, как подкова, усы.