Чтение онлайн

Вадим постучал костяшками пальцев о косяк.

— Эй, кто-нибудь есть?

— Заходи, чувак, заходи, — раздалось в глубине квартиры.

— Мне спросить.

— Спрашивай, чувак.

Вадим прошел из прихожей в комнату.

Ковер. Плотно зашторенное окно. Сизоватый дым под потолком, подсвеченный рожками люстры. Стереосистема. Телевизор. Три дивана: два синих, один черный.

Картину дополнял столик, уставленный стаканами и бутылками.

На черном диване полулежал, прикрыв глаза, парень в джинсах и черной футболке с надписью "Демоническая сущность".

Бледное лицо украшали короткая бородка и мазок помады под левым глазом.

Руки у парня лежали вдоль тела, ладони кротко смотрели вверх, на одной из них шариковой ручкой был написан телефонный номер.

В комнате сладко пахло марихуаной.

— Ивини, — сказал Вадим, — мне бы попасть на крышу.

Парень кивнул, не раскрывая глаз.

— Все хотят быть ближе к Богу, — сказал он, чуть кривя щеку усмешкой. — Но восхождение к Нему должно происходить внутри тебя, а не снаружи, чувак.

— У тебя есть ключи?

Парень хохотнул.

— Чувак, ключи у Петра, и только у него. Он откроет, он и закроет, а вообще он на страже стоит. Потому как страж.

Парень вслепую пощарил по столу, уцепил пальцами окурок и зажигалку. Прикурил, пыхнул, глянул наконец на Вадима.

Спросил вдруг коротко:

— Прыгнуть хочешь?

Вадим мотнул головой.

— Ну да, не похож ты, чувак, на прыгуна, — согласился парень. Сощурился. — Или похож? Ключи, чувак, в домоуправлении.

— Не дадут там.

— И правильно, чувак. Крыша — она не для всех. Это удел птиц. Когда у птиц устают крылья, они ищут безопастное место. В городе это крыши, чувак. Там, наверное, столько пуха, что хоть подушки набивай. Ты знаешь, что если птица хочет вернуться в знакомое место, она выщипывает пух из подмышек? Поверь, чувак, это так. Пух лежит там кучами, серый, белый, перламутровый. В него, черт возьми, можно упасть и греться!

— А ключи?

Парень посмотрел непонимающе:

— О чем ты, чувак?

Он даже слегка разогнал дым перед собою.

— Мне надо попасть на крышу, — повторил Вадим.

— А-а, — важно кивнул парень. — Если тебе жить негде, живи здесь. На крыше холодно, чувак. И страшно. Я там был.

Он покашлял.

— Представь, ты лежишь, а на тебя глядят. Как в зрачки специальным фонариком светят. Только не в зрачки, а в самую душу. Ты с ними — один на один, чувак. Но это обман. Их много, и каждый с фонариком. А у тебя только средний палец.

— Понятно.

Вадим повернулся.

— Эй-эй! — Парень сделал попытку подняться. — Скажи, что не прыгун.

— Не прыгун я.

Парень протянул руку.

— Тогда помоги, чувак. Как присосало, честно.

Вадим, вздохнув, дернул.

Отлепившись от дивана, парень хлопнул своего спасителя по плечу.

— Молодец, чувак, — он закачался на худых ногах. — Музыку слышишь?

— Нет.

— Правильно. Потому что вся она здесь, — он ткнул себе в висок пальцем. — Знаешь, кто поет? О, небезызвестный Мадди Уотерс!

— Ключи.

— Да, ключи. Я помню. Мадди Уотерс, и тот помнит.

Парень переместился в прихожую.

Вадим последовал за ним. Открытая дверь на лестничную площадку заставила парня встать столбом.

— Так вот как ты сюда прошел!

Он прыснул в кулак.

— Что? — спросил Вадим.

— А я думаю, глюк, не глюк.

Хозяин квартиры нагнулся, осматривая полки этажерок. На пол полетели буклеты, монеты, книги в мягкой обложке, носки, кепка.

— Опа! — сказал парень, подняв указательный палец. — Это не здесь, чувак.

И они перебрались к вешалке.

Пока охлопывались карманы пуховиков и курток, Вадим твердил про себя: только бы Вика еще не прыгнула. Только бы не.

Предчувствие холодило живот.

Он подумал, что мертвая Вика может исчезнуть со снимка, и схватился за фотографию. Прижал. Развернул. Вика смотрела насмешливо.

Смотри, прошептал он ей. Живи. Не исчезай.

В каком это фильме было? Кажется, в "Назад в будущее", там тоже на фотографии…

— Ха! — парень, присевший у обувной тумбы, выловил ключ из черного ботинка. — Я, черт подери, велик. Велик, что спятал. Велик, что нашел. Велик!

— Можно? — спросил Вадим.

— Э, нет, — улыбнувшись, парень спрятал ключ в кулаке. — Я за тобой закрою. Пусть думают, как ты на крышу попал. Ну, если прыгнешь, конечно.

Вадим пожал плечами.

Они вышли из квартиры. Парень прошаркал в нишу к лестнице. Недолго поковырявшись в замке, он макушкой приподнял люк, а затем и совсем отвалил его.

Синее, пересеченное проводами небо заглянуло вниз, затекло прохладой и горечью, сбросило пятнистый кленовый лист.

— Поднимайся, чувак, — отступил в сторону парень.

— Спасибо… чувак.

Вадим поставил ногу на ступеньку из приваренного стального уголка.

— Слушай, — придержал его за полу куртки парень, — я открою тебя завтра. Где-нибудь к полудню. Выдержишь, чувак?

Вадим кивнул.

Он быстро поднялся по лестнице, выбрался на серый унифлекс крыши и опустил на место люк. Что ж, теперь ждать.

Надо только…

Люк, клацнув, приподнялся.

— Эй, чувак, — зашептал парень, — если ты хочешь испытать себя, я очень тебя за это уважаю. Ты тоже велик!

— Спасибо.

— И это, — лицо парня выразило тревогу, — если будешь превращаться в птицу, не ту, которая вниз, а ту, которая вверх, береги одежду.

— Что?

— Ты слышал, чувак, ты слышал!

Парень исчез.

Скрежетнули в проушинах дужки замка. Вадим постоял, ежась, огляделся и прошел по плоской, с едва заметным наклоном крыше до ограничительного бортика.